Архитектор (не) моей мечты

Глава 55 Настоящая семья

Наташка

Ольхов с ребятами уехал на совет с главой семьи Андриевских — дедой Колей. А мне остаётся допраздновать день рождения сына Ильи. Странно, согласитесь?

Но мне даже в кайф.

Сегодня с Марком у нас много планов. Самое важное — покончить с именинным тортом, а остальное придумаем по ходу.

Марк так обрадовался динозаврам, что я нашла пару вещичек в магазине для малышни, которые как-то с этим связаны. Например, кигуруми в виде динозавров для Марка, меня и Ольхова…

Блин, даже забавно. Первая вещь, которую я приобретаю своему любимому мужчине, настоящему бруталу и самцу (слышал бы меня Ольхов!), — это кигуруми динозавра.

Вот ржака-то, да⁈

Ещё там же нахожу носки, футболку и шорты для дома, пижаму с динозаврами… Отыскиваю раскраску и книги про динозавров.

Набор для нашего мелкого натуралиста готов!

В кондитерской, расположенной прямо в нашем доме, есть пирожные в виде этих зелёных и синих чудовищ. Выглядит эффектно, может, и мода, конечно, но девушка за кассой уверила, что у них всё не просто натуральное, но это ещё и веган-фуд. Основа — кокосовые сливки и фрукты, а тесто — орехи, финики и прочие вкусняхи, даже у меня слюнки потекли. У Марка, наверное, и подавно!

Ну всё, роднуля, встречай! Буду тебе причинять радость!

Марк с няней дома. Её я отпускаю. Оказывается, эта милая женщина тоже поздравила Марка, подарив ему энциклопедию про динозавров, и они сегодня её читали…

Блин, парень, наверное, уже устал от этой темы, а тут я с тремя пакетами всего «динозаврового»…

— А, нет! Достаточно, переодевшись в кигуруми с мордахой динозавра вместо капюшона, вручить ему такой же «костюм», и счастью Марка нет предела!

Ну наконец — настоящий, живой, эмоциональный шестилетний пацан!

— Натали, ты лучшая! — верещит парень, напяливая поверх домашних брюк и футболки «динозаврью шкурку». С надетым одним рукавом он не выдерживает, подбегает и обнимает меня. Я его щекочу. Пищит. Мы смеёмся. Круто! Парень в восторге! А мне больше его радостно.

Потом мы устраиваем фотосессию. И первым делом отправляем папе. Потом Марк шлёт маме и бабуле, а ещё размещает у себя на странице в соцсети. Как уж без этого⁉

Потом наступает время и остального прикупленного мной гардероба. А что, классический мужской подарок: пижама, носки… До трусов мы с Марком не дошли. Не та стадия отношений…

— Натали, спасибо! Это всё такое красивое, — ещё раз он меня обнимает и чмокает в щёчку. — Ты такая хорошая. — И, подумав, добавляет: — И красивая, и добрая, спасибо, что ты есть такая.

— Всё для тебя! Папа приедет чуть позже, у него срочное дело, поэтому мы побудем вдвоём. Можем порисовать, почитать книжку, но для начала пойдём ужинать, тем более там нас ждёт торт и ещё вот такие пирожные.

Показываю Марку этих вкуснющих динозавриков. Марк улыбается от уха до уха.

— Это из нашей кондитерской? — его голос долетает до фальцета.

— Ага.

— Я ещё вчера их приметил. Но не решился няню попросить. Мы ели эклеры и пили фруктовый чай. Ты как знала, что я их хочу попробовать. Натали, ты точно волшебница… — говорит Марк с придыханием.

— Беги мой руки!

Он вылетает пулей в свою комнату, поматывая хвостом динозавра от кигуруми.

Боже, это так забавно и мило, что я не могу сдержать смех… А Марк мне кричит:

— Не смейся над моим хвостом! Он прекрасен!

— Это ты прекрасен!

Я разогреваю лазанью, приготовленную милой хозяюшкой, которая, как оказывается, приходит к Ольхову и колдует два раза в неделю. Мы до этого с ней никогда не пересекались. Конечно, было бы странно думать, что архитектор мирового уровня сам дома моет полы. Хотя он может, но это неэффективно — так тратить его время, мозги и ручки его золотые.

Марк идёт из комнаты, в руке держит телефон. По голосу не могу понять, кто ему звонит, но какой-то он невесёлый…

А, мать.

— Ма, костюм красивый. Ничего я не подцеплю. Я потом помоюсь. Хорошо. Спасибо. Бабушка звонила утром. Сейчас с Натали, папа ещё не приехал. На работе. Обычно в семь. Всё хорошо. Да. Сейчас…

Марк передаёт мне трубку и просит одними глазами поговорить, а без звука, одними губами произносит: «Моя мама». Это наша фишка с Ильёй — изъясняться без звука, но, похоже, и Марк её применяет. Ну точно, наш!

— Да, я слушаю. — Киваю Марку, что всё хорошо. А он мне говорит, что не успел руки помыть, и ретируется в ванную.

Слышу буквально шипение в трубку:

— Ты что там делаешь рядом с моим сыном? Что за подарки, что за безвкусица, цыганщина и дешевизна⁈ Ты Марка с собой не ровняй. А этот хлам, что сейчас на нём, чтобы сняла и сожгла!

