Глава 36 В призрачном парке

Вот и всё. Лира собралась быстро, холодно, равнодушно. Старое, прочное и удобное платье. Ботинки на низком каблуке. Она собрала и чемодан, но, представив, как придёт с ним сегодня в Академию — она ведь каждый день гуляет с чемоданом! — рассмеялась. Лира задвинула чемодан под кровать и одёрнула покрывало пониже. Гордо чеканя шаг, вышла из комнаты. Она помедлила в коридоре, у двери комнаты бабули, и всё-таки заглянула к старухе.

Постель была пуста, кресло развёрнуто спинкой к девушке. Бабуля читала или, может быть, спала в нём и, признаться, Лира была рада, что старуха не видит лица внучки.

— Бабуля я ухожу! — крикнула она с порога. — В рейд! Я вернусь не скоро! Вы справитесь без меня? Ханна, (сиделка), придёт утром…

Она отступила, закрыла дверь до первых слов бабушки и обиженно загрохотала вниз по лестнице.

Дом отпускал её легко. Легко открывались двери. Легко поскрипывали ступеньки под ногами, желая счастливого пути. Любимые с детства вещи: фотографии, картины, часы, удивительная фигурная трещина на потолке над лестницей, яркая светлая досочка, одна среди тёмных на паркете гостиной… — все они прятались от глаз девушки, щадя её чувства. Лира выбежала на улицу. Заперев дверь, вдохнула свежего холодного воздуха и почувствовала себя невесомой пушинкой. Подгоняемая ветром, она поспешила в Академию.

Тихая морозная декабрьская ночь выстроила хрупкий купол над городом. Яркие наглые звёзды глядели на землю сквозь прозрачное стекло воздуха. Новорожденный месяц острым когтем выглядывал то тут, то там из-за крыш, сопровождая девушку.

Лира не волновалась. Владыка решил всё за неё, ей оставалось неукоснительно следовать его плану.

Она спустилась в арсенал. Взяла несколько пузырьков и наполнила их принесённой из дома водой, самой обычной, не обладающей никакими особенными свойствами. Круглые, призрачно светящиеся в темноте часы над дверью подземного зала показывали полчаса до полуночи.

"Полчаса… Время есть!"

Лира задумалась. Она вертела сложную задачу, предстоящую ей, играла, будто игрушкой, и постепенно впадала в замешательство.

Самый важный вопрос: что будет с Агнессой там, в Призрачном парке, когда он встретятся с Дэви? Агнессу убьют? Почему она раньше не спросила Владыку о судьбе подруги?! Малодушие, презренное малодушие! Конечно, она попробует уговорить Агнессу уйти раньше, до парка, но вот послушается ли охотница? А Винсент? Отпустит ли его Дэви, как обещал, если Избранный откажется от бессмертия?

…Конечно! Он же Владыка. Он же не должен лгать!

"Ага, верь больше лживым carere morte, охотница Диос!"

Лира мотнула головой, отгоняя страшные видения. В это время в хранилище зашли сразу две группы — шесть человек. Они принесли странные вести: Район Второй Городской больницы оккупировали Низшие. И неизвестные хозяева стягивали к району Родниковой и Медеора стаи своих кукол. Девушка вздохнула, приложила холодные пальцы к начинающим ныть вискам: "Ночь только начинается! Ох, чую, ничего у меня не получится!"

Она подошла к охотникам: нужно было изображать неподдельную заинтересованность происходящим.

— А жертв много? — заметила она дрожащим голосом. — Должно быть, немало…

Ей представилось, как она бредёт туда, в самую гущу событий. Девушке стало страшно. Нет, она не боялась драки с carere morte. Её ужасала публичность грядущих событий!

В арсенал спустился Бовенс. Заметив Лиру, он отозвал её в сторону.

— Обсуждаете Ориенс?

— Да. Как вы думаете, что там сегодня? Почему?

