Наташка
Сложно решиться, но я продолжаю. Знаю, что разговор будет не из простых.
— Илья, мне письмо пришло… из деканата.
Он напрягается, я вижу, как меняется его взгляд — из нежного становится сосредоточенным.
— Что-то случилось? Стажировка заканчивается, доки твои я подписал, «отлично» поставил, всё отправил…
Забота Ильи меня подкупает. Но надо говорить. Хотя в горле и сохнет, и сердце бьётся от волнения, как у зайца, частит…
— Наоборот. Меня приглашают на стажировку. В «Форест и партнёры». В Лондон, Илья. С октября.
Тишина становится осязаемой. Только капля воды срывается из крана и звонко бьётся о поверхность.
— В Лондон? — переспрашивает он, и его голос звучит непривычно глухо. — К Севилье под крылышко? Угу.
Он проводит ладонью по лбу и волосам, закусывает губу — видимо, чтобы сразу не вспылить и не сказать лишнего.
Я смотрю на него из-под ресниц, понимая, что наш уютный вечер «динозавров» только что закончился. Началась взрослая жизнь, а не игра.
Его голос немного колючий, но видно, что он борется с собой. Всё как я предполагала:
— Наташ, я же сам хотел, чтобы ты поехала в Испанию, может, в Германию… Предложения были… Но Лондон! — он прокашливается. — Чёрт! Тяжело, Наташ. Не думал, что будет так тяжело.
— Я могу отказаться, — неуверенно произношу я.
Илья смотрит мне не только в глаза, но как будто прямо в душу.
— Девочка, ты не должна отказываться. Надо ехать. Но, чёрт возьми, мне сейчас в тысячу раз сложнее на это решиться, когда ты уже моя, когда там Севи, от которой у меня сын… Это какая-то вселенская жопа, прости за откровенность.
Он рывком встаёт с края ванны, руки взмывают в воздух.
— Наташ, я всегда был за то, чтобы ты попробовала себя в качестве архитектора, и Лондон — это отличный шанс и заявка на карьеру. Я не могу, не имею права тебя этого лишить. Я, конечно, тебя поддержу.
— Но… — я не решаюсь договорить за Илью. И он продолжает, стараясь смягчить тон, а глаза кричат о другом…
— Но мне будет сложно. Очень. Без ежедневных «нас». Без тебя…
— И мне…
Илья
Выхожу из ванной. Да уж, откуда и куда… Пять минут назад я влетел в спальню окрылённый, а теперь — с подстреленными крыльями.
Наташа — умница во всех смыслах. Я должен её поддержать, радоваться её достижениям и перспективам, но мне капец как сложно. Червь сомнения точит: а не худший ли это вариант для неё? Возможно, козни Севи… Но скажи я это моей «лисичке», она может понять неправильно. Подумает: либо я наговариваю, потому что не хочу её отпускать (что отчасти правда), либо не верю, что она справится с Севи (и это тоже правда). Севи — каток. Беспринципная, расчетливая стерва. Я не хотел бы, чтобы Наташа ударялась о таких людей, особенно если заранее предчувствую финал.
Нужно подумать и сбросить негатив. Иду на кухню, завариваю чай, включаю в гостиной электрокамин. Языки пламени всегда меня успокаивали. Может, и сейчас они выжгут или хотя бы опалят мои метания.
Сижу на диване, пью чай. Дома тишина. И она не радует — настораживает, заставляет ждать бури. Не хочу… Надо просто позволить жизни быть. Если суждено нам столкнуться с Лондоном и Севи, сделаем это вместе. Я не отпущу руку Наташи. Никогда.
В дверном проёме вижу силуэт моей девочки. Она, как всегда, безумно красива. Идеальная фигура в сексапильном белом пеньюаре, копна рыжих кудрей… Она не старается произвести впечатление, но так кайфово просто смотреть на неё.
— Иди ко мне, пожалуйста, — шепчу я. Она кивает.
Усаживаю её, как ребёнка, на колени, вдыхаю её запах — самый родной и вкусный.
— Наташ, я поддержу тебя. Если хочешь — соглашайся на Лондон. Я с тобой.
Наташка молчит. Целует меня в висок, дышит в унисон со мной.
— Я хочу попробовать силы. Ты был прав месяц назад: прежде чем выбирать, нужно «попробовать блюдо». Я хочу попытаться, но только с тобой…
Она затихает. Слышу только стук её сердца. Я не тороплю. Хочу, чтобы она сама высказалась.
— Илья, я не хочу карьеры любой ценой. Если на другой чаше весов будешь ты, я всегда тебя выберу. Лондон — это не выбор между тобой и карьерой, а между мной с опытом в лондонской компании и мной без него. Я очень хочу, чтобы ты был со мной при любом исходе. Даже если между нами будет пара тысяч километров.
Я тяжело выдыхаю, зарываясь пальцами в её рыжие кудри. Тяжёлый ком в груди наконец-то рассасывается, оставив место лёгкой, колючей иронии.
— Ну всё, пропал Лондон, — наигранно ворчу я, крепче прижимая её к себе. — Бедные англичане. Они же не знают, что к ним едет русская лисица — конец их педантичности и планам. Придётся всё переделывать! Шальная императрица едет!
Наташа тихо смеётся, расслабляясь в моих руках.
— Ты правда не сердишься?
