Бывшие. Нам (не) суждено

Эпилог

— Я уже выхожу. Честно! — кричу из спальни раз в пятый, пока Алекс ждёт меня в гостиной.

Сначала мне показалось, что я забыла паспорт, потом — что купальник. Потом не закрылся чемодан, и я долго искала дорожную сумку, чтобы часть вещей переложить в неё.

И всё это после того, как Алекс раза три сказал, что вещи мне с собой не понадобятся. Потому что, во-первых, это остров. Во-вторых, там будем только мы и океан. В-третьих, всё, что нужно, можно купить на месте. И, в главных, он предпочитает смотреть на меня без одежды.

Но я действительно привыкла всё контролировать, а отучиться этому не так просто.

Поэтому я бегаю по спальне, гадая, всё ли взяла, а Алекс ждёт меня в… уже не ждёт.

Подняв голову, сдуваю с лица упавшую прядь. И сталкиваюсь с весёлым взглядом Алекса. Он стоит в проёме двери, прислонившись плечом к косяку.

— Всё, правда. На этот раз точно всё.

— Даже не сомневаюсь, — кивает он, но не двигается с места.

Краснею, улавливая его взгляд, пока я стою спиной к нему, коленом упираясь в чемодан. Пытаюсь его закрыть, ага.

— Может, ещё задержимся?

От низкого, с хрипотцой голоса вмиг покрываюсь мурашками.

— Нет! Я готова.

Резко разворачиваюсь, попадаю в кольцо рук и слышу, как бедный чемодан издаёт прощальный треньк.

Оборачиваемся оба.

— Проблема с вещами решилась сама собой, — хмыкает Алекс, пока его руки медленно задирают подол короткого платья.

— Блин, молния сломалась.

И хочется сосредоточиться на чемодане, но гораздо больше волнуют уверенные руки, уже добравшиеся до внутренней поверхности бедра.

— А-алекс, — выдыхаю, когда он пробирается под трусики.

Кружевные, соблазнительные, чтобы отвлекать его в полёте, а не до него!

Но какая уже разница, если я с готовностью разворачиваюсь, прогибаюсь в пояснице и с громким стоном принимаю его в себе.

Боже! Каждый раз как в первый!

Настолько хорошо, что я увлажняюсь при одной мысли о сексе, хотя раньше приходилось много и долго себя стимулировать.

— Да!

Горячие стоны, хриплые порыкивания, громкие шлепки.

Когда мы практически одновременно кончаем, я не хочу уже никуда. Только лежать в кровати, чувствовать его руки и заниматься любовью.

— Отличные сборы, — насмешничает Алекс за моей спиной.

Помогает подняться, одёргивает моё платье.

— Готова?

О да! Готова не то слово. Всё, чего мне теперь хочется, это спать и, может быть, есть. В последнее время это мои главные потребности. Видимо, витаминов не хватает.

— Готова, — вздыхаю.

Вот бы раз, и оказаться в машине, а не спускаться на дрожащих ногах.

И Алекс чувствует — подхватывает меня на руки и отпускает только у открытой двери.

— Ты читаешь мысли? — мурчу в лёгкой дрёме, пока водитель везёт нас в аэропорт.

— Нет, просто люблю тебя, — фыркает Алекс мне в макушку.

И то ли меня окончательно бросает в сон, то ли мы и правда едем как-то слишком долго.

— Приехали? — зеваю.

И, не глядя, подаю ему руку.

Вот только мы не в аэропорту.

Знакомый, уютный одноэтажный дом встречает светящимися окнами и калиткой, которая в тот же момент открывается.

— Алекс, ты…

Неосознанно вжимаюсь в него спиной, когда из калитки выходит моя мама.

— Тебе плохо от этой ссоры, любимая. — Алекс целует в шею. — Всё наладилось, мы вместе. Осталось последнее дело.

И мне дико, до слёз приятно то, что он обо мне думает и заботится. С одной стороны.

Но с другой…

— Прости меня, Маш! — мама заламывает руки без долгих вступлений. — Возможно, я была не права. Мне хотелось, чтобы ты была счастлива, и я думала, что знаю, что для тебя лучше.

Это точно моя мама?

Очень хочется обернуться и уточнить, что Алекс с ней сделал, но я держусь.

Он прав, ссора с мамой действительно омрачало мне идеальную действительность. Но такого я даже предположить не могла.

— Машенька? Простишь старую дуру? — вздыхает она и тянет ко мне руки.

Алекс молчит, никак не влияя на моё решение. И я решаю довериться этому миру.

Подхожу к маме и осторожно обнимаю её, слыша облегчённый всхлип.

— Я понимаю, — тоже вздыхаю. — И рада, что ты поняла. Или попыталась понять.

Ещё какое-то время занимают объятия, слёзы и прощания. И только когда мы снова садимся в машину, я поворачиваюсь к Алексу.

Эмоций столько, что я не могу увязать их в слова. Потому просто обнимаю его всю дорогу, устроив голову на плече.

И не сопротивляюсь, когда в самолёте он отправляет меня умываться.

Боже, каким же счастливыми стали мои глаза с любимым мужчиной! Любовь, покой и безопасность — вот что нужно каждой женщине. И я чувствую всё это на себе.

В конце концов, Каролину нашёл отец и выгнал из страны под предлогом обмена опытом и чего-то там ещё. Медведев вместе со своими подручными сидит и сидеть будет долго, учитывая, сколько статей на него повесил Алекс, а у Коли всё осталось по-прежнему и, как по мне, это для него лучшее наказание.

А я…

Взгляд цепляет коробку на краю раковины.

Всё-таки частный самолёт — это прекрасно. Можно ходить куда хочешь и когда хочешь, расслабиться, не бояться, что тебе постучат в самый неожиданный момент.

И это тоже можно, да.

Тем более что моя сонливость вдруг показалась очень странной.

Недолго думая, трясущимися руками вскрываю упаковку и достаю тест. Я почти уверена в результате, но всё равно вздрагиваю, когда вижу вердикт.

Боже, неужели…

Так и выхожу с тестом в руке. Растерянная, ошарашенная и абсолютно счастливая.

— Любимая? — поднимает взгляд Алекс.

И всё, что я могу — протянуть ему положительный тест на беременность.

Чтобы увидеть, как в его глазах разгорается целый мир.

Теперь — для нас троих.