Отпустить поводья

Глава 14

Лив:«Мы празднуем».

Мне не нужно идти куда-то, чтобы отпраздновать новую работу.

Джинджер:«Кто сказал, что это из-за тебя? Я сегодня столкнулась с Коулом, и он на меня даже не нахмурился. Более того — поздоровался. Я пробиваюсь. Ещё один шаг до его наручников на моих кроватных столбиках».

Лив: «Охренеть, срочно планируй свадьбу!»

Я:«Во-первых, и во-вторых: фу».

«В-третьих: мы не можем снова идти куда-то, я только отошла от воскресенья, и завтра мне на работу».

Джинджер: «Мы идём. Сегодня будем паиньками. У меня завтра пара в девять. Один коктейль».

Я: «Я пытаюсь держать профессиональную дистанцию, потому что мой новый босс владеет единственным баром в городе».

Джинджер: «Знаешь, что я скажу на это?»

Лив: «Весь город знает, что ты скажешь на это».

Джинджер: «Спаси лошадь. Твой новый босс — просто огонь».

Лив: «Вот оно. Был ли день, чтобы ты не говорила эту фразу?»

Джинджер: «Я стараюсь, чтобы не было. Ты вообще видела этих ковбоев в нашем городе?»

Я: «Да, перестань, два из них — мои братья».

Джинджер: «Звучит как твоя проблема».

Лив: «Ну… в восемь?»

Я: «Это давление со стороны».

Джинджер: «Сиси».

Я: «Что?»

Джинджер: «Одевайся так, будто хочешь повышения, и все знают, как этого добиться».

Лив: «Одевайся так, будто сейчас тебя начнут отчитывать, но ты точно знаешь, как заставить босса передумать».

Я: «Ненавижу вас».

Зачем я их слушаю? Ну вот зачем?

Когда я захожу в «Конь&Бочка», я вымотана. После сегодняшнего душевного разговора с Нэшем мне стало куда сложнее его игнорировать, насколько совершенна внешность этого человека, особенно теперь, когда я вижу его земную, деревенскую сторону, о существовании которой даже не подозревала. И от этого он становится ещё горячее. Особенно когда я вошла на кухню и увидела его снова в образе ковбоя. Я думала, Нэш — хоккеист был горяч? Он и рядом не стоял с Нэшем — ковбоем по совместительству. Есть что-то в этих грубых, по-настоящему мужских джинсах, ковбойских сапогах и потрёпанной шляпе, готовой скрыть лицо от солнца. Ковбой Нэш — в своей стихии. Похоже, моему «знаменитому в этом городе» вибратору скоро придётся поработать, чтобы изгнать этот образ из моей головы.

— Я вас ненавижу, — говорю, подходя к нашему столику.

Сегодня гораздо оживлённее, вечер буднего дня, народ заходит после работы, и мои девчонки забились в маленькую угловую кабинку, пока значительная часть бара отплясывает под «Revival» Зака Брайана.

— Ты нас обожаешь, и ты нас послушалась, выглядишь сногсшибательно, — говорит Джинджер.

Я смотрю вниз на своё платье-бюстье в цветочек и поношенную джинсовку. Простой образ, но я дополнила его новой парой красных босоножек с ремешками, которые купила сегодня у Оливии, и яркой вишнёвой помадой.

— Горячо настолько, что я бы задержалась после работы с тобой… и не сказала бы об этом своей жене, — ухмыляется Оливия.

— Господи, девочки, — начинаю я. — Я знаю его всю жизнь, это не так.

Обе смеются надо мной, как будто я упускаю какой-то секрет.

— Ты не видишь, как он на тебя смотрит. Если бы я не знала лучше, я бы сказала, что именно так, — замечает Оливия.

— Я бы сказала, что он смотрит на тебя, как будто собирается выдать тебе повышение, — говорит Джинджер, глядя через моё плечо.

Оливия вытягивает шею, чтобы снова на него посмотреть, а я умираю внутри от мысли, что Нэш может заметить, что они говорят о нём.

— Ага, он определённо уже планирует следующую аттестацию и точно знает, по каким критериям будет тебя оценивать, — хихикает Оливия.

Обе начинают хохотать. Им кажется, что они дико смешные, и спустя минуту я тоже не могу удержаться от смеха.

— О, чёрт, к нам идёт горячий начальничек, и у него есть припасы, — говорит Джинджер.

