Сквозь огонь и кровь: Путь к истинной

Глава 47

Мэдисон

Разве не должна была оттолкнуть его, ударить за этот внезапный, всепоглощающий порыв? Мозг кричал "нет", но тело, тело вело себя иначе.

Я люблю его, эта мысль пришла в голову, завладев всём. Люблю, люблю.

Вместо сопротивления я целую, как умею, неловко, но отчаянно пытаясь отвечать ему. Его напор был оглушающим, как выдержать его?

А его хватка усиливалась с каждым мгновением, я чувствовала себя пойманной в ловушку.

Я держала его лицо в ладонях, мои пальцы чувствовали грубую щетину, напряжённые скулы.

Его запах – терпкий, мужественный, дикий – наполнял мои легкие, и мне это нравилось до безумия.

Я чувствовала, как он дышит, каждый его вдох и выдох отдавались вибрацией в моих ладонях.

Так странно ощущать такие чувства к нему, но не могу противиться самой себе.

Если уже полюбила, хотя сегодня утром оттолкнула.

Наше прерывистое дыхание было единственным звуком, оно казалось громким, оглушительным. А моё сердце, оно билось так бешено, что, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди.

Нужно прекратить, я знала это, но как это сделать, когда он такой настойчивый, такой всепоглощающий?

Каждый его поцелуй, каждое прикосновение заставляло меня таять.

Его руки исследовали меня, прижимая сильнее, не давая отстраниться, а губы продолжали целовать.

Он углубил поцелуй, и я задрожала ещё сильнее.

Ещё немного, и я бы упала, ведь колени подкосились, голова кружилась от недостатка воздуха и избытка чувств.

Я не могла выдержать того, что сейчас творилось между нами, этой бури эмоций, которая сметала все мои защиты.

Но его сильные руки быстро подхватили меня, приподнимая над землей.

Вся слабость, которая только что окутывала меня, тут же пропала, стоило ему поцеловать меня вновь, коротко, но властно.

Он прижимает меня к себе так отчаянно, так мощно.

Продолжаю удерживать его лицо, мягко, необдуманно погладив по щеке. Новый рык не заставил себя долго ждать.

Его губы, что они творят, он так целует, что щеки краснеют, а я сама уже не знаю правильно это или нет, лишь продолжаю это безумие.

— Мышонок, — прошептал он, склонившись к моей шее. Его голос был хриплым, низким, он отдавал дрожью по всему моему телу.

Я смогла глубоко вздохнуть, но тут же упрямо закачала головой, пытаясь оттолкнуть его, восстановить хоть какую-то грань реальности.

— Хьюго, шептала я, мои слова были едва слышны.

Но вместо того, чтобы послушать, он вновь завладел моими губами, не давая даже опомниться, поглощая мои протесты, мои слова, мою волю.

И я снова утонула в нём.

Мы сошли с ума, безумие охватило нас обоих. Зачем мы делаем это? Эта мысль, ледяным уколом, пронзила моё сознание.

Если на днях всё закончится, если он разрушит нашу связь, нашу хрупкую связь.

Мне обидно, что изначально я была его, что это всё могло быть, а он собирается довести всё до конца.

Эта мысль отдавалась пронзительной болью в груди, но я не могла остановиться.

Он целует, а я не могу сопротивляться. Не могу. Этот мужчина, единственный мужчина, которому, кажется, позволено всё, и он сам это прекрасно знает.

Чувствую, как моя сила, моя внутренняя сущность, встрепенулась ещё сильнее, как мой огонь горит из-за него, питаемый его страстью.

Это пугает до дрожи, ведь он имеет на меня такое влияние, такую власть, что я теряю себя.

Мы столкнулись с деревом. Резко, но боли никакой не было, только глухой удар, который, казалось, лишь усилил его хватку.

Его руки продолжали изучать меня, скользить по телу, а губы целовать, клеймить каждый уголок, оставляя след на моей коже и в моей душе.

Сколько прошло времени? Минуты, часы? Я не могла сказать, мы не могли отстраниться.

Схватилась за его плечи, ведь выдержать не возможно, а он сжал мою талию, приподнимая.

Как он дышит, как я дышу. Это просто невероятно.

Столько огня было в его взгляде, он примкнул ко мне вновь, только с ещё большим напором. Мой писк потанул, он кусает, вжимается, трогает меня.

Внезапно он поднял меня на руки, не прекращая поцелуй и понес.

Я даже сообразить не успела, лишь сильнее прижалась к нему.

Темнота в коридорах даже не остановила его.

Замерла, прижавшись к его шее, оставляя там поцелуй.

Куда он меня несёт, почему так спешит, дрожу, крепче обнимая его.

Хьюго занёс меня в свои покои, спустил долго всматриваясь в меня. Была темнота, но его глаза, как же они горели в этой темноте, как жадно рассматривали меня.

Я сглотнула, когда он потянулся к моей щеке, погладив её. Закрыла позволяя ему эту ласку.

— Если ты хочешь уйти иди пока отпускаю, его хриплый голос нарушил тишину, я вздрогнула, когда он зарылся в мои волосы, распуская косу.

Было правильно бы сейчас уйти, спрятаться от этих чувств.

Но, если скоро всё закончится, если мы расстанемся, я не смогу подпустить к себе никого.

Хочу почувствовать его, хочу узнать, что значит любить и быть любимой. Хотя он никогда не говорил этих слов, но я чувствую это, всем сердцем чувствую.

— Зачем стоишь, беги пока есть возможность, прячься от меня, рычал он, схватилась за его руки, видя как он терзает себя, как мучается сам.

Продолжаю стоять на месте, понимая, что сегодня не смогу уйти, не смогу оставить его.

Ведь сердце требует его, тянется.

Останусь с ним, а потом будь, что будет.

