Глава 44. Фиолетовый азарт и танцы на столах

У подножия лестницы, ведущей на VIP-балкон, путь им преградили двое охранников. Один из них, с перебитым носом и жующий зубочистку, лениво скрестил руки на груди.

— Наверх нельзя, приятель. Босс отдыхает.

Лекс даже не замедлил шаг. Его лицо оставалось маской холодного, аристократичного равнодушия. Он молча сунул руку во внутренний карман пиджака и извлек оттуда увесистую пачку стодолларовых купюр — Сфера щедро снабдила их местной валютой.

Лекс небрежно, двумя пальцами, вложил пачку в нагрудный карман охранника.

— Мы хотим сыграть. И мы ставим по-крупному, — его голос прозвучал как лезвие ножа, скользящее по льду. — Ваш босс ведь не откажется от легких денег?

Охранник скосил глаза на торчащие зеленые бумажки, переглянулся с напарником и молча отступил в сторону, отстегивая бархатный канат.

На балконе было тише. Тучный босс, пуская клубы сигарного дыма, скучающе наблюдал за вращением рулетки. Когда Лекс и Рин подошли к столу, он медленно перевел на них тяжелый, маслянистый взгляд.

— Новые лица, — прохрипел он, не вынимая сигары изо рта. — Люблю свежие деньги. Присаживайтесь.

Лекс отодвинул стул для Рин, а затем сел сам. Он бросил на зеленое сукно еще три тугие пачки долларов. Глаза босса алчно блеснули.

Рин старалась не смотреть на фиолетовый кристалл, пульсирующий в набалдашнике трости всего в полуметре от нее. Ее дешифратор, спрятанный в кулоне, едва заметно вибрировал, реагируя на шестой узел вируса.

— Во что играем? — спросил мафиози.

— Рулетка, — коротко бросил Лекс. — Красное.

Крупье запустил шарик. Тот застучал по ячейкам.

Рин незаметно положила руку на стол, активируя микро-импульс в своем кулоне. В двадцать шестом веке гравитационные манипуляторы были детской игрушкой, а здесь, в двадцатых, это была чистая магия. Шарик, словно послушный пес, послушно перескочил черную ячейку и замер на красной.

— Повезло, — процедил босс, когда крупье придвинул Лексу удвоенную гору денег.

— Ставлю всё, — Лекс небрежно толкнул гору купюр вперед. — Черное.

Еще один бросок. Еще один микро-импульс от Рин. Снова победа.

Лицо босса начало наливаться дурной кровью. За его спиной напряглись телохранители.

Лекс откинулся на спинку стула, сложив руки домиком, и посмотрел мафиози прямо в глаза.

— Деньги — это скучно, — произнес офицер с идеальной интонацией зажравшегося миллионера. — Давайте сыграем на что-то действительно интересное.

Он кивнул на трость босса.

— Мне нравится эта безделушка. Этот фиолетовый камень отлично подойдет к платью моей спутницы.

Босс хрипло рассмеялся, обнажив золотые коронки.

— Губа не дура, парень. Это африканский сапфир. Единственный в своем роде. Он стоит больше, чем всё это казино.

— Значит, сыграем на всё, — Лекс снял со своей руки массивный хронометр — шедевр технологий 26 века, замаскированный под часы, — и положил его поверх горы денег. — Мой выигрыш и швейцарские часы индивидуальной работы против вашей трости. Одно вращение. Зеро.

По балкону пронесся изумленный шепот. Ставить всё на зеро было абсолютным безумием.

Босс сузил глаза. Жадность переборола осторожность.

— Идет. Крути! — рявкнул он крупье.

Шарик сорвался с места. Рин закусила губу, концентрируя всю мощность дешифратора в одной точке. Батарея кулона опасно нагрелась, обжигая кожу сквозь шелк платья.

Шарик прыгал. Стучал. Замедлялся.

Босс подался вперед, сжимая кулаки.

Зеленый сектор. Зеро.

— Бинго, — Лекс холодно улыбнулся и протянул руку к трости.

— Стоять! — мафиози с грохотом ударил кулаками по столу. Лицо его побагровело от ярости. — Вы жульничаете! Никто не выигрывает у меня три раза подряд! Взять их!

Охранники потянулись за пистолетами во внутренние карманы.

Рин внутренне сжалась. Лекс напрягся, готовый перевернуть тяжелый стол из красного дерева, как пушинку.