Оливия выпрямляется и прочищает горло. Я оборачиваюсь и вижу, что Нэш действительно идёт к нам с подносом, на котором, кажется, три маргариты.

— Не-ангелы, — здоровается он, пока я вдыхаю его пряный, чистый аромат.

— Нэшби, — парирует Джинджер.

Я поднимаю взгляд, и наши глаза встречаются.

— Я не хочу никаких проблем сегодня вечером, всё-таки у нас тут приличное заведение, — говорит он, глядя прямо на меня с самодовольной ухмылкой на лице.

— Один раз, — говорю я, не в силах удержаться. — Один раз, и она это заслужила.

— Остынь, маленькая шульга, — Нэш усмехается, и мне хочется стереть эту самодовольную улыбку с его лица.

— Три фирменные маргариты за мой счёт.

Он раздаёт нам напитки, потом смотрит на меня сверху вниз и улыбается.

— Сегодня веди себя хорошо, Сиси Рэй.

Его голос опускается на октаву ниже, и он слегка дотрагивается до моего подбородка, отчего у меня полностью отключается мозг.

— Ты тоже… — бормочу я неуклюже, и мысленно бью себя по лицу, пока он смотрит на меня с выражением «ну ладно тогда».

Как только он отворачивается, Джинджер и Оливия начинают ржать в голос.

— Почему я просто не могу вести себя нормально с этим мужчиной? Так, как я делала всю жизнь, — стону я, пряча лицо в сложенных на столе руках.

— Потому что впервые ты видишь в нём не самодовольного сердцееда, каким считала его раньше. Ты видишь, кто он на самом деле, — отвечает Джинджер.

— Признай, что тебе это нравится, — добавляет Оливия.

— Дерьмо, — вот и всё, что я могу выдать.

Я знаю, что они правы.

— Кстати, уровень испанского стыда, который я сейчас ощущаю за тебя, просто зашкаливает. Ты тоже? — передразнивает меня Оливия, пока Джинджер покатывается со смеху.

— Я уже говорила, что ненавижу вас? — повторяю я и залпом выпиваю почти половину своей восхитительной маргариты, приготовленной моим ещё более восхитительным боссом.

Будильник орёт слишком рано. Я открываю один глаз и надеюсь, что это сон. Нет, не сон. Я тянусь рукой и жму на «повтор».

Через десять минут понимаю, что всё-таки надо вставать. Я жутко нервничаю, меня немного тянет к моему новому начальнику, и где-то между маргаритами прошлой ночью я осознала, что забыла купить себе кофеварку. Я пыталась найти запасную в большом доме, когда вернулась, но после того как там немного пошумела, сдалась. Так что теперь мне нужно спешить, если я хочу заскочить в «Сладкий пряник» до того, как направлюсь в «Олимпию». Хороший кофе с утра — просто необходимость. Я хочу раньше начать приводить в порядок свой офис, и сказала Нэшу при уходе, что буду в восемь тридцать.

Я знаю, что он уже здесь, на ранчо. Уверена, он вообще никогда не останавливается. Этот мужчина — машина. Здесь до восьми, потом в офис к девяти. Пока собираюсь, позволяю себе немного подумать о нём. Он везде, всё время, и я начинаю задумываться, спит ли он вообще.

Я выбираю наряд, который, как мне кажется, подойдёт для первого дня, но всё, что может пойти не так во время сборов — идёт не так.

Волосы висят как пакля, я тыкаю себя в глаз щёточкой от туши, проливаю зубную пасту на блузку, и в итоге в последний момент мне приходится переодеваться. Я смотрю на часы и понимаю неизбежное — кофе мне придётся выпить уже в офисе. Бурчу под нос. Не зря меня в колледже звали зомби-девочкой. Я бесполезна без кофе.

Торопливо натягиваю туфли и выскакиваю за дверь. Почти подворачиваю ногу на пороге в новых босоножках, меня отвлекает большой стаканчик на вынос, стоящий на перилах крыльца. Он дымится. «2 сливок + 1 сахар» написано сверху, а на боку рукой бариста выведено — «Рэй».

Я не вижу его поблизости, но знаю — он от Нэша. Просто обязан быть от него. Коул работает, а Уэйд уже проводит тренировку на тропе. Я глубоко вдыхаю аромат и беру стакан, вдыхая этот сладкий эликсир богов. Улыбка расползается по моему лицу, пока я иду к машине. Сегодня утром Нэш Картер прикрыл мне спину, и утро сразу стало немного светлее.