Все недостающие части

42

Кольт

Я не сводил глаз с Ридли больше чем на пару секунд с того самого момента, как мы вошли в бар. Разве что кивнул Трею вместо приветствия, когда уселся на высокий табурет у конца махагоновой стойки — ближе всего к столику Ридли и Бейкера. И сейчас я чертовски рад, что выбрал именно это место.

Потому что я видел первые вспышки раздражения, промелькнувшие на физиономии этого ублюдка. Видел, как они то стихали, то возвращались новой волной. Видел, как все это превратилось в ярость после каких-то слов Ридли. И я сорвался с места еще до того, как он схватил ее.

В тот миг, когда его рука сомкнулась на запястье Ридли, перед глазами опустилась красная пелена. Мне стоило неимоверных усилий не перегнуться через стол и не схватить его за глотку. За такое я арестовал бы любого другого. Но сейчас я думал только об одном — он трогал Ридли без ее согласия и причинял ей боль.

Взгляд Бейкера дернулся ко мне.

— Это ни хрена не твое дело, деревенщина.

Мне было плевать, что он обо мне думает и какими оскорблениями разбрасывается. Меня волновала только Ридли.

— Даю тебе три секунды.

Он фыркнул, сжав ее запястье еще сильнее.

— Ты ни черта не сможешь сделать. Мои адвокаты сделают из тебя фарш. Я неприкасаемый.

— Ты в этом уверен? — рыкнула Ридли.

Еще секунду назад он держал ее мертвой хваткой, а в следующую уже дергался и орал от боли. Он скрючился и рухнул на пол, вопя и рыдая.

Бар вокруг нас стих. Слышалась только старая рок-н-ролльная мелодия и крики Бейкера. А я уже был рядом с Ридли, помогал ей подняться со стула, мои руки легли на ее запястье.

— Ты в порядке? Не сломано?

Она покачала головой.

— Я в порядке.

Она сжала и разжала пальцы, провернула запястье, словно доказывая это. Потом подняла другую руку и ухмыльнулась.

— Почти уверена, что я ударила его шокером по яйцам.

Мои глаза распахнулись, когда я разглядел маленькое розовое устройство, больше похожее на фонарик, чем на электрошокер.

— Серьезно?

Ридли пожала плечами, продолжая улыбаться.

— Ты сам подал мне идею своей угрозой насчет «лишить яиц».

— Надо было догадаться, что ты воспримешь это буквально, — пробормотал я.

Трей подошел ближе.

— Помощники шерифа уже едут. Ты как, Ридли?

Она бросила на Бейкера испепеляющий взгляд — тот все еще корчился на полу — и убрала шокер обратно в карман.

— Я в порядке. Извини за весь этот цирк.

Трей посмотрел на валяющегося мужчину и сжал губы, сдерживая смех.

— Никогда не видел такого эффектного падения.

— Твердая пятерка за технику, — крикнула Пэтти, засовывая поднос под мышку и предлагая Ридли дать пять.

Ридли поперхнулась смехом и хлопнула ее ладонь здоровой рукой.

— Спасибо.

Пэтти сердито уставилась на Бейкера, который уже кричал тише, но вставать не спешил.

— Грубиян редкостный. Сразу было ясно, что от него добра не жди.

— Прости, что тебе пришлось с ним возиться, — сказала Ридли.

— Не твоя вина, милая. Просто приятно видеть, что грязь оказалась там, где ей место.

Несколько байкеров одобрительно загудели.

— Нужна подмога, Ридли? — крикнул Эйс. — У меня есть человек, который может вынести мусор.

— Я тоже могу помочь, — предложил Норм.

— Господи, — пробормотал я. — У тебя байкеры и пенсионеры объединяются, чтобы устранять врагов?

Ридли невинно улыбнулась мне.

— Я умею заводить друзей.

— Чертов ад, — буркнул я, когда в бар влетели Райан и заместитель Маршалл.

