Возвращение в Покипси

Глава 40

Ад и бензин

БЕККЕТ СОБИРАЛСЯ ДРАТЬСЯ без своих придурков. Он убедил их всех, черт возьми, что с ним все будет в порядке, что он заключил сделку с Родольфо, и все это было для виду.

Он этого не сделал, и это было не так.

И все же он не собирался доводить их до кровавой смерти. Достаточно плохо, что он сам сделал это с собой, но на самом деле, чего он ожидал? После той жизни, которую он прожил? Выбора, который он сделал? Возможно, так было лучше для всех. Чтобы убедиться в этом, он кое-что организовал: учредил трастовые фонды для своих братьев и просмотрел несколько списков доступной недвижимости на другом конце страны. Письмо с подробным описанием того, как они все смогут там жить и кому позвонить, чтобы распоряжаться своими деньгами, прибудет с курьером завтра в полдень, если только он каким-то чудом не останется в живых и не сможет этому помешать. Он предусмотрел все, что только мог придумать, включая помещение для родов Чери и специалиста, который помог бы Коулу и Кайле с усыновлением. Он сделал все, что мог, чтобы оформить это законно, и это его успокоило.

Он был одет как настоящий ублюдок, каким и был, и не потрудился прихватить с собой оружие. Его превосходили численностью сто к одному, так какой в этом смысл? Встреча с Евой была для него ударом по яйцам, но необходимым. Ему нужно было знать, что с ней все в порядке, что она съезжает и живет дальше. Ему доставляло нездоровое удовольствие осознавать, что Райан — это прошедшее время, но, черт возьми, когда он умрет, он, вероятно, будет болеть за ублюдка. Ей нужен был кто-то хороший в ее жизни. Кто-то лучше, чем он.

Ева была непростой девушкой. Потребовалось упорство, чтобы завоевать ее сердце. Как будто он мог сказать, что у него есть на это какие-то права, но, черт возьми, он не любил ее. Он надеялся, что сегодняшняя ночь докажет ей это раз и навсегда, даже если его не будет рядом, чтобы увидеть результат. И если эта игра отнимет у него все, то, по крайней мере, он уйдет с выплаченным долгом и заботой о своей семье.

Его фантастический черный «Хаммер» выглядел так, как и должен был выглядеть, и он без колебаний подкатил к месту встречи с Родольфо. Беккет планировал уйти с ухмылкой, потому что, в общем, пошел ты, мир. Он родился в семье придурков, но сам вырос и создал свою семью. Он оставил бы им достаточно денег, чтобы они были обеспечены. Ева была бы жива и, возможно, без него смогла бы по-настоящему исцелиться. Он выдохнул и открыл дверь, оставив двигатель включенным, а музыку — включенной.

Родольфо старой закалки, несомненно, бесился от злости. От него требовалось уважение, но Беккет был не в настроении играть в игры. Или притворяться. Он оказался на задворках еще одного огромного дома. В этот момент мужчина просто сорил деньгами. Фасад, должно быть, выходил на озеро или что-то в этом роде, потому что в воздухе чувствовался запах плесени и сырости. Фонари вдоль подъездной дорожки и яркий свет из окон дома от пола до потолка освещали двор, а также снайперов, засевших в окнах верхнего этажа. Из французских дверей вышел Родольфо с тростью в руке и выражением явного неодобрения на лице по поводу отсутствия у Беккета армии.

Старик медленно направился к Беккету.

— Выключи это. Он указал на «Хаммер». — Беккет пожал плечами, и один из людей Родольфо запрыгнул в машину и заглушил ее.

— Сегодня вечером ты должен был проявить силу. Проявить себя. У тебя не было возможности сделать это по-другому. Твоя ценность стремительно снижается. — Родольфо выглядел разъяренным, хотя и сдерживал себя.

— Это все, что мне нужно, чтобы показать тебе, какой я классный. — Беккет подмигнул старику и протянул к нему руки. — Ты не ценишь мой ум, малыш.