— Вампиры решают вопрос, кто будет владыкой Низших, и будет ли он вообще.

Лира скрыла улыбку:

— Это точно?

— Это вероятно! — Бовенс усмехнулся. — После смерти Гектора Долуса… — и за уничтожение владыки Низших в первую очередь следует сказать спасибо вам, юная леди, — Дэви решил прибрать Низших к своим рукам.

— Откуда вы знаете, что Владыка в Доне?

— По всем признакам Владыка бессмертных здесь, — охотник подмигнул ей, и Лира на мгновение испугалась, что Бовенсу известно об их совместных планах. — Но я хотел поговорить с тобой не о Дэви.

— Да, я слушаю.

Бовенс вздохнул:

— Я не люблю начинать издалека, ты знаешь, — он понизил голос, впрочем, без необходимости: их никто не подслушивал. Охотники были поглощены обсуждением новой битвы на Востоке и гадали, кого из них сегодня пошлют туда.

— И у меня, и у Латэ есть подозрения, что ты попала под власть чар carere morte. Кто твоя Низшая? Ты должна немедленно передать её мне.

— Тесса? Она… По правде сказать, я уже давно её не видела. Она сбежала. Не приходила с осени…

Лира едва выдержала недоверчивый взгляд охотника.

— Если чары и были, я ничего не чувствовала, — тихо добавила она.

— Так… — начал охотник и замешкался: в дверях арсенала показался Латэ, и Бовенс был вынужден оставить Лиру.

— Не уходи никуда. Будь здесь, — приказал он и ушёл.


Дорога была длинной. Лира надеялась, что за время пути сумеет разобраться в хаосе своих мыслей и эмоций — и надеялась тщетно. Серые нити мыслей, разноцветные нити чувств сплелись в тугой клубок неприятного буро-багрового цвета. Бурый — от тяжести несказанного, которую она больше не могла выносить. Багровый был её тревогой.

Привычная спутница Бездна сегодня была невидима. Жестокая и справедливая, она не заслоняла от Лиры мир, надежду которого охотница должна была скоро погубить во славу Её. "Смотри!" — приказывала она. И Лира смотрела… На её лице отражалась смесь отчаяния, надежды и боли.

Агнесса ждала её на улице кварталом ниже Родниковой. Увидев Лиру, она отчаянно замахала руками.

— Что такое? — настороженно спросила Лира, подойдя. — Мы же договаривались встретиться на Родниковой!

Она надеялась пройти квартал в одиночестве, ещё подумать, помолчать, немного придержать страшную ночь, несущуюся во весь опор…

— Там слишком опасно! — выдохнула Агнесса. — Низшие собираются в округе, и наши отряды встали близко. Нельзя, чтобы они нас увидели! Я не могла там стоять на виду, хорошо, что нашла тебя тут.

— А как же Избранный?

— Не знаю! Но он сам это затеял — пусть теперь выпутывается!

— Не понимаю…

— Это он написал Низшим письмо. Они ввяжутся в бой с охотниками, охраняющими Родниковую, а мы в суматохе убежим… Ты как? Тебя это не пугает?

— Нет.

Агнесса благодарно улыбнулась и дружески сжала охотнице руку. Лира горячо пожелала немедленно провалиться сквозь землю.

Она поднимались к Родниковой, а впереди было очень и очень… неспокойно. Лире то и дело мерещились крылатые чёрные твари в небе. Она почти успевала ухватить их краем глаза.

"И они здесь из-за меня!"

А ведь она даже не могла вспомнить: как, когда рассказала Владыке об убежище Избранного! Что же это: чары? Может, ещё не поздно остановиться?

"Какой будет скандал! — она поёжилась. — Могу себе представить: Диос в гостях у Владыки вампиров, Диос выдаёт Избранного бессмертным… Интересно, из Ордена могут исключить за такое?"