— И вам доброго вечера, Севилья…

— Сучка…

— О! Ваше высочество и такие слова знает? Похоже, вы тоже из плебейских⁈ А если аристократия, то нехорошо, нехорошо…

— Заткнись. Ты там сильно губу не раскатывай. Ольхов поиграется и вернётся. Всё же сын, а я его мать… Но мой тебе совет…

— Вся во внимании, Севи…

— Соси мужику хорошо, может, чего и обломится. Ольхов прекрасный наставник, может, и карьера в гору с ним пойдёт. Но о детях и не думай. Марк будет единственным наследником! Для этого сделаю всё. Слышишь?

— Слышу, слышу! Госпожа мегера! И вам не хворать!

— Вот же ж паскуда!

— Ядом своим не захлебнись! И будь добра в таком состоянии не говори с сыном. Может, пустырника попьёшь или хотя бы ромашкового чая. Уж больно нервная.

Кидает трубку.

— Дура! — бурчу я себе под нос.

Хорошо, что Марк этого не слышал. Бедный пацан! Как он жил с этой противной? Надеюсь, она хоть и холодная мать, но не сумасшедшая, и Марку так не прилетало…

«Динозавр» выбегает из комнаты.

— Натали, мне нравится костюм, можно я в нём буду ужинать? — с надеждой в голосе и глазами кота из «Шрека» спрашивает малой.

— Конечно! Сейчас будет ужин для самого большого, но доброго динозавра. Как ваша хвостатость относится к лазанье?

— Ням-ням! — басит «динозавр».

— Окей! Кладу немного, чтобы место в вашем желудке осталось и на десерт.

Марк принимает тарелки и помогает накрывать.

— Мы прям как настоящая семья, только папы опять нет.

— Скоро будет.

От Ольхова пришло сообщение, что он едет, но пробки. Будет где-то через час.

Ужин проходит весело. С лазаньей расправляемся быстро. Она буквально тает во рту. А потом — десерт. И мы с Марком едим динозавров наперегонки, урча и имитируя рык этих ящеров, прихлёбывая вкусный чай.

После ужина Марк усаживается в кабинете за раскраску, а я немного отвлекаюсь на пришедшие письма.

— О, из деканата. Странно. А я думаю, чего они мне звонили?

Отчислить не должны, академических долгов за мной не водится. Вспоминая первый курс… нос вроде тоже никому не ломала. Читаю.

Ого! Меня приглашают на стажировку в Лондон в «Форест и партнёры» с октября по конец декабря. Им понравился мой конкурсный проект. Я его отправляла ещё летом.

Блин, это офигительная возможность. Но много нюансов.

Ольхов работал там — и это плюс.

Севи всё ещё трудится там — и это минус.

Илья точно не захочет меня отпускать, но будет делать вид, что одобряет и рад…

А я как та собака на сене…

Блин, что ж делать?

Ответ надо дать до конца недели, поскольку практика в «Велес» заканчивается в эту пятницу…

Надо поговорить об этом с Ильёй. Но что-то эта перспектива меня не радует.

Слышим, что Илья вернулся. Марк бросает всё и несётся, помахивая хвостом своего костюма.

— Папа пришёл!

— О, какой классный динозавр! Я такой же хочу! — шутя говорит Илья, а я не шутя отвечаю:

— Ваше желание уже исполнено. Придётся переодеться.

Когда Илья видит, что у нас одинаковые кигуруми, он не может скрыть такой детской радости. Восторг и чуть ли не слёзы на глазах. В его взгляде я читаю благодарность…

— Спасибо, любимая, — шепчет он мне в ухо и лёгонько касается губами щеки… — Ты замечательная!

Марк не может ждать, поэтому мы все перевоплощаемся в этот «зверинец», и на полчаса квартира превращается в джунгли с динозаврами, которые кормят главного ящера — отца — и делятся с ним всем, что сегодня произошло…

А я не знаю, как нам плавно сегодня с Ильёй перейти от темы дня рождения этого пацана к разговору о знакомстве с дедом и обсуждению моей возможной лондонской стажировки.

Илья считывает моё молчание, принимая нелёгкие думы за усталость. И отправляет меня принять ванну и немного отдохнуть, а сам идёт укладывать Марка.

Лежу в пышной пене, пытаюсь расслабиться, но мысли о письме не отпускают.

Дверь открывается бесшумно, и в ванную заглядывает Илья. Он уже снял свой костюм динозавра, но в глазах всё ещё пляшут искорки после возни с Марком.

— Уснул наш хищник, — тихо говорит он, присаживаясь на край бортика. — Наташ, ты сегодня совершила чудо. Я никогда не видел его таким счастливым.

— Парню, которому не перепадало никакого веселья и безрассудства, любое зайдёт, — утрирую я.

— Нет, ты правда молодец. И вчера, и сегодня утром, и вечером. Ты потрясающая… Хотя ты ведь не должна, — Илья замолкает. — Ты же не его мать…

— Можно и не быть мамой, но быть другом. Я ничего не знаю о материнстве, но в дружбе немного понимаю…

— Спасибо за всё!

Илья наклоняется и нежно целует меня в лоб, а потом касается губ, но я не хочу, чтобы наш вечер пошёл по такому сценарию. Сначала нужно обсудить…

Я вздыхаю, пуская мыльные пузыри по воде, и решаю: сейчас или никогда.

— Илья, нужно поговорить…