И в этот самый момент снизу, из основного зала, раздался громоподобный, оглушительный треск.

Все на балконе инстинктивно дернулись и посмотрели вниз.

Там, в центре танцпола, возвышался Эдвард.

Генетический гигант, отчаянно пытаясь удержать равновесие во время слишком энергичного па в чарльстоне, случайно наступил на ногу какому-то мелкому гангстеру. Гангстер возмутился и толкнул Эдварда в грудь. Эдвард, испугавшись, что причинит человеку вред, инстинктивно сделал шаг назад... и всем своим колоссальным весом рухнул прямо на несущую колонну, поддерживающую декоративный балкончик для музыкантов.

Колонна с жалобным хрустом переломилась пополам. Музыканты с воплями посыпались вниз вместе со своими саксофонами и контрабасами, поднимая облако пыли и сея абсолютную панику.

Кто-то завизжал. Кто-то, решив, что это облава, выстрелил в потолок. Толпа ломанулась к выходам, переворачивая столы со «скипидарным» виски.

Ганс, в своем идеальном смокинге, с истошным воплем: «Мои туфли! Это же итальянская кожа!» — рыбкой нырнул под перевернутый стол рулетки, спасаясь от летящих бутылок. Лиза, хохоча как ненормальная, схватила перепуганного Эдварда за огромную руку и потащила его к черному ходу.

Лексу хватило этой секунды замешательства.

Он ударил ладонью по краю рулеточного стола с такой силой, что тяжеленная махина опрокинулась, сбив с ног босса и его охрану. Монеты и фишки брызнули во все стороны.

Рин молниеносно перемахнула через упавший стул, схватила трость обеими руками и прижала горящий кулон-дешифратор прямо к фиолетовому камню.

Код взлома полился в структуру вируса. Камень вспыхнул ослепительно-лиловым и с тихим шипением отделился от золотой оправы, падая прямо в подставленную ладонь Рин.

— Бежим! — крикнул Лекс.

Он подхватил Рин за талию, и они вместе, не оглядываясь, бросились к пожарной лестнице. Сзади уже слышались отборные ругательства и щелчки взводимых курков.

Выскочив в спасительную прохладу переулка, они столкнулись с Лизой, которая отряхивала бахрому своего платья, и Эдвардом, который всё ещё бормотал извинения пустому воздуху. Секундой позже из подвального окна прачечной, перемазанный в муке и чьей-то помаде, вывалился Ганс.

— Я ненавижу двадцатый век! — простонал мажор, отплевываясь. — Мой костюм пахнет дешевым алкоголем и страхом!

— Корабль! — крикнула Рин.

В темноте переулка бесшумно раздвинулись графитовые створки Сферы. Вся команда ввалилась внутрь ровно за секунду до того, как в переулок выскочили разъяренные гангстеры с томми-ганами.

Двери затянулись, отрезая их от криков и стрельбы.

Рин, тяжело дыша, прислонилась к теплой панели пульта. В ее ладони лежал погасший, теперь абсолютно безопасный фиолетовый кристалл — шестой узел вируса.

Лекс снял шляпу-борсалино и смахнул со лба каплю пота. Его костюм-тройка был безнадежно помят, но в синих глазах плясали смешинки.

— Отличная игра, Капитан, — хмыкнул он.

— А Эдвард оказался отличным отвлекающим маневром, — Рин рассмеялась, глядя, как огромный здоровяк с ужасом осматривает свои ботинки, боясь, что случайно раздавил чьи-то карманные часы.

Янтарная Сфера вспыхнула и втянула в себя кристаллы, мягко заурчав при этом.

Но вместо того, чтобы успокоиться и перевести Корабль в режим отдыха, она вдруг замерцала глубоким, изумрудно-зеленым светом.

Координаты на главном экране снова пришли в движение. Года замелькали в обратном порядке.

— Опять?! — взвыл Ганс, сползая по стенке рубки. — Скажите мне, что мы летим хотя бы на Французскую Ривьеру!

Рин посмотрела на монитор, и ее глаза расширились.

— Не совсем, Ганс... Держитесь крепче! Сфера засекла седьмой кристалл! Последний! Мы прыгаем!

Корабль дернулся, пронзая ткань времени и уносясь навстречу густым лесам, языческим кострам и суровой древней Руси...

Загрузка...