— Есть способы делать все правильно. Правильные способы. Как получилось, что ты даже этого не можешь сделать правильно? Сходи за своими людьми, а потом возвращайся.

Беккет уже собирался сказать этому человеку, что, в отличие от него, он уважает своих людей и не стал бы использовать их в шахматной игре, когда всеобщее внимание привлек отдаленный рев мотоцикла. Он ехал с огромной скоростью.

Беккет ухмыльнулся. Он сразу понял, кто это был. Она вела машину как настоящая каскадерша. Через несколько мгновений мотоцикл остановился, подняв облако гравия, где-то совсем рядом с ним. Он не обернулся — Родольфо мог только подумать, что он ожидал ее увидеть, — вместо этого он наблюдал за реакцией мужчин, стоявших перед ним.

Беккет мысленно представил ее себе. Она ошеломила их, это точно. Он услышал стук ее стального каблука-шпильки о подножку велосипеда, звук снимаемого шлема. Он представил, как из-под нее выбиваются ее длинные светлые волосы. По тому, как несколько мужчин вокруг него поправляли брюки, он сделал ставку на черную кожу, которая выглядела так, словно была обтянута ее безумным телом, каждый изгиб которого подчеркивался неумолимым материалом.

Она стояла прямо у него за спиной. Он чувствовал ее присутствие, ее руки за спиной, как потрясающее оружие, которым она всегда была.

— Босс.

Это было все, что она сказала, и все, что ей нужно было сказать. Она дала ему понять, почему она здесь, одним словом. Каким-то образом она догадалась, что он делает, где он может быть. И она рассчитала время, как Супермен. К сожалению, они, вероятно, оба умрут — Родольфо знал, как он относится к Еве.

— Волосы у нее другие. Но это та женщина, которая убила Мэри Эллен. — Родольфо устремил свой тяжелый взгляд на Еву.

Беккет, наконец, позволил себе повернуться к ней, чтобы увидеть то, что увидели они. Он не мог не улыбнуться. Она была воплощением секса и греха. Сапоги были старыми любимыми, на высоких стальных каблуках. И, как и предполагалось, ее брюки были оргазмически тесными. На ней был корсет, черт возьми, и ее сиськи так привлекали внимание, что это было непристойно. На груди у нее висели патроны, как будто она только что выиграла конкурс красоты смерти, а довершала все это кожаная куртка. Ну, это и впечатляющее автоматическое оружие, перекинутое через ее плечо.

Она вытащила свой любимый нож, который висел у нее на бедре рядом с другим. Она собрала волосы в пучок и вонзила в них нож, встретившись с ним взглядом, когда они были уложены. Ева была великолепна. Каждый чертов раз.

— Я бы хотел, чтобы мы пережили это. — Беккет покачал головой и протянул руку.

Она мельком взглянула на его ладонь, прежде чем оттолкнуть ее в сторону. Вместо того, чтобы пройти мимо него или оторвать ему яйца, она обхватила его за шею и поцеловала так, что у него подогнулись колени. Она наклонилась к его уху, прежде чем отстраниться.

— Никогда не говори «умри».

Родольфо наблюдал за этим нелепым зрелищем. Убийца его ребенка устроил настоящее шоу, но на самом деле он был рад возможности подвести итоги. Ребенок, появившийся без сопровождения толпы, был настоящим «лежачим полицейским». Он не хотел его убивать. Работа Беккета по заключению сделки с Хармоном была многообещающей. На самом деле, Родольфо недвусмысленно запретил своей армии убивать Тейлора. Ему просто нужно было напомнить ему, кто здесь главный, мотивировать его на заключение сделки. Когда дела пошли на спад, Родольфо начал беспокоиться, что его люди становятся жадными.

