Автостопом по Вселенной: звезды в подарок (Ли Мурр) читать бесплатно онлайн полную версию книги | Глава 38. Временной штиль и нейролингвистика #38

Глава 38. Временной штиль и нейролингвистика

Внутри Корабля Слушающих Песок царил мягкий полумрак. Янтарная хроносфера в центре размеренно и успокаивающе пульсировала, словно огромное, доброе сердце.

Вместо того чтобы сразу выплюнуть их в новую эпоху, будка слегка завибрировала и… замерла. Ощущение падения сквозь время исчезло. Они словно повисли в абсолютной пустоте, окруженные теплым светом.

— Мы в транзитном кармане, — выдохнула Рин, тяжело опускаясь в свое кресло перед пультом. Она вытащила из кармана жилета фиолетовый кристалл и положила его рядом с первым. — Сфера взяла паузу. Ей нужно время, чтобы проложить безопасный маршрут по цепочке вируса, а нам…

— А нам нужно в душ! — истерично взвизгнула Лиза, наконец-то нащупав застежки на спине. С громким треском она разорвала шнуровку ненавистного корсета девятнадцатого века и с наслаждением вдохнула полной грудью. — Клянусь, еще пять минут в этой пыточной камере, и мои ребра превратились бы в пыль!

— Солидарен, — простонал Ганс, стягивая колючий твидовый пиджак и отбрасывая в сторону котелок. — На мне слой пыли толщиной в палец. Моя кожа требует глубокого пилинга.

Эдвард огляделся по сторонам и тяжело, с надеждой вздохнул.

Корабль, словно только этого и ждал, отреагировал мгновенно.

На этот раз не было ни светящихся дорожек, ни отдельных кают. Гладкие стены корабля бесшумно разъехались в стороны. В открывшихся нишах материализовались пять эргономичных капсул из умного полимера, высокотехнологичные душевые кабины, источающие аромат горной свежести, и — к непередаваемому восторгу Эдварда — пищевой синтезатор, уже печатающий подносы с горячим, сбалансированным ужином.

Лекс, не проронив ни слова, снял свой черный плащ и тяжелую кобуру, аккуратно положив их на край пульта. Командир выглядел уставшим. За последние сутки он провел несколько боев, сбежал от московской корпоративной охраны и ограбил банк.

— Тридцать минут на гигиену. Потом прием пищи и сон. Я на часах, — сухо бросил он, прислоняясь спиной к стене и скрещивая руки на груди.

— Офицер, мы в пространственно-временном пузыре, — устало улыбнулась Рин, снимая сапоги со шпорами. — Сюда не ворвется спецназ. И шериф тоже не доскачет. Иди в душ.

Лекс посмотрел на нее. В ее взъерошенных волосах застряла соломинка. Он молча шагнул к ней, аккуратно вытащил соломинку двумя пальцами и, чуть задержав взгляд на ее янтарных глазах, развернулся к душевой.

— Тридцать минут, мелкая. Не больше.

***

Час спустя они сидели в центре зала, переодетые в простые, мягкие комбинезоны, которые любезно синтезировал корабль. Эдвард уплетал третью порцию синтетического бефстроганова, Ганс пил кофе из изящной чашечки, а Лиза блаженно массировала натертые ботинками ступни.

— Слушайте, — вдруг нахмурилась связистка. — А как мы вообще понимаем, что нам говорят?

Все посмотрели на нее.

— В смысле? — не понял Ганс.

— В прямом! Мы были в Москве двадцать первого века — мы их понимали. Мы прыгнули в Америку девятнадцатого — и я отлично понимала ругань того ковбоя! Английский девятнадцатого века звучит иначе, но для меня это звучало как наш родной стандартный интерлингв. Как?

Рин, сидевшая в кресле пилота с ногами, усмехнулась и коснулась янтарной хроносферы. По залу прокатился низкий, вибрирующий гул, похожий на смешок, сопровождаемый легким шуршанием, словно кто-то пересыпал песок из ладони в ладонь.

— Сфера спрашивает, — сдерживая улыбку, перевела Рин, — «Вас не смущает, что вы летите сквозь ткань мироздания в разумной черной будке, игнорируя законы квантовой физики? Даже в вашем хваленом двадцать шестом веке вы не научились прыгать во времени. Но вас удивляет автопереводчик?».

Ганс поперхнулся кофе.