Осторожно подошла к нему, не решаясь взглянуть в его глаза.

Мои руки невольно скользят по его телу, изучая в ответ, его мощная грудь, я обвела его пальцем, ощущая как он задрожал, как зарычал сильнее.

На мгновение улыбнулась, продолжая свою ласку.

Прижалась к нему, обвив его шею руками, мои ладони прошлись по его спине, гладя, выводя узоры, от которых он сходил с ума.

Это удивило, что он так реагирует на меня, что рычит, дрожит, просит.

Хотела убрать руки, но он не дал этого сделать. Сам закинул их на свою шею, прижимая ещё ближе к себе.

Приняла, выполнила то, что он хотел. Пальцами зарылась в его волосы, гладя, как это делал и он со мной.

Его рык сотряс всю комнату, теперь настала его очередь изучать меня. Я задрожала стоило ему коснуться меня.

Его руки были везде, я уткнулась лицом в его шею, ощущая как дрожу, как волнение становится сильнее, а чувства к нему больше.

Часто дышу, глаза не открываю, позволяя ему всё. Пока внезапно я не ахнула, стоило ему сжать моё бедро.

С укором взглянула на него, он словно этого и добивался, ведь нашёл мои губы вновь.

Уже ничего не имело значение, только его губы.

Люблю, люблю билась эта мысль в голове.

Полюбила его всём сердцем.

Не хочу уходить, не хочу оставаться одной, не хочу мёрзнуть без него.

Внезапные крики за окном, пронзившие тишину, заставили его замереть, остановиться.

Я часто дышала, тяжело, прерывисто, уткнувшись лицом в его грудь, ощущая каждый удар его мощного сердца, пока он продолжал сжимать меня, прижимать к своему телу, словно боясь отпустить.

Я покачала головой, чувствуя, как краснею до кончиков ушей, мои щеки горели огнём, а губы губы горели ещё сильнее, пульсировали от его поцелуев.

— Ты устроила пожар на улице, — хрипло прошептал он мне на ухо, и в этих словах сквозило странное восхищение.

Я зажмурилась, отчаянно качая головой.

— Мышонок, — шептал он, продолжая прикасаться ко мне, и эти прикосновения были везде, проникая под кожу.

— Хьюго, разве это правильно, сбивчиво, почти всхлипывая, говорила я, но его словно не колыхали эти слова, они пролетали мимо.

Он наклонился к моей шее, прикусив её, не сильно, но достаточно, чтобы я вскрикнула, от неожиданности и ощущения острого наслаждения.

— Ты бесподобна, — хрипло произнес он, и я буквально встала в ступор из-за его слов, из-за этого признания, вырвавшегося из его груди.

— Произнеси мое имя, — потребовал он, и я не понимала, зачем ему это надо, в чём смысл, но его голос был таким властным.

— Произнеси, — приказал он уже жестче.

— Хьюго, — прошептала я, его имя сорвалось с губ, словно заклинание.

Я видела, как его зрачки увеличились, поглощая радужку, как он наклонился ко мне, приблизившись так близко, так горячо сразу стало.

Я часто дышу, судорожно хватая ртом воздух.

Я не думала, что это так, не думала, что обычные поцелуи могут так действовать, вызывать такой водоворот чувств, такое безумие.

Я никогда об этом не думала, не переживала, а теперь мои два первых поцелуя украл он.

Мой истинный и одновременно мой любимый и единственный мужчина.

Эта мысль обжигала.

Хьюго приподнял мой подбородок, и я потерялась в этом взгляде. Как же он смотрит на меня.

В его глазах читалось столько всего: жажда, нежность, боль и что-то ещё, чего я не могла понять, но что заставляло моё сердце биться чаще.

Я закрыла лицо руками, пытаясь спрятаться от этой бури эмоций, которая захлестнула меня.

Он слишком глубоко залез мне в душу, раз я чувствовала столько всего: страх, желание, обиду, притяжение. Всё это смешалось.

Он молчит, но я чувствую, что творится с ним, неужели от также всё это ощущает.

Боясь того, что я чувствую. "Это взаимно", — билось в голове, но никто из нас не мог произнести это вслух.

Ведь у нас был изначальный договор, который, казалось, рушился на глазах.

Хьюго выругался, сжимая меня ещё сильнее, буквально впечатывая в себя.

Его руки скользили по моему телу, касаясь, исследуя, словно пытаясь запомнить каждую линию, каждый изгиб.

Его злость, смешанная с отчаянием, ощущалась почти физически, но в его прикосновениях была и нежность.

Слабость никуда не ушла, она всё ещё давила, но с ним, в его объятиях, её было легче переносить.

Его присутствие, его сила — это было моим единственным убежищем в этом водовороте чувств.

Я прижалась к нему ещё сильнее.

Часто дышу,когда он поцеловал меня в лоб, с каким трепетом он это сделал, я невольно прикрыла глаза.

— Что же ты творишь со мной? — хрипло прошептал он, его дыхание обжигало мою кожу.

— Я не должен здесь находиться, но уйти не могу, не могу! Он продолжал сильнее сжимать меня, будто пытаясь удержать не только меня, но и ускользающие остатки самоконтроля.

Я сама это понимала, сама чувствовала, как нас затягивает в этот омут, но не могла произнести ни слова.

Слова казались бессильными перед бурей, которая бушевала внутри.

— Согрей меня, — прошептала я сбивчиво, совершенно не понимая, о чём прошу.

Мой голос дрожал, слова казались чужими, слетевшими с моих губ помимо моей воли.

Его руки сжались на мне ещё сильнее, ответом на мою мольбу.

— Я боюсь оставаться одной, — продолжала я, сама не понимая, зачем говорю это.

В его глазах я видела отражение своего страха, своего отчаяния.