Быстрая чёрная тень пронеслась над самой головой, и Лира приглушённо вскрикнула. Агнесса холодно зарядила арбалет и промолвила:

— Они не видят в нас служителей Ордена и, похоже, что они сыты. Но всё-таки будем настороже.

"Не так, Агнесса. Они видят, что с тобой — я, предательница Диос, поэтому не трогают нас", — она должна была сказать это, но молчала. Но вот Лира увидела приоткрытое окно на первом этаже дома и любопытную маленькую девочку в нём, и кинулась туда с криком:

— Закрой окно, сейчас же! Не подходи к нему!

Девочка испугано отшатнулась и, кажется, заревела. Лиру била нервная дрожь.

"Для кого-то, возможно, для нескольких или даже для многих эта ночь станет последней. И во всех смертях сегодня будешь виновна ты!"

— Я не допущу, — пробормотала Лира. — Встану вместо… Не допущу! Чёрт, он обещал мне! Если он не сдержит слова я… я его убью!

Владыка ничего ей не обещал, но Лира решила забыть об этом.

— Ты что? — встревоженно спросила Агнесса и легонько тряхнула девушку за плечо. — Задремала на ходу? — тут же, обернувшись и судорожно вздохнув, она втолкнула Лиру в ближайший открытый подъезд. Спрятавшись в темноте, пахнущей сыростью и зимой, девушки смотрели, как мимо быстро, скрытно проходят люди в полицейской форме.

— Кто это ещё? — шепнула Лира. — Куда они крадутся? Здесь намечена полицейская облава?

— Не знаю. Родерик не говорил…

Люди прошли мимо, и Агнесса осторожно выглянула на улицу. Лира напряжённо прислушивалась.

— Остановились. Их остановили наши, — докладывала Агнесса. — Я не понимаю…

С улицы слышались голоса. Спокойные, тихие — вежливая беседа, но была в голосах пришедших тщательно сдерживаемая злость. Просто так эти люди не разойдутся! Скоро беседа превратилась в перепалку, уровень ярости нарастал…

— Их злость чрезмерна, так не бывает, так себя не ведут, — пробормотала Агнесса. — Это внушённое чувство! Бежим на помощь!

Лира не успела ничего возразить, подруга, крепко схватив за запястье, потащила её на улицу. Впереди, точно у дома Избранного, стояли друг против друга две группы людей. Четверо охотников защищали вход в дом. "Четверо! — а в отряде шестеро, значит, двое сторожат неподалёку", — пронеслась мысль. Смертных против них было трое, но большой отряд таился в тени. Охотники также поняли, что люди перед ними зачарованы. Один уже начал монотонно читать ритуальную формулу, разбивающую вампирское внушение. Но голоса пришедших становились громче и уверенней. Вот гневный выкрик — начало операции… Раздались выстрелы. Стреляли пришедшие. Охотник, тот, что читал ритуал, был убит сразу, другой ранен. Оставшиеся отступили на ступени. Лира видела: оба достали оружие.

Агнесса при первых выстрелах остановилась, прижала ладони ко рту. Лира испугалась, не ранена ли она. Но охотница молчала, она только страшно побледнела. Новое эхо выстрелов. Теперь стреляли обе группы, и все прятавшиеся вышли из тени стен. Несколько пуль просвистело рядом с девушками, и Лира схватила Агнессу, развернула, толкнула к стене.

— Не высовываемся! Что мы можем? Ты слышишь меня, Несса?

Но охотница не слышала ничего, кроме свиста пуль и стонов раненых. Она дёрнулась пару раз, пытаясь вырваться, потом затихла в сильных руках Лиры.

— Боже! — она опять прижала ладони ко рту, глаза стали огромными от ужаса, в них заплескались слёзы. — Это я виновата!

— Ты ни при чём!