— Сержусь? Я в ужасе, Наташ! — отстраняюсь и серьёзно смотрю ей в глаза. — Ты хоть представляешь, что со мной будет, если какой-нибудь лорд в цилиндре решит, что ты — отличный трофей для его поместья? Я же брошу всё, прилечу и навтыкаю ему прямо в его «высокую панамку». А потом меня посадят, блин…
Наташка улыбается:
— Илья, ты намеренно переводишь всё в шутку. Но я вижу, что тебе трудно. Мне и самой непросто…
— Вот и давай не будем ещё больше усложнять. Если решилась, то езжай. Пробуй это «лондонское блюдо». А я побуду здесь твоим главным болельщиком и персональным кризис-менеджером по телефону. Только учти: если этот «каток» Севи начнёт на тебя наезжать — сразу звони. Я быстро объясню ей правила дорожного движения. И если что-то пойдёт не так, ты просто возвращайся — мы всегда можем всё отмотать. Вторую практику и стажировку я всегда смогу переоформить на «Велес». За это не беспокойся.
— Ты в меня не веришь?
— Очень верю. Но хочу, чтобы ты знала все варианты. И чтобы тебя ничего не страшило. Лондон — это только ступенька, а никак не пьедестал… Только ступенька для тебя.
Наташа прислоняется ко мне уже по-другому — с благодарностью и тем самым огоньком, от которого у меня всегда перехватывало дыхание.
— Значит, договорились? — шепчет Наташка.
— Договорились, — подхватываю её на руки, вставая с дивана. — А теперь давай закроем тему Лондона хотя бы до утра. У меня тут по плану более важные «международные отношения».
— К этим отношениям я более чем готова…
— Тогда придётся тебе немного меня подождать. Нужно смыть «шкуру динозавра», прежде чем я прикоснусь к своей девочке…
Наташка
Утром я звоню в деканат и озвучиваю согласие. Мне нужно съездить в универ, забрать необходимые документы. Суета сует…
Завтра встреча по правкам с Тимофеем Кармазиным, а презентация по проекту шале скорее сырая, чем полуготовая. В выходные мне уже нужно вылетать. Благо билеты забронированы вузом и место моего пребывания в Лондоне предусмотрено контрактом стажировки. Это небольшая студия, зато рядом с офисом, что просто идеально. Язык у меня в полном порядке, но всё равно я очень переживаю.
Ещё нужно будет выкроить время на свадьбу Даши и Матвеева, а значит — забронировать билеты туда-обратно на нужные даты и договориться на месте, чтобы меня в эти дни (пусть и выходные) не привлекали к работе. Но Илья уверил, что с этим не будет проблем.
Остаток недели пролетает стремительно. Мне сложно всё успеть. Проект шале одобрен, и я его передаю строительной компании Матвеева Димы, жениха моей систер. Все вопросы в ходе строительства будет решать уже Илья.
Вечерами мы как сумасшедшие любим друг друга. Пытаемся надышаться, впитать всё самое яркое в нашей близости.
Марк тоже знает, что я отправлюсь в Лондон, и ему немного грустно. По секрету он сообщил, что не только потому, что улечу я. Хотя парень со мной и сдружился. Но он скорее сам скучает по своему родному городу, своим немногочисленным друзьям, рыженькой Софи и, конечно, матери. Какой бы она ни была. Они любят друг друга, хоть и разной любовью. Марк — тепло и самозабвенно, без вопросов и нюансов, а Севи — как-то по-другому, но тоже любит.
Я обещаю Марку, что он обязательно прилетит в Лондон, ему достаточно лишь сказать об этом отцу. Но парень пока готов подождать. Понимает, что отец не всегда может выкроить время на такое путешествие…
У Ильи есть только два условия моего отбытия в Лондон. Хотя я уверена: если бы я не согласилась на первое, он был бы готов подождать… А второе условие я и сама готова ему поставить. Потому что не смогу иначе, и никакие Лондоны со стажировками в крутых архитектурных агентствах мне этого не заменят.
Первое — это знакомство с мамой в качестве моего парня. И представление Марка всем моим. Это уже давно назрело. Бабушка и дедушка Илью уже знают как моего парня… А мама — нет… Ох, чую, в этот раз меня точно поколотят тапком. Насчет сынишки Ильи я не переживаю — в нашей семье всегда любили детей, особенно Марк: пацан — мечта нашего отца и деда…
Второе условие — постоянные вечерние созвоны и переписки… От которых я и сама не смогу отказаться. Без внимания, поддержки и «плеча» Ильи я бы никогда не согласилась на эту «авантюру» в три месяца вдали от дома…
Завтра грядет большой день… Маму готовит Соня, бабулю и дедулю — Машка. А мы с Ольховым готовим себя к семейным посиделкам, расспросам, шуткам деда про свой зверинец и надеемся на лучшее…
СТРОГО 18+🔥
Моя новинка в жанре мини-романа «Непрерывная связь». По подписке.
https:// /shrt/jbMw
СПОЙЛЕР
'…Это чистый секс!
Шрамы на плечах и спине теперь кажутся не уродством, а чертовски личной эстетикой. Некоторые похожи на тонкую паутинку, а ближе к пояснице — на диковинный «цветок». Плечи обрамлены штрихами, будто пробивающиеся перья… или отрезанные крылья падшего ангела.
Я не могу сдержать слез. Не только от увиденного, но и от того, что проживаю в этот момент.
Та авария — трагедия, которая не убила меня, но оставила знаки, сделавшие меня собой. И я, наконец, это принимаю.
Не хочу выходить из образа. Хочу принять его реакцию в том виде, в котором предстала на фото. Продлить ощущения, пережить их по полной.
Отправляю несколько кадров Александру с подписью: «Новая эстетика».
Сообщение мгновенно прочитано. Но адресат не торопится отвечать. Начинаю нервничать. Меня мандражит, тело бросает то в жар, то в холод. Кусаю губы и пытаюсь выровнять дыхание — не выходит… Замираю, когда вижу на экране, что он набирает текст:
— Ты очень красивая. Очень, Марин…'