Бывшие. Нам (не) суждено

Глава 43

Сначала в плен попадается рубашка, а потом и вся я. При этом телефон всё ещё у его уха.

— Я понял. Чем грозит?

Ему что-то отвечают, а я думаю только о руках, что поглаживают меня по бёдрам, задирая всё выше край рубашки.

— Плевать. Дави.

И такой Алекс Громов вызывает мурашки страха. Ровно до того момента, пока он не поворачивается и откидывает телефон куда-то на диван.

— Душ, говоришь?

Боже, мы как будто из постели не вылезали. Взгляд Алекса всё ещё дико жаркий и жутко голодный.

— Я одна, — выдыхаю.

А голова сама собой склоняется, открывая ему больший простор для действий.

— А-алекс… с тобой я не помоюсь, — смеюсь, но на сорванном дыхании.

А как иначе, когда рядом исполняют такое. Язык чередуется с полуукусами, а я почти не помню, зачем пришла.

— Супер. Меня устраивает, — хмыкает он.

Только и успеваю схватиться за шею, ахнуть… и ещё раз, когда кожа соприкасается с холодным камнем. Впрочем, это волнует недолго. Ровно до того момента, пока Алекс не входит одним сильным движением.

И стирается реальность, ломаются приличия, а мне остаётся только стонать, царапать его спину и едва дышать от многочисленных оргазмов. А когда Алекс идёт на третий заход, протестующе упираюсь руками ему в грудь.

— Нет! — решительно выдыхаю.

Кое-как сползаю на пол, едва стою на дрожащих ногах.

— Всё. Баста. Мне нужен отпуск.

— Без проблем, — фыркает Алекс. — Один звонок, и ближе к вечеру летим куда-нибудь на острова.

Он прикусывает чувствительное место в основании шеи, и, подхватив на руки, несёт в душ. Но не остаётся, за что Алексу огромная моя благодарность. Одно плохо — пока моюсь, вспоминаю, что парочка нерешённых проблем у нас всё-таки осталась.

И даже открываю рот, чтобы об этом сообщить, но…

— Поздравляю, ты официально разведена.

Алекс ставит передо мной чашку кофе. Он тоже успел одеться и теперь проверяет мою прочность сшитым на заказ тёмно-синим костюмом.

— Как разведена?

Не могли же они и в самом деле справиться так быстро. Это просто невозможно. Ни один ЗАГС не станет слушать.

— Быстро, — Алекс поднимает прищуренный взгляд. — За что им моя благодарность и существенная прибавка к квартальной премии.

— Но так же нельзя. Это незаконно.

— Это самый законный развод среди всех разводов.

Алекс обходит остров, чтобы прижать меня к своей груди.

— Претензии?

— Удивление, — качаю головой. — Твоим спецам удалось меня поразить.

— Твоим спецам. Или ты передумала быть управляющей?

— Не дождёшься, — фыркаю. — Меня впечатлил оклад. Так что теперь ты обязан платить мне зарплату и все те плюшки, которые обещал.

Смеюсь, потому что подозреваю — с этого дня никакая зарплата мне не понадобится. Но это не повод сдавать позиции, да и вообще, мало ли что в жизни бывает.

— Тогда лови.

Алекс тянется к противоположному краю острова и кладёт передо мной очередные бумаги.

— Громов, — вздыхаю, — что на этот раз? Я за всю жизнь не подписала столько бумажек, сколько за последние сутки.

— Подписывать не надо. Тебе же понравилась корпоративная квартира?

Вспомнив о фотографиях в спальне, прикусываю губу и киваю.

— Она твоя, — заявляет он.

А потом выпускает меня из объятий и делает глоток своего кофе.

— В смысле моя?

— В смысле можешь там жить.

Хотя его взгляд прямо говорит, что этого не будет.

— Подожди… — трясу головой. — Что ты имеешь в виду?

— Что оформленная на тебя ипотека закрыта, а вчерашняя квартира переписана в полное владение.

Он с ума сошёл?

Приоткрыв рот, наблюдаю за невозмутимым Алексом.

— Но зачем мне квартира?

Предполагалось, что теперь я буду с Алексом, но ведь это я могла так думать. В то время как он иметь совершенно противоположное мнение.

— Чтобы ты была здесь, потому что хочешь, а не из-за отсутствия выбора.

Пусть Алекс стоит в паре метров от меня, но восторженная дрожь всё равно пронзает от макушки до пят.

Дыхание перехватывает, мне приходится несколько долгих секунд просто стоять и смотреть, чтобы хоть немного прийти в себя.

— А здесь — это?..

— В моей постели, моём доме и моей жизни, любимая.

Это звучит просто, и в то же время потрясающе волшебно. Словно оковы, которые звенели на моих запястьях до этого, вдруг с громким щелчком падают на мраморный пол. Оглушительно, свободно до головокружения.

— Я… мне надо на работу.

Вот и всё, что я могу ответить. Мысли все как одна разбегаются в разные стороны, и их бесполезно собирать в кучу.

Это в таком состоянии я собиралась работать управляющей огромной компании?

Но я же не знала, что всё обернётся так!

И, как всегда не вовремя, на ум приходят слова Медведева о Каролине. Якобы она ему помогла. Но если это действительно так, то она ведь не может остаться безнаказанной?

— А это я расскажу тебе в машине, — кривится Алекс, стоит мне озвучить вопрос.

Чтобы через несколько минут устроиться на заднем сидении вместе со мной.