Поцелуй дождя... Исцели меня, если сможешь...

– Мистер Миллер... Сэр... – Эйден светит медицинским фонариком, проверяя реакцию зрачков после наркоза. – Следите за карандашом, пожалуйста... Операция прошла успешно. Камни извлечены, орган сохранен. Обошлись малой кровью, лапароскопией. Как вы себя чувствуете?

– Как после наркоза, – шепчет он. – Пить.

– С пищей и водой придется немного повременить. Ваш хирург вам все подробно объяснит. Наркоз отходит хорошо. Отдыхайте, – улыбается парень, выходя из палаты.

– Тяжело дышать? – хмурю брови, обтирая ему губы мокрым ватным тампоном. Он жадно слизывает влагу с губ, и я сочувственно ему улыбаюсь. – Это вся ваша вода на ближайшие пару часов. Потерпите немного. Попрошу медсестру, она научит вас дыхательной гимнастике. Сутки конечно придется поголодать, а потом пару месяцев посидеть на диете. Но, думаю, вы сможете это пережить… Побудете дня три-четыре под наблюдением и выпишитесь… А дома и стены помогут…

Я растерянно бормочу все, что приходит в голову, глядя на бледного Джейкоба.

Они с сыном так похожи… Как с картинки… Только Алекс моложе… и без седины на висках…

Мне его безумно не хватает... Прямо сейчас… здесь… рядом…

– Я вам тут кое-что принесла… – киваю на конверт, лежащий на тумбочке. – Понимаю, что не вовремя. Но эта папка меня с ума сводит в течении стольких лет. Думаю, лучшего шанса от нее избавиться у меня не будет…

– Эллисон, прости меня, – выдыхает он тихо, мягко положив теплую морщинистую ладонь на мою руку. – Я не знал, что все так обернется… Я эгоист.

Теряюсь, не понимая, как себя с ним вести...

– Если вам больше ничего не нужно... Я пожалуй пойду, – произношу максимально вежливо, аккуратно отнимая у него свою руку. – Отдыхайте…

Выхожу из реанимации. Скованно заставляю себя пройти по коридору несчастные десять метров к посту медсестры.

– Эмми, проследи за состоянием пациента из третьей послеоперационной, – прошу ее. – Подержите его в хирургии до утра. Если показатели будут в норме, перевозите в стационар… VIP-палату он оплатит… Да, и покажи мистеру Миллеру, как пользоваться тренажером для восстановления дыхания.

– Хорошо, доктор Ривз, – кивает она.

Медленно прохожу в ординаторскую, сев в кресло рабочего стола. Самое время заполнить отчеты по нескольким операциям за прошедшее дежурство и медкарты после ночного обхода. Но почему-то в голове совсем не остается мыслей, а на запястье все еще чувствуется теплый след от мужской ладони.

– Работай, Эллисон… Работай! – приказываю себе, слегка хлопая ладонями по щекам, пытаясь избавить мозг от нахлынувшего чувства жалости к этому человеку.

Возвращаюсь к нему в палату уже под утро.

Джейкоб спит.

Проверив и записав показатели, удовлетворенно киваю. Можно со спокойной совестью отправляться домой.

– Твоя смена окончена, док? – отрывает от изучения карты его хриплый голос.

– Вам все еще сложно разговаривать, – бросаю на него хмурый взгляд. – Отдыхайте. Дежурный доктор подойдет на осмотр чуть позже.

– Побудь со мной немного… прошу…

Напряженно смотрю на него, все еще решая как поступить.

– Расскажи обо всем, – просит он. – Я потерял почти восемь лет жизни своих детей и пять лет жизни своей внучки... Помоги мне узнать хоть часть этого времени...

Нерешительно кидаю на тумбочку папку и медленно опускаюсь на стул, устало упирая спину и голову о стену, не зная с чего начать.

– Алекс… Мы с ним практически не общаемся.

– Из-за меня? – Джейкоб обеспокоенно оборачивается.

– Много чести, – хмыкаю я. – Он звонит Миа несколько раз в неделю. С ним все в порядке. Здоров. Мне достаточно знать этого.

– Так проще?

– Наверное, да… – пожимаю плечами. – Сейчас мне нужно время разобраться в себе.

– Он там уже полгода.

Киваю.

– Ты ведь не бросишь его?

Растерянно улыбаюсь.

