Золотая воронка времени сомкнулась абсолютно бесшумно. Корабль мягко, словно черная кошка, опустился на мокрый асфальт в глухом кирпичном переулке. После рева лондонских шестеренок здесь царила удивительная, почти успокаивающая тишина, прерываемая лишь далеким воем полицейской сирены и приглушенными звуками саксофона.
Янтарная Сфера, пульсировавшая тревожным светом, медленно сбавила яркость и перешла в ровный, теплый режим ожидания.
— Прибыли, — выдохнула Рин, откидываясь на спинку кресла. Ее руки все еще дрожали после спасения из механизма Биг-Бена. — Шестой кристалл где-то здесь. Но фон стабильный. У нас есть время.
Лекс, чья рубашка была изорвана и перепачкана машинным маслом, молча кивнул.
Рин приложила ладонь к сфере:
— Корабль, полный цикл очистки и адаптация гардероба.По рубке пробежала мягкая волна голубоватого света. Лондонская грязь, сырость и запах угля исчезли без следа, сменившись ароматом дорогого табака, терпкого парфюма и кожи.
Когда свет рассеялся, Ганс издал звук, похожий на писк счастливой мыши, дорвавшейся до головки сыра бри.
— О, святые дивиденды! Наконец-то! — мажор крутнулся на месте. На нем сидел безупречный смокинг с иголочки, шелковая бабочка и лакированные туфли. Волосы были идеально зачесаны назад и блестели от бриолина. В нагрудном кармане белел шелковый платок. — Я снова человек! Я готов инвестировать в эту эпоху!Лиза присвистнула, оглядывая себя. Строгая викторианская блузка сменилась потрясающим платьем-флэппер чуть ниже колен, расшитым сотнями мерцающих серебряных пайеток. На голове красовалась изящная повязка с черным страусиным пером.
— Слушайте, а мне начинает нравиться эта ваша охота за кристаллами, — она кокетливо повела плечом, заставив бахрому на платье взлететь. — Эдди, как я тебе?Эдвард, которого Корабль нарядил в колоссальных размеров двубортный костюм в тонкую полоску и серую фетровую шляпу, выглядел как самый опасный и непоколебимый вышибала итальянской мафии. Он сглотнул, глядя на сверкающую Лизу, и его суровое лицо бандита залилось краской.
— Вы... вы как всегда ослепительны, Лиза. Эта блестящая чешуя... то есть, ткань... очень вам к лицу.Рин улыбнулась, поправляя свое собственное платье — элегантное, прямого кроя, цвета глубокого сапфира. Но ее улыбка погасла, когда она обернулась к Лексу.
Лекс стоял у пульта, застегивая пуговицы на жилете. На нем был темный костюм-тройка с идеальной посадкой, белоснежная рубашка и небрежно накинутое светлое кашне. Шляпа-борсалино была сдвинута чуть набок, скрывая глаза. Он выглядел не просто угрожающе — он выглядел так, словно этот город уже принадлежал ему.— Лекс, — Рин сглотнула внезапно пересохшим горлом. — Ты похож на Аль Капоне.
— Аль Капоне был дилетантом с плохим вкусом, — Лекс поправил манжеты и посмотрел на нее. В его глазах мелькнула теплая искра. — А ты похожа на девушку, которой срочно нужен хороший стейк и бокал чего-нибудь крепкого. Выдвигаемся. Ганс, веди. Это твоя стихия.Ганса не нужно было просить дважды. Вооружившись тростью с золотым набалдашником, он гордо вышагнул в переулок.
Через десять минут блужданий по ночному Чикаго они стояли перед неприметной зеленой дверью в подвале прачечной. Ганс уверенно постучал: два коротких, один длинный.
В двери открылось смотровое окошко. На них уставился хмурый глаз.— Пароль? — прохрипел невидимый страж.Ганс небрежно достал из кармана хрустящую стодолларовую купюру, сгенерированную Сферой, и просунул в щель.— Мой пароль — Бенджамин Франклин, любезный. И мы очень голодны.Дверь распахнулась. Их окатило волной тепла, густого сигарного дыма и взрывного, ритмичного джаза.
Подпольное казино «Слепой Тигр» гудело как улей. На крошечной сцене надрывался темнокожий саксофонист, вокруг столиков сновали официантки в коротких юбках, а в дальнем углу крутилось колесо рулетки.Метрдотель, оценив габариты Эдварда и ледяной, властный взгляд Лекса, мгновенно усадил их за лучший столик у сцены, решив, что перед ним важные боссы из Нью-Йорка.
— Принесите нам ваши лучшие стейки из говядины, омаров и бутылку коллекционного шампанского! — скомандовал Ганс, развалившись в кресле. Он подмигнул проходящей мимо хорошенькой танцовщице, и та хихикнула, послав ему воздушный поцелуй.