Сфера снова издала шуршащий звук, на этот раз более снисходительный.

— Она говорит: мы об этом позаботились, — продолжила Рин. — Во время каждого скачка хроносфера проводит нейро-лингвистическую синхронизацию наших мозговых ритмов с информационной матрицей той эпохи, куда мы прибываем. Мы не просто понимаем язык, мы понимаем местный сленг, идиомы и акценты. Для местных мы звучим абсолютно естественно.

— Удобный сервис, — хмыкнул Лекс, допивая воду из фляги. — Отбой, команда. Спим, пока этот транспорт не решил снова бросить нас под пули.

Свет в зале мягко померк, оставив лишь теплое янтарное свечение пульта. Капсулы приветливо открылись.

Проваливаясь в глубокий сон, Лекс краем глаза видел, как Рин свернулась калачиком в своем капитанском кресле, а хроносфера заботливо укрыла ее легким силовым полем, имитирующим плед. Командир закрыл глаза, впервые за долгое время чувствуя себя в относительной безопасности.

***

Пробуждение было резким.

Янтарная сфера запульсировала тревожным оранжевым светом. По полу пробежала легкая вибрация.

— Внимание, — голос Рин, мгновенно проснувшейся, прозвучал звонко в тишине зала. — Сфера нашла третий узел вируса. И она не спрашивает разрешения. Мы прыгаем!

Лекс мгновенно вскочил на ноги, по привычке потянулся к кобуре, которой не было. Ганс и Лиза вывалились из капсул. Эдвард, издав спросонья жалобный стон, попытался спрятаться обратно.

— Держитесь! — крикнула Рин.

Вспышка золотистого света окатила их с ног до головы. Транзитный туннель схлопнулся.

Лиза вскрикнула, почувствовав, как ее уютный комбинезон превращается во что-то грубое, состоящее из льняной юбки, плотного кожаного лифа и широкого пояса. На ее голове материализовалась красная бандана.

Ганс ахнул: его одежда сменилась на роскошный, но изрядно потрепанный бархатный камзол с золотым шитьем, кружевное жабо и высокие ботфорты.

— О, это же натуральный шелк! Но почему от него так несет дегтем и застоявшейся водой?! — возмутился мажор, брезгливо обнюхивая рукав.

Эдвард, лишившись верхней части одежды, остался в одних широких полосатых штанах, перехваченных алым кушаком. Его чудовищная мускулатура теперь была выставлена напоказ. С татуировками, которые Сфера любезно спроецировала на его плечи, трусливый здоровяк выглядел как самый кровожадный боцман-палач Семи Морей.

Рин крутанулась в кресле. На ней была свободная белая рубаха, кожаные штаны и широкие ремни. Ее верный дешифратор в кармане теперь ощущался как тяжелый латунный компас, украшенный странными узорами.

Она перевела взгляд на Лекса.

Лекс стоял, широко расставив ноги на вибрирующем полу. Корабль облачил его в длинный, иссиня-черный кожаный плащ капитана. Из-под распахнутого ворота рубахи виднелся шрам на ключице. На голове, слегка набекрень, сидела потертая треуголка, делая его хищный взгляд еще более опасным. На широком ремне висела массивная абордажная сабля, а его любимый плазменный бластер теперь выглядел как инкрустированный серебром кремневый пистолет с удлиненным дулом.

— Разрази меня гром, — тихо выдохнула Рин. Ей внезапно стало жарко. Лекс в образе пиратского капитана был незаконно хорош собой.

Лекс мрачно оглядел свой наряд, вытащил саблю, взвесил ее в руке с непередаваемым сарказмом и вернул в ножны.

— Рин, скажи своему кораблю, что если мне придется кричать «на абордаж» или пить ром из бочки, я разнесу эту будку изнутри.

Резкий толчок. Стена корабля растаяла.

В нос ударил соленый запах океана, пороховой гари и гниющего дерева. Пол под ногами, который еще секунду назад был твердым графитом, внезапно сменился мокрыми, скрипящими досками, которые ходили ходуном.

В уши ворвался оглушительный грохот пушечного выстрела, крики чаек и яростный вопль сотен глоток:

— Крючья на борт!!! Руби мачты, псы!!!

Черная будка Сферы материализовалась прямо на полубаке огромного испанского галеона, который в этот самый момент брала на абордаж пиратская шхуна.