Дорогая первая жена

Глава 3

Надия

И я бы подумала, что это чья-то мерзкая шутка, сыгранная чтобы поставить меня на место, но девушка слишком зла, заведена.

Мне кажется, если бы Эльвиры не было рядом, она бы набросилась на меня.

— Ой, и не смотри на меня так, — говорит девица раздраженно. — Только не делай вид, что ты не была в курсе насчет меня.

Мрак накрывает меня с головой, и, наверное, на моем лице отражается что-то, потому что девушка начинает хмуриться.

Не то чтобы я очень хотела замуж за человека, которого не знаю, мечтала спать с ним в одной постели, разделить быт, родить детей, но… Неужели я не заслужила знать, что у моего мужа есть жена?

Стоп. Как тогда нам провели никах и государственную регистрацию?

Голова кружится. Я чувствую, как волной поднимается мерзкое ощущение. И уверена, что, если бы я в течение этого дня съела бы хоть что-то, все это оказалось бы под ногами этой светловолосой феи.

Эльвира становится между нами, будто боится, что сейчас начнется драка, и поворачивается лицом к девушке:

— Олеся, тебе лучше прямо сейчас покинуть этот дом.

— Черта с два! Пусть знает! — тычет в меня пальцем.

Я отступаю назад и обнимаю себя за плечи. Мне очень холодно, тело подрагивает.

— Эльвира, объясните мне, что происходит, — прошу дрожащим голосом. — Как Идар мог на мне жениться, если он уже женат?

— Как? — вместо Эльвиры выкрикивает Олеся. — Я сейчас расскажу тебе как! Мы пять лет вместе! Пять, черт возьми! Мы живем вместе! Этот дом мой! Я всю его семью знаю, меня принимали как невесту! Как его жену! Его мать мне как родная! Вся семья, считай, родная, а ты кто?

Голос девушки переходит на ультразвук.

— Так, довольно! — гаркает Эльвира на Олесю, грубо хватает ее за плечо и волочит к выходу.

На улице слышна перепалка, а я медленно стекаю в кресло.

Сидеть больно, потому что дышать в таком положении практически нереально. В висках пульсирует от боли.

Когда во дворе все стихает, позвращается Эльвира и останавливается в противоположной стороне гостиной.

Я поднимаю на нее взгляд и произношу тихо:

— Прошу, скажите мне, что я все неверно поняла.

Эльвира поджимает губы и качает головой, а потом подходит ближе и останавливается возле меня.

— Он никогда бы не женился на Олесе.

Трясу головой.

— Но она сказала…

— Олеся гражданская жена. И да, они вместе давно.

По моим щекам текут горячие слезы.

— Но зачем тогда это все?

— Что все? У нас договорные браки — обычное дело. Я так замуж вышла, мать Идара тоже. Что тебя удивляет?

— У вашего мужа была другая женщина на момент бракосочетания?

Молчит, лишь взгляд немного теплеет в сострадании.

— Ты правда не знала?

— Откуда?

Эльвира вздыхает и тяжело опускается в кресло.

— Тебя не должно это заботить. Если Олеська дура, она останется и будет терпеть, если нет, то… просто забудь про нее.

— Они собирался на ней жениться?

— Нет, — фыркает. — Олеську семья знает, потому что она поваром в их доме работала. Идар не забывает правила. Понимает, что, только женившись на своей, получит долю в бизнесе. А Олеська не своя.

У меня вырывается смешок и я стираю со щек слезы.

— Можно подумать, для вас я своя.

Эльвира отводит взгляд. Мне не нужно подтверждение, я прекрасно знаю, что это так. Я тоже чужая.

Куда я попала?

Если эта девушка так долго с ним, если живет в его доме, знакома с его семьей, то какая роль будет отведена мне?

Возможно, поэтому надо мной смеялись эти женщины? Знали, что я просто подтанцовка для настоящей любимой Идара?

Поэтому их веселило то, что я, по сути, не нужна ему? Поэтому шептались за моей спиной? Наверняка обсуждали, что я идиотка, которую используют в качестве ширмы и никогда не буду счастлива с их Идаром. Всегда, абсолютно всегда мне будет отведена вторая роль.

Зачем меня привезли в этот дом? Зачем привели в семью, которой я ненавистна?

Думали, стану им прислугой?

А что я буду делать, когда Олеся родит?

Аллах, почему… ну почему я повелась на этот брак?

Назарка…

Вот только в свете последних новостей возникает вопрос: помогут ли моему брату, если я ненужная жена-ширма?

Эльвира поднимается на ноги.

— Мне пора. Думаю, Идар сам все тебе объяснит.

И уходит, а я провожаю ее взглядом. На выходе из комнаты она оборачивается, вздыхает, но все же разворачивается и оставляет меня в одиночестве.

Хорошо, что мне не надо собирать вещи.

Я нахожу свой рюкзак, вызываю такси до гостиницы в центре города и ухожу из дома, который принадлежит другой женщине.