Райан окинула взглядом помещение и сразу направилась к нам.

— Что на этот раз произошло?

— Он напал на Ридли. Она его ударила шокером, — ответил я, стараясь изложить все как можно короче.

— Шокером по яйцам, — заботливо уточнила Ридли. — Ты упустил самую лучшую часть.

Глаза Райан округлились, а Сэм заорал:

— Так ему, милая!

Ридли просто махнула шахматному смутьяну.

Я застонал и посмотрел на Трея.

— Можешь принести Ридли лед для запястья?

— Уже несу, — сказал он, направляясь к стойке.

— Я правда в порядке, — заверила меня Ридли.

Я пригвоздил ее взглядом.

— Нам не нужно, чтобы был отек.

— Она мне яйца сломала! — завыл Бейкер. — Арестуйте ее!

Райан попыталась прикрыть смех кашлем.

— А под какую статью вообще подпадают разорванные яйца?

Ридли сжала губы, пытаясь сдержать смех, но потерпела полное поражение.

— Пенисный кодекс.

— Я сдаюсь, — пробормотал я. — Маршалл, арестуешь этого придурка и обеспечишь медицинскую помощь, если понадобится?

— Без проблем, шериф. Лишь бы мне не пришлось на его яйца смотреть.

— Господи, — выдохнул я.

Маршалл поднял Бейкера на ноги и начал зачитывать ему права, пока тот орал. Бейкер впился взглядом в Ридли.

— Ты еще пожалеешь. Мои руки длиннее, чем ты думаешь. Я доберусь до тебя где угодно…

— Уведите его отсюда! — рявкнул я. — И добавьте к обвинениям угрозы свидетелю.

С лица Райан мгновенно исчезло все веселье.

— Расскажи по порядку, что произошло.

Ридли сделала, как она попросила, и не дрогнула ни разу — до того момента, когда дошла до того, что именно Бейкер пытался заставить ее сделать и почему это привело ее в такую ярость.

— Для меня эта работа имеет значение, — тихо сказала Ридли, сглотнув, пытаясь сохранить самообладание. — Я отношусь к ней серьезно. Люди открываются мне. Делятся своей болью. И для меня значит все — быть тем, кто ее принимает, кто пытается принести им покой. Я не собиралась позволить ему превратить это в фарс.

Я больше не смог себя сдерживать и все-таки прикоснулся к ней. Я знал, что это против наших правил, но все равно сделал. Обнял ее за плечи, словно это могло дать ей силы и защиту. Хотя правда была в том, что Ридли была сильнее всех, кого я когда-либо знал.

Глаза Райан вспыхнули.

— То, что ты делаешь, — это то, за что стоит бороться.

— Спасибо, — хрипло ответила Ридли.

— На данный момент у меня есть все, что нужно, — сказала Райан. — Я позвоню тебе завтра, если появятся дополнительные вопросы.

— Спасибо, Райан, — сказал я. — Я буду утром.

Она кивнула и направилась к выходу.

— Вот, — сказал Трей, протягивая Ридли лед, завернутый в полотенце. — Можешь забрать с собой.

Ридли благодарно улыбнулась.

— По крайней мере, я не сломала мебель.

Он усмехнулся.

— Даже если бы сломала, оно того стоило.

— Пойдем. Поедем домой, — сказал я.

Трей приподнял брови и бросил на меня выразительный взгляд. Я постарался его проигнорировать. Это было просто слово. Оговорка.

Домой.

Но, направляя Ридли к двери, я не мог не признать очевидное — моя хижина никогда не ощущалась домом, пока Ридли не наполнила ее светом. Ее бумаги, разложенные на обеденном столе. Ее запах, впитавшийся в стены. Ее чертов кот, который нападал на меня каждый раз, стоило подарить ему новую игрушку.

С ней все становилось лучше. Но когда это дело будет закрыто, она уедет. А мне останется лишь горько-сладкое воспоминание.