— Эти люди зачарованы! Низшие не могли сами войти под Покров, и направили сюда смертных под чарами! А указала адрес Винсента Низшим — я! — Агнесса осеклась. Лира повернула голову, снова посмотрела на улицу. Пал ещё один охотник, несколько зачарованных было ранено серебряным оружием, один корчился, опутанный ловчей сетью. Но группа зачарованных по-прежнему прорывалась к дому, охотники обороняли вход. И вдали показалась служебная карета, несомненно, принадлежащая полиции.

— Нужно уходить. Где Винсент? — Лира проговорила это имя и вспомнила о своей задаче. И это почти убило её. Раздавило. "Предательница!" — теперь это кричал каждый камень мостовой. Это слово застыло на губах мёртвых, раскрытых в безмолвном крике.

"Ты видишь, Лира? Видишь? Это только начало! Придёт Владыка, и тяжесть вины за предательство Избранного ляжет на твои плечи тяжким грузом!"

Лёгок на помине, показался Избранный. Агнесса первой заметила одинокую высокую фигуру в едва накинутом тёмном пальто и без шляпы. Винсент покинул дом через чёрный ход и, заметив девушек, коротко махнул им: за мной! На тела, лежащие на мостовой, он даже не посмотрел.

Они пошли к парку тихими пустыми дворами. Агнесса первой догнала Винсента. Он развернулся к ней. Лира ожидала, что Агнесса бросится обнимать юношу, но вместо этого охотница замолотила кулачками в его грудь.

— Что ты наделал! Что ты наделал! — повторяла она. Винсент попытался ухватить её за запястья.

— Несса, ты что?

— Ты видишь ли?! Столько смертей! Из-за тебя! Зачем нужно было связываться с Низшими?!

— Иначе мне было не уйти, — Винсент взглянул на Лиру, будто в поисках поддержки, но та молчала. Лиру занимали совсем другие думы. Вокруг царило безмолвие, и это было затишье перед бурей. Воздух застыл, как вода покрылся льдом. Какая-то паутина, холодная, липкая, отвратительно мягкая, скользнула по лицу девушки, и её унёс ветер, а спутники словно бы и не заметила ничего… Что же это было?

"Граница Покрова! Я почувствовала границу Покрова!"

Покров вставал незримой преградой на пути всех вампиров, смертные же никак не ощущали её. Что это? Самовнушение?

"Я уже вампир. Инициация — лишь условность".

Лира похолодела. Осознав эту незримую границу, она окончательно отрезала себе путь назад.

Агнесса неожиданно успокоилась сама, она отступила от Винсента.

— Избранный! — с горькой усмешкой сказала она. Впервые сомнение, а не благоговение чувствовалось в её голосе. — Из-за тебя только гибнут люди… ты же ничего не делаешь!

Винсент усмехнулся. Мертвенный оскал — так усмехаются вампирские куклы. Он прекрасно знал свою вину.

— Таков мой Дар. Потерпи немного. Скоро я всем воздам по заслугам, и эта тяжесть за гибель невинных исчезнет, обещаю!

— Как?!

— В парке меня ждёт Мира, моя тётушка-вампирша. Это ей ты отнесла первое письмо. Я чувствую её. И я чувствую: я сумею исцелить её… Тогда…

— Что за чушь!

— Я исцелю её — и это окончательно разбудит мой Дар. Я уже вижу, каков он будет: второе солнце! Страшная ночь закончится, обещаю!

— Не люблю, когда много обещают! — пробормотала Лира. Она оставила этих двоих, отошла к стене дома, прислонилась к холодному камню. Она тяжело дышала, закрыв глаза. Нет, девушка не устала, произошедшее раззадорило её. Но развязка страшной ночи приближалась, и охотница понимала: это они сами приближают её!

— Кто это на границе парка? — тем временем спрашивала Винсента окончательно успокоившаяся Агнесса. — Или мне мерещатся там фигуры?

— Это Низшие. Ждут меня. Они встали по всему периметру парка.

— Как же мы пройдём?

