Измена. Не проси простить

Глава 40

Я в непонимании повернулась к мужу и прожгла его взглядом.

— Видел я квартиру, в которой вы живёте, моя семья в таких условиях жить не может, — тяжело проронил Дима и снова врубил поворотник.

— Ты не посмеешь…

— Я уже посмел, — мягко отозвался в кое-то веке муж и бросил на меня короткий взгляд. — Вы возвращаетесь с Ксюшей домой, мы с Алёной переедем.

— Что, куда мы переедем, пап? — подорвалась старшая, но Дима качнул головой.

— Можешь не переезжать вообще. Я планировал, что мы переедем на время в гостиницу. Потом я куплю вторую квартиру. Ну, если тебе тяжело, ты можешь пожить какое-то время с матерью и с Ксюшей, а потом, когда я приобрету квартиру уже переехать, но мама и Ксения, они не останутся в съёмной.

Ксюша что-то запищала с заднего сиденья.

Я только покачала головой.

— Дим, ты не можешь принимать за меня решения.

— Я могу обеспечить свою семью без разницы, развод это не развод, но позволить жить в тухлом районе с непонятными соседями... Нет уж увольте.

Я поджала губы и тяжело задышала и так дышала вплоть до того, пока мы не остановились на паркинге нашего дома.

Дима посмотрел в зеркало заднего вида и бросил:

— Ален, поднимайтесь с Ксенией в квартиру. Сейчас мы вас догоним.

Алена, осознавая, что её косяки раскрыты и за них можно ещё получить, не стала спорить, быстро подхватила Ксюшу и выскочила из машины.

Я смотрела демонстративно в сторону детской площадки, и сбоку прозвучал голос мужа.

— Вер. Я понимаю, что этот мой поступок выглядит как деспотичное самоуправство, но на самом деле мало чести в том, чтобы жена во время развода куда-то уходила, жила на каких-то съёмных с непонятными клопами. Я считаю, что тебе вообще не стоило уезжать. Через несколько дней я все равно собрался и уехал сам. Поэтому давай просто отыграем ситуацию назад, и вы вернётесь с Ксюшей домой, а мы с Алёной переедем.

— Нам было хорошо и в съёмной, — произнесла я хрипло, стараясь не смотреть на мужа. Да его поступок однозначно заслуживал похвалы, хоть в какой-то момент, но он одумался, но мне от этого было не легче, мне казалось, что Дима старается просто парализовать мою самостоятельность и загубить её ещё зародыши.

— Вер, вот не надо сейчас упрямиться. Прошу тебя. Вам не место на съёмной квартире. Вам намного лучше будет дома. Я это прекрасно осознаю. Ты это прекрасно осознаешь. Ксюша привыкла к своей комнате. Ксюша привыкла к своим вещам. Не надо подвергать ребёнка стрессу. Не надо себя подвергать стрессу. Я максимально стараюсь, чтобы это произошло, коль ты так серьёзно настроена на то, чтобы развестись, без сильной боли. Поэтому не надо упираться. Идём в квартиру. Я заберу кое-какие вещи и уеду, а ты с девочками оставайся.

И логично все как звучало из его уст и правильно.

— Ты так и не ответил, зачем ты с ней встретился в ресторане, — сказала холодно я в тот момент, когда Дима взялся за ручку двери. Он остановился, и я искоса понаблюдала, как у мужа потемнело лицо, как он выдохнул и перевёл взгляд на меня.

— К тому моменту, когда мы встретились в ресторане, ты уже знала о том, что кто-то есть. Поэтому я посчитал, что ситуация себя изжила и дальнейшего продолжения она не требует. Я встретился, чтобы сказать ей о том, что никакого общения больше не будет.

— Я стояла под дверью и слышала, что она тебе говорила, — бросила я безучастно, ощущая на губах аромат полыни. А ещё каплю горького абсента. Мне кажется, это вкус отчаяния, мне кажется, именно с этими ароматами закончились все счастливые сказки и их реальные финалы, которые не написали писатели.

— Я ей сказал, что так продолжаться не может. Она стала меня уговаривать, рассказывать, что все это в порядке в порядке вещей, когда у мужчины и любовница, и жена, но мы то с тобой оба знаем, что нет.

Я прикусила губу и отвернулась. Так он со мной говорить не мог, когда я обо всем узнала, он не мог мне сказать то, что не стоило это брать в голову, не стоило на этом заострять внимание. Он не мог мне сразу признаться.

Нет.

Он говорил о том, что я его все равно прощу.

Я схватилась за ручку двери и бросила короткое.

— Не проси меня простить тебя. Дело не в измене, Дим, дело в том, какой ты человек.

Я вышла из машины, быстро дошла до подъезда, зашла в квартиру, поднялась.

Ксюша что-то вошкалась на кухне, Алена сидела в непонимании на диване и подняла на меня глаза:

— А что мне теперь делать?

— Что хочешь, дочь, — сказала я коротко. — Ты можешь остаться с нами. Можешь уехать с папой в гостиницу. Как тебе будет угодно.

Я не стала продолжать разговор, просто прошла в нашу с мужем в спальню, слышала, как Дима о чем-то разговаривал с дочерьми, а потом закрылась дверь.

Да, он все хорошо придумал. И да, если выбирать между съёмной квартирой и нашей надо быть полной дурой, чтобы настаивать на том, что нет, мы уедем на съёмную.

Почему он изменял? Это он искал чего-то более горячего? Я не виновата ни в чем, поэтому и квартира должна остаться мне.

На самом деле я просто так старалась заглушить безумно кричащее сердце о том, что ему было больно. Не могла смотреть на пустую половину его кровати, не могла слышать, как дочки что-то втихаря обсуждают. Мне казалось, это все настолько нереальным, как будто бы просто дурной сон, страшная сказка Гофмана.

Утром моё состояние немножко стабилизировалось, и я выползла к завтраку, накрыла стол. Женщина, которая нам готовила, почему-то сегодня не пришла было странно, зато появился Иннокентий, который заверил, что он может сегодня сам побыть в типографии, а я могу заняться перевозом вещей обратно.

Состояние апатии, полной беспомощности накатило на меня ближе к обеду.

Ксюша сидела на заднем сидении машины и играла в какую-то развивайку.

Мы уже собрали вещи на съёмной квартире, и надо было трогаться, выезжать домой, но мой мобильный завибрировал.

Незнакомый номер, на который я все-таки ответила.

— Вера, здравствуйте, это Луиза, — прозвучал мелодичный голос в трубке. У меня давление подскочило, а перед глазами все закрыла красная пелена. Эта стерва ещё смеет мне звонить. Она ещё набралась наглости, чтобы разговаривать со мной.

— Откуда у вас мой номер?

— На сайте типографии увидела. Позвонила по всем трем, первые два администратора, ваш оказался третьим.

Повисла тяжёлая пауза. Но Луиза знала, для чего звонила, поэтому коротко произнесла.

— Мне кажется, нам стоит увидеться. Я могу очень много рассказать вам про вашего супруга…