Автостопом по Вселенной: звезды в подарок

Глава 45. Лапти, Перун и варяжская плазма

Лекс привычно скрестил руки на груди, расставив ноги на ширину плеч, готовясь к толчку.

В лицо ударил колючий морозный ветер, пахнущий хвоей, древесным дымом и сырой землей. Под ногами захрустел глубокий, грязный снег, перемешанный с хвоей.

Лиза, оказавшаяся в длинном, расшитом красными узорами льняном сарафане и теплой душегрее, завязанной на груди, лишь рассмеялась:

Эдвард выглядел так, словно только что сошел со страниц древних былин. Корабль оставил его с голым, раскаченным торсом, невосприимчивым к холоду из-за генных модификаций, но набросил ему на плечи колоссальную медвежью шкуру с оскаленной мордой вместо капюшона. В его огромной руке была зажата тяжеленная шипованная дубина размером с молодое дерево. При этом лицо у «берсерка» было таким растерянным и добрым, что контраст вызывал нервный смех. Он молча переступил с ноги на ногу и, увидев, что Лиза ежится от ветра, осторожно снял с себя медвежью шкуру и укутал ею девушку по самые плечи.

Рин зябко поежилась в своем наряде лесной охотницы — плотная кожа, меха и высокие сапоги-поршни. Ее дешифратор превратился в массивный костяной амулет, покрытый резами.

Командир выглядел пугающе органично в этой дикой, суровой эпохе. Тяжелая темная кольчуга плотно облегала его широкие плечи, поверх нее был наброшен плащ из волчьих шкур, скрепленный на груди массивной фибулой. Синие глаза Лекса, привыкшие к прицелам бластеров, теперь холодно сканировали темную чащу из-под надвинутого стального шлема с полумаской. Его плазмомер Корабль заботливо замаскировал под тяжелый, украшенный серебром варяжский меч, покоящийся в ножнах на поясе.

— Тихо, — Лекс поднял руку в перчатке из вороненой стали.

Только сейчас они поняли, где очутились.

— Бинго, — прошептала Рин, доставая свой костяной «дешифратор». — Камень прямо в идоле.

Но подойти к нему было невозможно. У подножия божества на коленях стоял седой волхв в балахоне из перьев и вороньих крыльев. А между командой и идолом, обнажив тяжелые секиры и боевые топоры, полукругом выстроились с десяток суровых, бородатых дружинников. Их дыхание вырывалось изо ртов белым паром, а глаза горели фанатичным огнем.

— Кто таковы?! — рявкнул самый здоровенный из них, делая шаг вперед и потрясая секирой. Его голос грохотом разнесся по лесу. — Как смели вы, тати неведомые, ступить на священное капище Громовержца в ночь зимнего солнцестояния?!

Волхв медленно поднялся с колен. Его слепые, белесые глаза безошибочно уставились на пришельцев.

Дружинники с яростным ревом сомкнули щиты и двинулись на команду.

Ганс, запутавшись в длиннополом тулупе, попытался побежать, но споткнулся в своих лаптях и рухнул лицом в снег.

Эдвард сглотнул. Он посмотрел на разъяренных бородачей с топорами, потом на Лизу, которую заботливо укутал в свою медвежью шкуру. В его глазах мелькнула отчаянная решимость.

Дружинники на секунду опешили от такой вежливой речи огромного, полуголого берсерка на лютом морозе.

Этой заминки Лексу хватило с лихвой.

Лекс медленно, демонстративно вытащил из ножен свой варяжский меч. Дружинники презрительно усмехнулись: один воин против десятка.

Его большой палец привычно лег на замаскированный на рукояти активатор.

— Я посланник других сил, — ровным, бездушным тоном произнес Лекс, глядя прямо в глаза главному дружиннику сквозь пар. Свечение плазменного клинка отражалось в его холодных синих глазах. — Мы пришли за камнем. Тот, кто пересечет эту черту — познает гнев, перед которым ваш деревянный идол — просто щепка.

Дружинники попятились, с ужасом глядя на сияющий меч Лекса, от которого исходил нестерпимый жар. Волхв охнул и упал на колени, закрывая лицо руками.

Рин, не теряя ни секунды, скользнула за спину Лекса, подбежала к идолу и вскарабкалась по его резным узорам. Дешифратор-костяшка в ее руке мигнул, и кристалл с влажным хлюпаньем сам выпал из деревянного лба идола прямо ей в ладонь.

— Уходим, — скомандовал офицер, не опуская сияющего клинка и пятясь к тому месту, где воздух уже начал идти рябью, выдавая невидимую дверь их Корабля.

Эдвард, бережно приобняв Лизу за плечи, первым зашел в невидимый шлюз. Ганс, воя про отмороженные пальцы и проклятые лапти, пополз следом на четвереньках. Рин нырнула внутрь, крепко сжимая кристалл.

Гладкие двери сомкнулись, навсегда отрезая их от ледяного ветра, запаха хвои и языческих идолов.

В теплом зале Корабля Рин подошла к пульту и положила седьмой кристалл.

— Получилось... — выдохнула Рин, падая в кресло пилота. — Код стабилизируется. Сфера говорит, что цепь вируса разорвана.

Но прежде чем Рин успела ответить, Корабль содрогнулся. Янтарная Сфера внезапно почернела. Графитовые стены вокруг них затряслись, а по пульту побежали красные предупреждающие символы Слушающих Песок.

— Рин! Что происходит?! — крикнул Лекс, бросаясь к ней и хватаясь за спинку ее кресла, чтобы не упасть.

Рин подняла на Лекса полные ужаса глаза.