— Я думал, вы отвлечёте их, — Винсент лукаво прищурившись, поглядел на Лиру. — Но теперь вижу другой путь. Неожиданный… Ждём! — последнее было сказано повелительным тоном. Девушки подчинились. Скоро Избранный прошептал:

— Идём!

Девушки послушались. Она вновь вышли на улицу и, похоже, снова вернулись в границы Покрова — Лира опять снимала с лица несуществующую паутину… Винсент бесстрашно двинулся к группе Низших на границе парка. Агнесса держала наготове арбалет. У границы Покрова Винсент опять остановился. Чего он ждал?

В небе бесшумно быстро пронеслась большая стая крылатых теней. Девушки заметили их пролёт лишь по тому, как коротко мигнули звёзды. Избранный же был спокоен.

— Дикари? — прошептала Агнесса.

— Куклы.

— Зачем они здесь?

Винсент быстро шепнул: бежим! — и рванулся влево от вампиров. За их спинами чёрный вихрь закружился над группой Низших. Беглецы перевели дух за границей парка. Лира прислонилась к дереву, оглядела парк, простиравшийся перед ними. Меж высоких деревьев скользили непонятно чьи бесформенные тени… или это просто стволы выступают друг за другом? Слышался невнятный шепот… или это шуршат необлетевшей листвой окаменевшие от холода ветки? Казалось, они прибежали прямо в логово чудовища.

— Что ещё за куклы? Чьи? — спросила ещё не отдышавшаяся Алиса.

— Тут ответ может быть один: carere morte Дэви. После смерти Долуса Дэви решил указать Низшим их место.

— А если они прилетели… за тобой? — очень тихо спросила Лира. Эта был последняя, отчаянная попытка исправить содеянное: да прочитай же меня… Беги! Назад! Под Покров!

"Скоро, скоро", — шептали деревья парка… или птицы в ветвях. Чудовище стерегло добычу.

Винсент тряхнул головой, словно избавлялся от того же наваждения.

— Всё равно. Куклы плохо видят. В Карде я легко уходил от них, — заверил он. — Идёмте. Мира ждёт. Признаться, я немного боюсь за неё. Её тень странно себя ведёт. Она очень слаба, неподвижна…

— А что делать нам с Агнессой, когда ты исцелишь её? И… и зачем ты позвал сегодня меня?

Винсент остановился, казалось, впервые задумавшись об этом важном вопросе.

— Агнесса будет свидетелем. Она унесёт весть о пробуждении Дара в Орден, — скоро уверенно заявил он. — А ты… Я надеялся, что ты уйдёшь со мной. Потом придут и другие. Орден вынужден будет измениться вслед за Избранным — говорил Латэ. Но ты будешь первой!

Он улыбнулся ей, и Лира вдруг подумала: что бы ни случилось дальше, она будет помнить Избранного именно таким: весёлым, даже зимой и в страшный ночной час — без холода и отчаяния в глазах, с встрёпанными, давно не стриженными волосами и в пальто с чужого плеча. Лира улыбнулась Винсенту. Сил ответить ему что-либо у девушки не было. Поднимался ветер. Чёрный, страшный ветер. Её спутники ещё не понимали, но Лира уже знала…

— Идёмте, быстрее, — напомнил Избранный.

Вот потерялась граница парка. Шаг, ещё шаг. Они, слепые в своей беспечности, всё дальше уходили от Покрова.

Винсент уверенно шёл вперёд, он уже знал, где его вампирша. Потом, издав радостный возглас, он побежал… и вдруг остановился. Лира выглянула из-за его плеча. Впереди, в шаге от дорожки, прислонившись спиной к дереву, стояла маленькая дама. Её голова странно откинулась: в сторону и чуть-чуть назад. Казалось, девушка беззвучно кричит — рот был открыт. Рук видно не было — может она держалась ими за дерево, чтобы не упасть, или их связали? На Мире было платье, знакомое охотнице по Балу Карды. Светлые волосы были распущены и волнами спускались ей на грудь.

