Его исчезнувшие

Глава 20. Марат

Я пялюсь в экран ноутбука. Прогоняю видео снова и снова. Вот Дамир ее целует. Вот укладывает на тот проклятый диван, расстегивает ей блузку, а она даже не сопротивляется. Задирает ей юбку, нависает сверху…

— Черт!

Впиваюсь пальцами в свои короткие волосы. Не могу больше на это смотреть. Эмоции зашкаливают.

Меряю шагами гостиную.

А ведь я был готов сказать Наде, что она мне нужна. Хотел сказать, что она больше не одна! Что мне все равно, от кого у нее ребенок! Эта девочка — маленькое сокровище. Даже если она от Дамира, это ничего не изменит. Я люблю Надю. Я хочу, чтобы они с дочкой вернулись домой.

Мне бы ей позвонить. Мне бы поговорить с ней спокойно, отговорить ее выходить на работу в «ЭлитСтрой», но эмоции берут вверх над разумом. Я — как зверь, которого три года держали в клетке, а теперь внезапно выпустили на свободу…

Хватаюсь за мобильный, и тут же обнаруживаю, что я не знаю ее новый номер. Она все сменила — фамилию, адрес, номер телефона.

«Черт». Надя сведет меня с ума.

В дверь звонят.

— Кто? — интересуюсь настороженно. После появления Амалии мне не хочется видеть нежеланных гостей на своей территории.

— Марат… это Айдар, брат Марьяны. Открой, нам надо кое-что обсудить.

Чувствую, как сводит скулы. В желудке что-то неприятно сжимается. Как будто я опять там, в зале суда, где мне выносят приговор за ее смерть.

Жму на кнопку, позволяя Айдару войти в подъезд.

Стою у двери, скрестив руки на груди. Жду странного гостя.

Наконец лифт приезжает на мой этаж. В холле появляется Айдар. Худощавый, строгий, в добротном костюме — брат Марьяны уже много лет занимает должность управляющего в одном из коммерческих банков семьи. Это у него Дамир занимал деньги на раскачку бизнеса. В прошлом мы хорошо общались, но преступление раскололо мою жизнь, разделив прошлое и настоящее жирной красной полосой.

Даже сейчас Айдар смотрит на меня с подозрением, все еще живы воспоминания о том обвинении, которое мне предъявили. Но все же первым протягивает руку.

Я медлю. Впустить в квартиру ее брата все равно, что запустить в калейдоскопе обрывки прошлого.

— Дамир тебя прислал? — спрашиваю сухо.

— Нет. Марьяна хочет с тобой увидеться. Она готова написать заявление в полицию.

— Я не работаю в полиции. Тебе хорошо известно, что моя карьера рухнула в тот день, когда меня обвинили в убийстве. Ты не по адресу. Отвези сестру в участок.

— Нет! В полиции у Дамира есть свои люди. Марьяне нужен человек, которому можно верить. Ты можешь это организовать? Я же знаю, у тебя в полиции остались друзья. Тебя оправдали исключительно благодаря им.

— Завтра утром надо будет поехать в прокуратуру…

— Нет! — резко перебивает меня он. — Завтра утром может быть поздно. Сестра хочет писать заявление сейчас. Попроси своих людей приехать. Я назову адрес.

Я смотрю на Айдара несколько мгновений. Потом набираю Румянцева.

— Глеб, привет. У меня тут объявился свидетель по нашему старому делу. Можешь приехать, чтобы отвезти ее в участок?

— Нет! — Айдар порывается вперед, в его глазах пылает ярость. — Это опасно! Пусть приезжают по адресу, который я назову!

Я смотрю на него несколько мгновений.

— Она хочет дать показания вне участка. Сможешь приехать, чтобы все зафиксировать?.. Возьми ребят, да. Желательно, самых крепких. Адрес сейчас скину.

В трубке раздаются короткие гудки, а я перевожу взгляд на Айдара.

— Что это за место?

— Небольшая семейная кофейня. Там мы не будем привлекать внимание. Едем со мной, Марат, — требует он. — Нельзя дать Дамиру уйти от ответственности.

Я хмурюсь. Можно ли доверять Айдару? Нет, конечно! Ему нельзя верить. Чего ждать, от внезапно воскресшей невестки, я тоже не знаю. Мы оба стали жертвами чудовищной махинации, которая до конца так и не была раскрыта.

Но рука уже тянется за пальто. Поеду ли я туда, где хочет встретиться Марьяна? Конечно.

Айдар молчит. Хмурится. Ждет, пока я соберусь.

— Ключи не бери, поедем на моей машине. Твоя слишком хорошо известна, — качает головой, когда я сгребаю в кожаную сумочку ключи. — Хочешь совет? Смени ее.

«И что бы я делал без твоих советов, Айдар?» — произношу мысленно.

— Эта машина дорога мне как память, я не собираюсь ее менять, — произношу холодно.

— А зря, — парирует он.

У подъезда стоит просторный черный внедорожник. Двое охранников застыли у обочины. Зорко смотрят по сторонам, охраняют своего хозяина.

Айдар кивает мне на заднюю дверцу, и садится рядом со мной.

Охрана следует за нами на неприметной белой «Весте».

— Как Марьяна? — все же выжимаю из себя вопрос, больше из правил приличия.

— Плохо, — цедит ответ Айдар. На этом все. Почти весь путь до места, где ждет Марьяна, мы молчим.

Внедорожник притормаживает у неприметной кофейни. Под конвоем телохранителей Айдара нас заводят внутрь.

Тихое, уютное местечко. Посетителей нет, но бариста приветливо улыбается. Айдар приказывает ей подать кофе и впустить полицию, когда те приедут.

Я ищу глазами Марьяну, но когда на нее наталкивается взгляд, я пугаюсь.

Бледная, осунувшаяся, очень худая. Вещи висят на ней, как на вешалке. Видимо, Марьяна достала из гардероба то, что носила три года назад, и оно ей больше не в пору. Наркотики губят людей. Женщин они уничтожают почему-то быстрее.

— Здравствуй, Марат, — глухо произносит хозяйка кофейни.

— Добрый вечер, — на собравшуюся компанию я посматриваю с подозрением. Мне пока неясно, что семье Марьяны от меня нужно.

Марьяна качает головой.

— Мы можем поговорить?

Она садится на диванчике удобнее, видно, что слаба. Плохо себя чувствует. Знаком приглашает меня сесть рядом с ней.

Айдар садится напротив. Напряженно посматривает на меня. Нет, подозрение в его взгляде никуда не делось.

Бариста приносит на подносе крепкий кофе и шоколад, ставит перед нами чашки.

— У меня цирроз, — поясняет тихо Марьяна. — Врачи не дают позитивных прогнозов. Но я не хочу, чтобы после моей смерти муж остался безнаказанным. Я хочу написать заявление в полицию.

Я хмурюсь. Придвигаю к себе чашку кофе, отпиваю глоток. Отличный «эспрессо», бодрит. То, что надо. Только не к месту.

— Как вышло, что тебя похоронили, а ты жива? — срывается вопрос.