Встречное пари

Глава 32. Мария

Андрей забирает меня с работы. Машина наполняется запахом цветов — от Игоря, от коллег, его роз. Я сижу, уставясь в окно на мелькающие огни, чувствуя усталость.

— Прямо парад победителей, — усмехается он, помогая мне не уронить очередной букет.

— Победительница чувствует себя разбитой каретой, — признаюсь я.

— Сейчас отогреемся, наедимся, наговоримся, — он бросает на меня быстрый, внимательный взгляд. Он всегда видел больше, чем я хотела показать.

Он подвозит меня к дому.

— Пять минут, просто сложу всё это, — говорю я, чувствуя странную, тягучую неохоту переступать порог.

— Жду, — кивает он, глуша двигатель.

Тишина в квартире. Детей забрала мама. Хорошо. Снимаю туфли и слышу — шум воды из душа. Дима дома. Делегация отменилась. Мелькает мысль: «Хорошо, что Андрея не позвала подняться». Не хочу ложного панибратства.

Прохожу в спальню, чтобы освободить руки от подарков. Воздух влажный, пахнет гелем для душа. С чего бы вдруг душ после работы? Не в его привычках. Ну да ладно. Наверное, встречу перенесли на попозже, решил освежиться.

Разворачиваюсь к выходу. Слышу вибрацию телефона на тумбочке, инстинктивно оборачиваюсь. Экран вспыхивает, сообщение. Имя отправителя: «Леночка».

С чего бы это? Сюрприз мне на субботу готовят? Ох, как же не хочется отмечать этот чертов день рождения с ними! Опять эта фальшь, улыбки, тосты… Там Андрей ждет, вот это в радость.

Собираюсь уходить, но рука тянется к телефону сама. Я никогда этого не делала. Я доверяю мужу и достаточно уважаю себя, чтобы не опускаться до проверки телефона. Но интуитивно касаюсь экрана. Сообщение раскрывается.

«Уже выезжаю. Не забудь про обещанное масло для массажа. Целую везде».

И ниже — фото. Елена. В моём шелковом халате, подарке от Люси. Халат расстёгнут, открывая всё, что нужно открыть. Фон — стены нашей спальни. Снято явно не сегодня. Это не спонтанность.

Звон в ушах. Пальцы леденеют. Мышцы лица сводит. Со стороны, наверное, я выгляжу совершенно спокойной.

Слышу, как выключается вода. Действую на автопилоте. Кладу телефон точно на то же место, лишь чуть развернув. Поворачиваюсь к двери.

Он выходит, вытирая голову, обернутый полотенцем. Увидев меня, замирает. На его лице — первобытный, животный испуг. Потом натянутая, кривая улыбка.

— Маш! Ты... так рано?

Голос высокий, фальшивый. Внутри меня рвётся на части всё: десять лет, доверие, та самая любовь, что когда-то казалась тихой гаванью. Но наружу прорывается не это. Прорывается сталь. Ледяная, отточенная ярость, которая кричит только об одном: выжить.

Я заставляю губы растянуться в самую беззаботную, солнечную улыбку. Подхожу. Целую его в мокрую щёку. Он вздрагивает.

— Делегация сдулась? — бросаю я легкомысленно. — Ладно, не страшно. Я бегу, Андрюшка ждёт — традиция, ты же знаешь. Наболтаться надо за год!

Голос звучит неестественно весёло, почти истерично. Но он слишком потрясён, чтобы это заметить.

— Да... конечно, — бормочет он, глаза бегают. — Ты... не опоздай.

— Не жди рано! — бросаю на прощание и вылетаю из квартиры, хватая в прихожей первую попавшуюся куртку. Это его старая куртка. Ирония столь чудовищна, что хочется выть.

Дверь закрываю тихо. Прислоняюсь к ней спиной. Беззвучные, сухие спазмы рвут горло. Потом с силой вытираю лицо и бегу по лестнице вниз, не в силах ждать лифт.

В машине молчу, глядя в темноту.

— Маш? — тихо спрашивает Андрей.

— Заверни за угол. Но чтобы мой подъезд было видно.

Он без слов выполняет. Мы ждем. Минут через десять к подъезду подъезжает такси. Из него выходит Елена. Статная, в наряде для «важного ужина». Она оглядывается по сторонам и быстро скрывается в подъезде.

— Всё, — говорю я ровным, мёртвым голосом. — Поехали. Только не в ресторан. Куда угодно. В тихое место.