– Я думал у него крыша съедет в первые два года, после твоего исчезновения. Алекс искал тебя везде. Доводил себя до безумия, пил и снова принимался за поиски. Когда я понял, что совсем теряю его, то настоял на возвращении в армию... Он согласился и, кажется даже начал восстанавливаться понемногу. Я был спокоен, пока не узнал о ранении, потом еще об одном, потом еще. Казалось, он наказывал себя, подставляясь. Везде первый, совсем не скрываясь, принимая большую часть ударов на себя... Говорят, он еще капитаном выловил всех тех, кто был причастен к делу Бреннана и твоему похищению...

Нервно сглатываю. Ни отец, ни Алекс мне об этом не рассказывали.

– Легче не стало, – продолжал Джейкоб. – Его повысили в звании, но Алекс становился все жестче. Просто неуправляемым… Подопечных и себя изводил тренировками и снова бросался на задания. Я понял, что ни к чему хорошему это не приведет. Надавил на ниточки, вернув его домой.

– И он так просто согласился? – удивленно изгибаю бровь, глядя на него.

– Конечно, нет… У нас была договоренность, – мужчина тяжело дыша качает головой. – Ему нужны были деньги и время, а я готов был ему это предоставить... За место управляющего гостиничным бизнесом. Думал, со временем втянется и все забудет, как страшный сон…

– Как все сложно, – хмыкаю, глядя в пустоту. – Далеко же простирается ваша семейная империя.

– Ты жила все это время в Сиднее?

– Почти… В Мэнли, – выдыхаю, вытягивая руки и бесцельно рассматривая пальцы. – Планирую туда вернуться, как только разберусь с практикой и документами. Майкл и Дженни тоже решили остаться в Сиднее… – грустно улыбаюсь. – Там моя вторая семья... И я даже немного благодарна, что все так сложилось... У меня нет никого ближе компании этих сумасшедших.

– У Майкла появилась девушка? – Джейкоб удивленно приподнимает бровь, уставившись на меня.

– Они с Дженни уже восемь месяцев вместе, – улыбаюсь. – Вы думаете из-за чего он до сих пор не вернулся в Сан-Франциско? Уж точно не из-за чувства ответственности перед вами... – вздыхаю, устало откидывая голову на стену. – У них там собралась отличная компания. Спенсер, кстати, тоже осталась в Сиднее… Учится на факультете искусств, работает в галерее и встречается с моим хорошим другом.

– Как все изменилось за пару месяцев, – улыбается, задумчиво глядя в потолок. – А Миа? Какая она?

– У нее характер Алекса, – хмыкаю, качая головой. – Сначала делает, а потом думает. Она очень смышленая, прямолинейная и безумно упрямая…

– Серьезно?

– За неделю до отъезда вашего сына, этот ребенок затопил наш дом в Мэнли ради того, чтобы переехать к Алексу и провести с ним пару дней, – фыркаю я.

Миллер рассмеялся, со стоном хватаясь за послеоперационный шов.

– Осторожнее, Джейкоб, – строго предупреждаю его. – Иначе вновь попадете ко мне на операционный стол.

– И поделом мне, – хмыкает успокаиваясь. – Доктор Ривз, ты ведь позволишь мне с ней увидеться?

– Я подумаю над этим, – пожимаю плечами, поднимаясь. Протираю руки спиртовым раствором и осторожно поправляю катетер в его капельнице. – По-моему, вам пора отдохнуть… Да и моя смена давно закончилась.

– Спасибо…

– Пока еще не за что…

– Ты ведь простишь меня когда-то?

Тяжело вздыхаю, стягивая с плеч халат.

– На все нужно время, мистер Миллер… Но я очень постараюсь.

– Эллисон! – оборачиваюсь. – Не бросай его одного, ладно? Он нуждается в тебе, как ни в ком другом. Теперь я это очень хорошо понимаю.

Молча смотрю на него, склонив голову набок.

– Сколько же лет вам понадобилось, чтобы осознать это, Джейкоб… Отдыхайте.

Выйдя из палаты, скидываю на вешалку белый халат.

Я устала… Устала морально и физически...

И зная свой ненормальный организм, я абсолютно точно не смогу уснуть после такой эмоциональной встряски.

Беру с собой кофе, выдвигаясь к машине.

Бездумно петляя по все еще темным улицам, незаметно для себя выезжаю к обрыву у моста.