Он, конечно, не ожидал такого потрясения в свои золотые годы, такого рода предательства со стороны собственной дочери. Именно она втянула его в эту историю. Женщины. Он всегда подозревал, что Мэри Эллен окажется бесполезным занятием, но его сын тоже был никчемным человеком. Ни у того, ни у другого не было детей. Однако Примо едва перевалило за пятьдесят, так что наследник еще мог появиться.

Он снова посмотрел на женщину. Из нее получилась бы отличная племенная кобыла — при условии, что ей не позволят есть своих детенышей. Из ее чрева родится прекрасный сын, в жилах которого течет его кровь… Это могло бы сработать.

Родольфо прочистил горло, привлекая к себе их взгляды.

— Вы нарушили мои традиции, присутствующие здесь сегодня вечером. И я бы хотел, чтобы вы все на минуту замолчали, чтобы отметить мою сдержанность и понимание — эта женщина убила мою дочь, и она все еще дышит. — Родольфо махнул рукой своему ближайшему помощнику, и тот в ответ вытащил складной стул. Стареть было больно каждый день. Независимо от того, сколько у него было денег, у него болели суставы, а левая сторона отказывалась повиноваться. Честно говоря, он был измотан, и эта ночная встреча стала для него настоящим ударом под зад. Три часа назад он хотел спать.

Тейлор был явно шокирован, увидев свою возлюбленную. Она взяла себя в руки с тех пор, как он видел ее в последний раз, и эта сучка с планом была страшным сценарием. Раньше он бы давно ее прикончил. Но сейчас она была чем-то большим. Ему очень нравилась мысль о том, что она — мать его внука, и он мог убить ее сразу после рождения ребенка.

Самоуверенный ублюдок подмигнул ему.

— Извини, что надул твою юбку, дедушка. Я не умею следовать правилам.

— Примо, иди сюда. Выбери одного из этих двоих, который останется в живых. Только половина может уйти со встречи со мной. Таковы правила. Позволь моему мальчику сделать выбор.

Родольфо бросил через левое плечо. За его спиной послышалась какая-то возня, и, наконец, его сын встал рядом с его креслом.

Блондинка подняла кулак. Тейлор ухмыльнулся.

— Привет, Примо, — промурлыкала женщина. — Возможно, тебе стоит перестать дышать. Всего на одну гребаную секунду. — Она указала на него мизинцем.

Родольфо повернулся на стуле и увидел, что голова его сына покрыта лазерными точками, нанесенными, должно быть, двадцатью различными прицелами под самыми разными углами.

Он снова повернулся к Тейлору. Блондинка только что закончила шептать что-то на ухо предателю.

— Ты тратишь мое время, Тейлор. Думаешь, у меня нет людей, охраняющих это самое место? Двое парней с лазерными указками нас не напугают.

Блондинка подошла к ближайшей машине, темно-черному «Роллс-ройсу-призраку» Родольфо, и вытащила нож из своих волос.

— У тебя было двадцать ударов вот сюда, вот сюда и вот сюда. — Используя лезвие, она пометила его машину крестиком и нарисовала маленькие кружочки краской, показывая все тактические места, где он разместил людей. — Мы обнаружили пятнадцать ваших разведчиков на земле, и мы легко превосходим вас числом прямо за этими деревьями.

На его машине теперь были следы его поражения. Его глаза горели, как раскаленные угли.

— Так в чем же дело, Златовласка? Ты со своим парнем хотите управлять моим бизнесом? — Родольфо посмотрел на своего помощника, и Николас кивнул, подавая рукой знак, который он терпеть не мог видеть. Это подтвердило, что его люди отступят, как только он отдаст приказ.

Ева посмотрела на него еще раз.

— Нет, сэр. Мы всего лишь хотим, чтобы вы занялись своим бизнесом в другом месте. Хватит того дерьма, которое затеяла ваша дочь. Оставьте нас с Покипси в покое, и никто не умрет этой ночью. Каждый из ваших людей был выведен из строя, но они живы. Тейлор настоял на мирной демонстрации силы из уважения к вашему возрасту. — Она провела ножом по волосам, затем остановилась, как будто что-то забыла. — И я верю, что если вы проверите свои счета, то обнаружите, что все в порядке. Благодаря усилиям Тейлор нам удалось вернуть ваши украденные деньги. Она приняла позу солдата.