— Простите, сэр, — официант нервно оглянулся. — Сухой закон. У нас есть только... чай.— Неси свой «чай», — хмыкнул Лекс, бросая на стол еще пару купюр.Когда принесли еду, команда набросилась на нее так, словно не ела месяц. Лондонская вылазка вымотала всех. Лиза с аппетитом уплетала мясо, запивая его из фарфоровой чашки темной жидкостью.
Ганс, предвкушая вкус элитного алкоголя, изящно отпил из своей чашки... и его лицо перекосило.— Что это за дрянь?! — прошипел он, хватаясь за горло. — Это же скипидар пополам с сиропом от кашля!— Это бутлегерский виски, мажор, — усмехнулась Лиза. — Добро пожаловать в Америку двадцатых. Расслабься и иди потанцуй со своей подружкой, пока она не ушла к другому.Ганс, оскорбленный в своих гастрономических чувствах, гордо поднялся.
— Я так и сделаю. В конце концов, я здесь самый состоятельный и завидный жених! — он поправил бабочку и уверенной походкой направился к стайке хихикающих флэпперш у барной стойки.Заиграл быстрый, зажигательный чарльстон. Лиза не выдержала, вскочила и потянула за собой Эдварда.
— Пойдем, здоровяк! Покажешь мне, как танцуют генетически модифицированные мажоры!Эдвард в панике уперся ногами в пол.— Лиза, нет! Я растопчу вам ноги! Мой вес...— Глупости! Я буду тобой управлять! — она со смехом вытащила его на танцпол, и вскоре гигант, красный как рак, неуклюже, но очень старательно переступал с ноги на ногу под ее руководством.За столиком остались только Лекс и Рин.
Рин смотрела на танцующих друзей, чувствуя, как напряжение последних суток наконец-то отпускает ее. Она отпила немного обжигающего виски из чашки и поморщилась.Внезапно она почувствовала прикосновение. Лекс протянул руку и большим пальцем осторожно стер с ее щеки едва заметное пятнышко сажи, оставшееся еще с часовой башни Биг-Бена. Его кожа была шершавой, но движение — невероятно бережным.Рин замерла, подняв на него глаза. В полумраке джаз-клуба, под звуки саксофона, его синий взгляд казался темным, почти черным.
— Ты хорошо справилась сегодня, — тихо сказал Лекс, не убирая руку. — Я бы не успел вытащить кристалл.— Мы команда, — прошептала Рин, чувствуя, как сердце сбивается с ритма, и это никак не было связано с чарльстоном. — Ты держал шестеренку, я достала вирус. Мы...Ее слова прервал тихий, но настойчивый писк.
Дешифратор, замаскированный под изящный кулон на ее шее, завибрировал.Рин мгновенно очнулась, перехватив кулон. Цифры на миниатюрном голографическом экране бешено завертелись.— Лекс, — шепотом позвала она, и вся романтика момента испарилась, уступив место профессиональной собранности. — Фон меняется. Он здесь. Шестой кристалл совсем рядом.
Лекс мгновенно подобрался. Его взгляд снова стал холодным и цепким. Он окинул зал незаметным, сканирующим взглядом, оценивая выходы, охрану и толпу.
— Дистанция?— Меньше двадцати футов, — Рин повернула кулон, сверяясь с вектором. — Направление... наверх.Они одновременно подняли глаза.
Над основным залом нависал VIP-балкон, отгороженный бархатными канатами и охраняемый двумя хмурыми громилами с явными выпуклостями от пистолетов под пиджаками. За столиком на балконе сидел тучный мужчина с зализанными волосами, курящий толстую сигару. Рядом с ним крутилось колесо рулетки для высоких ставок.А на столе, прямо перед местным авторитетом, лежала трость с набалдашником. В него был инкрустирован огромный, пульсирующий глубоким фиолетовым светом кристалл.— Вот говно, — процедил Лекс, поправляя шляпу. — Кажется, наш вирус стал любимой игрушкой какого-то местного криминального босса.
Рин напряженно посмотрела на балкон.— Что будем делать? Попросим Эдварда отвлечь охрану?Лекс тихо усмехнулся, глядя, как гигант внизу с виноватым видом извиняется перед кем-то, кому случайно наступил на ногу.— Эдвард — генетический пацифист, Рин. Он скорее прочитает мафии лекцию о вреде курения и упадет в обморок, если на него наставят пушку. А если начнется стрельба, Лиза нам этого не простит. Нет. Мы в казино. Значит, мы будем играть по их правилам.Он поднялся, элегантно застегнув пуговицу пиджака, и протянул Рин руку.
— Идем, Капитан. Пора показать этим джентльменам, как срывают куш в двадцать шестом веке.