Усмехаюсь... Даже здесь ничего не меняется...

Золотые Ворота, как всегда, окутаны мистическим туманом, не смотря на уже слегка светлеющий горизонт.

Останавливаю машину у обзорной площадки.

Немного свежего воздуха моей голове точно не повредит.

Удобно умащиваюсь на краю обрыва.

Холодный воздух врывается в легкие, окутывая тело предрассветной прохладой. Закрываю глаза, с наслаждением его вдыхая.

Телефонный звонок заставляет вздрогнуть. Незнакомый номер. Отвечаю на автомате.

– Доктор Ривз, слушаю вас.

– Привет, док, – чувствую мужскую улыбку сквозь трубку телефона.

– Мне от вашей семейки никогда не скрыться, – обреченно выдыхаю, отпивая глоток все еще теплого кофе. – Странно, что Майкл до сих пор не позвонил… Хотя наверное, еще не вечер...

– От вас, это от кого?

– Миллеров. Я сегодня всю ночь провела в обществе твоего отца. Правда большую ее часть он пробыл под наркозом. Но мы все-таки успели с ним поболтать после того, как он от него отошел.

– Он в порядке?

– Уже да, – вздыхаю, отпивая напиток. – Камни в желчном. Привезли с острой болью. Камни извлекли, желчный сохранили. Поваляется в VIP-палате пару дней и на неделе домой выпишут.

– Слава Богу, – слышу, как он облегченно выдыхает.

– Алекс, он уже давно не мальчик. Ему бы на пенсию.

– Все вопросы к Майклу, – натянуто меня прерывает.

Сжимаю губы, старательно пытаясь смолчать.

В воздухе повисла неловкая пауза.

– Ты в порядке? – выдавливаю наконец из себя.

– Кроме того, что ужасно по тебе скучаю… в норме… Звонил вчера вечером Миа.

– Аааа… Так это она меня сдала! – усмехаюсь я.

– Я ее пытал, – смеется он. – Хочешь угадаю? Ты сейчас на крыше или на мосту?

– У моста, – поправляю его улыбаясь. Поудобнее умащиваясь на куске камня, вглядываюсь в розовеющее небо. – Я сегодня сбежала пораньше… Хочу проветриться.

– Осенние рассветы в Сан-Франциско самые красивые… Я обещал тебя свозить на тот местный пляж осенью, помнишь? Через несколько недель он опустеет… Кажется, самое время его навестить…

– Вышлешь фото в мессенджер, – язвительно хмыкаю.

Слышу, как он усмехается.

– У тебя все хорошо?

– Устала… Хочу вкусный кофе, а не эту пургу в стаканчиках… И вернуться в Мэнли… Домой хочу…

– Док, ты меня пугаешь… Что за пессимизм?

– Осенняя депрессия, – улыбаюсь.

– Обнять тебя?

– Крепко-крепко… – хмыкаю, закрывая глаза и мысленно представляя его руки на своих плечах, вновь спохватываясь. – Твой отец просил поближе познакомить его с Миа.

– Ты согласилась?

– Попробуем навестить его с детенышем в ближайшие дни… Может быстрее сбежит из больницы от ее болтовни.

Алекс рассмеялся.

– Сколько лет мы с тобой так не разговаривали?

– Как так? С обрыва утеса и другого конца света? Лет семь-восемь… – улыбаюсь, тут же подначивая. – И еще бы столько не разговаривала… Именно с этих дурацких звонков все и началось… Тебя там что, ностальгия замучила? Стареешь, Миллер…

– Тебе домой не пора? – смеясь интересуется он.

– Пора, наверное… – пожимаю плечами, заглядывая в опустевший стаканчик. – Кофе кончился… Сейчас солнце до конца проснется и уйду…

Он молчал, а я, затаив дыхание, наблюдала за красным шаром, поднимавшимся из-за горизонта.

Теплые розовые лучи окутывали город, растворяя клубы тумана... Пробуждая природу от спячки и наполняя мир светом и трепетным теплом.

Дожидаюсь, когда они наконец доберутся и до меня.

– С добрым утром, Миллер, – проговариваю прищурившись. Улыбаюсь, вытягивая перед собой руку и с наслаждением пропуская теплый солнечный свет сквозь пальцы.

– С добрым утром, мелкая, – улыбается он.