Тейлор покачал головой, явно не веря своим ушам, прежде чем прийти в себя.

— Должен сказать тебе, Р., я был готов выложить свои яйца на блюдечке для тебя, но она права. Так лучше. Раньше я не попадался тебе на пути по какой-то гребаной причине. Ты легенда. И все, чего я хочу — все, чего я когда-либо хотел — это этот крошечный городок и безопасность моей семьи.

Родольфо встал. Его сын все еще выглядел так, словно переболел электрической ветрянкой, и точки почти не колебались. У стрелков, державших оружие в руках, не было страха, и это было единственным доказательством того, что Родольфо знал, что слова блондинки были правдой.

У него не было выбора.

— Я согласен с вашим решением с одним дополнением.

Тейлор кивнул, показывая, что слушает.

— Девушка пойдет со мной.

Она даже не вздрогнула. Только ледяной взгляд. Если бы у Родольфо все еще был действующий пенис, он, несомненно, был бы направлен на нее.

Беккет усмехнулся.

— Ни за что, о трупоед. Заведи себе собственную сучку-монстра. Она будет со мной до конца. — Лицо молодого человека стало каменным. — Почему ты все еще думаешь, что козыри здесь у тебя? Я сделал то, о чем ты просил, то, на что я согласился.

— У меня не все карты на руках. — Родольфо встал перед сыном, на его лице плясали огоньки, когда они пытались прицелиться в свою первоначальную цель. — Не здесь. Но где-то там? Ты знаешь, что это так. Я могу купить и продать тебя. Ты знаешь, что был достаточно небрежен, чтобы я мог найти любого в мире, кто когда-либо произносил твое имя.

Тишина. Противостояние, в котором оба мужчины ждали, в какую сторону разовьется конфликт. Тейлор посмотрел на женщину, которая, казалось, говорила с ним глазами. В конце концов терпение Родольфо было вознаграждено.

— Я не хочу войны, — сказал ему Беккет. — Все, чего я хочу, — это мира в Покипси и этой женщины рядом со мной. Без них? Знаете, я достаточно безумен, чтобы отправить нас всех в ад с помощью пары галлонов бензина.

Парень не позировал, не было никаких намеков или подсказок.

— Хорошо, Тейлор. Я освобождаю тебя от твоей преданности. — Родольфо ждал, делая глубокий вдох и размышляя, не обречен ли он на то, чтобы не выспаться этой ночью. Если бы он проснулся после двенадцати, то не вставал бы до пяти, справляя нужду каждые полчаса. Стареть было мучительно. — Но я надеюсь, что в будущем мы сможем оказаться полезными друг другу.

Тейлор кивнул и, преодолев расстояние, протянул руку.

Родольфо постарался крепко ее пожать.

— Возможно, это к лучшему. Как вы можете видеть, мне немного наскучили наши нынешние отношения.

Тейлор усмехнулся.

— И ты, и я, приятель. — Он поднял руку, подавая сигнал, и лазерные точки исчезли с головы Примо. Блондинка выхватила свой телефон и какое-то время яростно набирала сообщение, затем кивнула Тейлору. Он подождал, пока она сядет на мотоцикл и поедет обратно по дорожке, прежде чем уехать на своем «Хаммере».

Николас немедленно подошел к нему.

— Тебе нужна девушка? Я сейчас ее позову.

Родольфо покачал головой.

— На сегодня мы закончили. Но я хочу, чтобы к завтрашнему дню досье на Тейлора было такого же цвета, как волосы на промежности его матери. Я хочу знать об этом ублюдке все, что можно. А теперь пора спать.

Он обернулся, увидел, что Примо обмочил штаны, и вздохнул. В наследство ему достались сумасшедшая мертвая женщина и киска.