Агнесса остановилась, также разглядывая вампиршу, её странную, неловкую позу и слишком чёрные, огромные, пустые глаза. Вдруг губы охотницы искривились.

— Это ловушка, Винсент, — прошептала она. — Не подходи к ней!

Но Избранный уже бежал к Мире… Лира осталась на месте.

"Не понимаю… Ничего не понимаю! Что с ней? И кто это сделал с вампиршей? Орден? Бессмертные?"

…Дэви!

Холод декабрьской ночи показался ей, замёрзшей внутренне, летним зноем. Смотри же, Диос: вот первая жертва твоего предательства! Конечно же, Дэви, узнав от охотницы о роли Миры, поспешил к вампирше. Её силой притащили сюда… В качестве приманки, чтобы Избранный вышел за Покров, к ней! Что это… с её глазами?!

Винсент в шаге от Миры остановился, будто наткнувшись на преграду. Он слабо потянул к вампирше руку, но не коснулся, без сил опустился в снег. Агнесса опередила его. Она разрезала верёвку, связывавшую руки вампирши за спиной и опутывавшую тело, и Мира сползла вниз. Охотница подхватила её. Свет луны осветил лицо Миры, и Лира поняла: у вампирши нет глаз. Вместо них — чёрно-красные дыры. Тот, кто выколол ей глаза, был неаккуратен: на щёках, в углах глазниц остались глубокие порезы.

Агнесса не удержала вампиршу. Мира упала лицом в снег, и у её шеи под волосами что-то блеснуло. Лира слабо окликнула Агнессу, указала рукой, но охотница уже заметила эту странность. Она убрала волосы Миры в сторону, и девушки увидели рукоять маленького кинжала. Всё лезвие было у вампирши в основании черепа. Агнесса схватилась было за рукоять, но убрала руку.

— Ещё кинется, — прошептала она. — В таком состоянии не до разбирательств: свой-чужой.

— Не кинется. У неё перерублен спинной мозг. Но, на всякий случай, давай, я, — равнодушно сказал Винсент, и Агнесса безропотно отодвинулась от вампирши.

Лицо Избранного казалось безразлично-спокойным, когда он доставал кинжал, но чувствовалось, что это сложный баланс на грани безумия. Он извлёк кинжал, и вампирша не пошевелилась.

— Посеребренный! — свистяще выдохнул Винсент, разглядывая кинжал. — Так и думал. Но кто с ней это сделал? Охотники?!

Агнесса выхватила у юноши кинжал. Она потёрла перчаткой почерневшее от вампирской крови лезвие, и почти вся грязь сошла сразу же, удивительно легко.

— Кинжал не просто посеребренный. Это чистое серебро! Такими пользовались лет двести назад.

— Не Орден. Кто тогда? — беспомощно спросила Лира, прекрасно зная ответ на свой вопрос.

"Вот, значит, как бессмертные поступают со своими предателями! Смотри, любуйся, Диос. Ты ведь тоже…

…Предательница!"

— Это Крас! — почти крикнул Винсент. — Это не Орден — охотники так не поступают. Это не вампиры — я чувствовал бы тени с ней рядом, когда они привязывали её к дереву. Это всё с ней делали смертные!..Крас!

Лира почувствовала лёгкий толчок в плечо. Высокий человек в тёплом плаще остановился рядом, и Лире на мгновение привиделось, что это Дэви. Она преданно вскинула глаза на Владыку… и поняла, что ошиблась. Это был дядя Винсента, Теодор.

— Что здесь происходит? — спросил он.

— Мы…

Не дожидаясь ответа, охотник шагнул к Избранному. Лира обернулась, ожидая увидеть за спиной ещё двух охотников. Но парк позади был пуст. Группа Теодора осталась где-то на улицах Ориенса.

— Винсент, почему ты опять покинул Покров? — крикнул Теодор. Винсент вскочил, и охотник увидел Миру, лежавшую на снегу.

— Кто это ещё?!

