Оборотень по объявлению. Подарок

Глава 26

Раннее утро на юге особое. Оно жаркое, но не палящее, пахнет морем, йодом и счастьем. По крайней мере, так было для меня раньше.

Сегодня же часы после пробуждения оказываются наполнены тревогами.

Мой обычный ритуал «кофе на террасе на шезлонге» разбавляют Уля и сто одна идея для выхода из положения. И это стрессово, потому что ни один вариант мне не нравится — ни мой, ни подруги.

Одно радует: новые соседи так и не появлялись.

Может, это совпадение и я себе надумала? Переехали люди, с кем не бывает?

— Остается только одно решение — кредит, — говорит Улька. — Попробую, может, в этот раз дадут. Сейчас все можно сделать в приложении. Вот, смотри, есть такая вещь, как «Рассчитать кредитный потенциал».

— Звучит ужасно, — содрогаюсь я как обладательница двух кредитных хомутов на шее — за магазин и за квартиру.

Улька быстро тыкает на телефоне в нужные кнопки и так же стремительно получает ответ. По ее взгляду я вижу, что он ей не нравится.

— Сколько? Да они издеваются. На эту сумму я разве что крутой телефон взять могу.

— Ага, и то на год, — говорю я, глядя на экран Улькиного смартфона.

Знаю, что у меня кредитный потенциал повыше, потому что я светила все доходы, в отличие от подруги, но я просто не потяну. Платеж за квартиру, заем наличными на магазин — я уже не знаю, как буду платить их в этом месяце, не то что влезать в новое.

— Придется продать машину, — озвучиваю свои мысли.

— Это же твоя рабочая лошадка! Ты в ней души не чаешь.

— Потом еще куплю. Делать нечего. Нужно оплатить ремонт двери твоим родителям, заплатить ипотеку и кредит в этом месяце и на что-то жить.

Улька задумчиво смотрит вдаль, а ее нога дергается, как всегда бывает при сильных переживаниях.

— Давай займем у кого-нибудь, — неожиданно предлагает она. — Снова откроем цветочный, будем там вдвоем работать. Потихоньку восстановим все.

— А чем отдавать будем? Ты же знаешь, что новая точка сначала сжирает все в себя. Мы сколько первую на ноги ставили, прежде чем две другие открыли? Не вариант, Уль. Тем более неизвестно, дадут ли нам вообще что-то открыть после вчерашнего. А то, может, на нас уже заказ готов.

— Руданские обиды не прощают, — говорит Улька, опуская глаза.

— Вот именно поэтому я пойду сегодня к Егору.

— Слушай, я всю ночь думала о том, что ты хочешь признаться в подделке процентов. Мне кажется, момент не очень. Только вчера выставили его сестру. Та точно пожаловалась, может, еще что наговорила.

Я думаю над ответом всего несколько секунд:

— Нет, тянуть некуда. Лучше поговорить начистоту и жить дальше своей жизнью.

— А если говорить больше не сможешь? Забыла, что он сделал за сестру? Думала о последствиях? Не спеши.

— Я не знаю, почему такая реакция на проценты в этом приложении, но его действия меня пугают, Уль, ничуть не меньше, чем признание. Я возьму всю вину на себя. Будет опасно — включу прямую трансляцию.

Хотя сама не особо на нее надеюсь. Учитывая связи Руданского, даже устрани они меня на глазах зрителей, запись быстро пропадет, а потом появится объявление, что все это фейк.

— Мне кажется, ты ему реально нравишься. Он чуть Эду руку не оторвал.

Почему мне это приятно слышать? Бред же!

— Может, это только из-за процентов? Они помешанные на этом «Доборотне».

Улька задумчиво кивает.

— И что думаешь? Когда пойдем?

— Сейчас. Что тянуть?

Мы заканчиваем завтрак и спускаемся вниз. Через стеклянные входные двери я вижу темную машину и людей Руданского по обе стороны от нее.

И торможу.

— Бежим назад? — спрашивает Улька.

— От них не спрятаться, — говорю я, медленно идя вперед.

Похоже, предстоит расплачиваться за свое обращение с сестрой Егора.

Мы выходим из подъезда и попадаем в коридор из парней в черном.

— Доброе утро, госпожа! — неожиданно хором выкрикивают они и склоняют головы.

Водитель открывает заднюю пассажирскую дверь. Пустое сиденье авто бизнес-класса приготовлено для нас.

— Это они нас так в могилу с почестями провожают? — шепчет пораженно Улька.

Я не нахожу слов, только едва мотаю головой. Мы одновременно хватаем друг друга за руки и идем в машину.

Звать на помощь бесполезно. Весь город его. Недавнее полицейское такси только это доказало.

Водитель говорит, как только мы подходим:

— Егор Сергеевич ждет на месте.

И где это место? Под сосной в лесу?

Инстинкты орут: беги, а тело не слушается. А еще сбивает доброжелательная улыбка шофера.

Что же нас ждет?

— Прошу! — Водитель видит нашу заминку и приглашает сесть еще раз.

Мы переглядываемся с Улькой. Похоже, выбора нет — нужно ехать.

Я первый раз оказываюсь внутри такой машины. Из-за удлиненного корпуса на заднем сиденье можно вытянуть ноги. Здесь есть бар, мониторы и множество кнопок на подставке. Одно убранство машины буквально кричит о власти и деньгах.

Егор явно послал за нами свою личную машину.

— О-фи-геть! — по слогам шепотом произносит Улька. — Это как последнее желание перед смертью?

А я не знаю, что и думать.