— Мира. Мира Вако, — прошептала Агнесса.

Охотник подошел ближе и перевернул вампиршу лицом вверх. Снег набился ей в рот и дыры на месте глаз. Зрелище было страшным. Агнесса, охнув, отвернулась, но Винсент сумел пересилить себя и, как и Теодор, склонился над Мирой. Однако он всё ещё избегал глядеть ей в лицо.

— Я увидел её тень поблизости и пошёл проверить, что Мира тут делает, — сдавленным голосом сказал он и кинул быстрый взгляд на Агнессу, на Лиру. — А они… подошли позже.

— Кинжал… — хрипло сказала Агнесса и подала серебряное оружие охотнику. — Был у неё в голове. Кто с ней так обошёлся?

— Спросим у неё, когда очнётся, — холодно сказал Избранный. Он быстро снял пальто и, свернув, положил под голову и спину вампирши. Он вздёрнул рукав сюртука и расстегнул манжет рубашки. Теодор схватил его за руку.

— Ни в коем случае!

— Ей нужна кровь. И следует торопиться: сюда летят carere morte.

— Что сейчас на Родниковой?

— Пусто. Низшие уничтожены, чар над смертными больше нет. Сюда в парк летят хозяева кукол, — Винсент напряжённо вглядывался в ночную тьму. — Я надеялся, разделавшись с Низшими, они уйдут, потом отвлёкся на Миру. Но, похоже, их главная цель…

— К Покрову! — скомандовал Теодор.

— Ни за что туда не вернусь! — прошептал Избранный. Решившись, он склонился над Мирой и достал свой кинжал из потайного кармана, чтобы взрезать запястье. Теодор прищурился, присматриваясь к вампирше, и вдруг улыбнулся:

— Это не она. Не Мира Вако. Приглядись, — он вновь остановил руку племянника. — Я хорошо знал младшую Вако, когда она была смертной. Это не она!

— Её тень я узнаю среди всех carere morte! Это она!

Охотник подумал мгновение.

— Значит, это кукла, — кратко сказал он. Взгляд Винсента скользнул по изуродованному лицу остроносенькой скуластой девушки и посветлел.

— Действительно, — воскликнул юноша. — Что я, ослеп? Это не Мира! Но… кукла?! Когда Мира стала хозяйкой?

— Где сейчас вампиры, о которых ты говорил? — проговорил Теодор. Он зарядил арбалет готовясь к атаке.

— Близко! — прошептал Винсент. Он улыбнулся: беспомощно, нервно. — Это какая-то ловушка…

— Сколько их?

— Пятеро. И куклы…

— Ты думаешь…

— Им нужен я, — перебил его Избранный. — Только я! Вы, все — уходите! Я справлюсь! Я хотел начать с исцеления Миры, но, видимо, первыми будут старейшие Карды.

Теодор усмехнулся:

— Спросим у вампирши, кто им нужен.

Он быстро полоснул кинжалом своё запястье, дал крови стечь в открытый рот "Миры". Кукла почти сразу же дёрнулась и заворочалась. Винсент удерживал её за плечи.

— Мира! Ответь мне! — звал он, и его голос медленно слабел, Избранный терял всякую уверенность. — Это я, Винсент… Мира!

Лира оцепенело внимала происходящему. Не подготовившаяся к битве Агнесса попросила у неё воды из Источника, и девушка безропотно передала ей пузырёк. Второй взял Теодор, у которого кончились запасы. Винсент отвлёкся, чтобы спрятать кинжал из чистого серебра в левом рукаве сюртука, и вновь обратился к вампирше… А Лира всё молчала! Она подняла голову. Огромные крылатые тени — тени летучих мышей кружили над кронами деревьев.

Кукла выплюнула красный нерастаявший снег. Глубоко в её глотке зашевелился красный обрубок. Тот, кто выколол ей глаза, лишил её и языка.

Кукла хрипло завыла…

Загрузка...