Еще ни разу дорога не казалась мне такой бесконечной. Семь часов вечера — на дорогах по загруженности самый пик. Я лавирую в потоке машин, злюсь, даже нарушаю пару раз правила.
Набираю номер Лизы. Включаю на громкую связь.
— Игорь… ты приехал? — слышу ее испуганный голос.
— Нет, я пока еду. Пробки везде. Просто поговори со мной, пока я в пути.
— О чем?
— Не знаю… о чем угодно.
— Твоя мама сегодня приходила в больницу, — помолчав, тихо сообщает она.
Я замираю. Неожиданно.
— И что она сказала? — интересуюсь напряженно.
— Сказала, что не подбрасывала то портмоне мне в сумочку.
Я молчу. Надо что-то сказать в ответ, но я не могу подобрать слова. Моя мать — бывшая судья. Если она пошла на поклон к Лизе, значит, действительно не подкидывала то портмоне. В противном случае ей бы честь не позволила прийти.
— Игорь, я весь день думаю — неужели я ошиблась тогда? Но кто, если не она?
— Лиз… Мой отец нанял частного детектива, чтобы выяснить, что произошло на самом деле три года назад. К сожалению, из-за давности происшествия вряд ли нам удастся получить доступ к камерам, да и не сохранилось ничего на них.
— Да уж, — горько усмехается она. — Знаешь, но мне кажется, если бы она действительно это сделала, то вряд ли бы пришла ко мне в палату.
— Если моя мать и в самом деле не виновата, жить станет намного легче. Остальное переживем. Хочешь, к психологу тебя запишем?
— А он поможет?
— Не знаю. Никогда к ним не обращался.
— Игорь… а что, если выяснится, что я чем-то болею? Что тогда?
Я шумно выдыхаю.
— Тогда мы тебя вылечим, — отвечаю уверенно. — Так что, чем скорее ты пройдешь полное обследование, тем лучше.
— Ладно, — помолчав, соглашается она.
— Лиза… — зову ее.
— Что?
— Я тебя люблю.
— Ты об этом пожалеешь, Игорь. Не нужна тебе такая, как я. Мама твоя права.
Я грустно улыбаюсь. Дурацкая ситуация, но при мысли о том, что Лиза не смогла уехать, на душе становится тепло.
— Просто скажи, что у тебя есть ко мне хоть капля ответных чувств! Разве я так много прошу?
— Нет, не много, — я чувствую, как она улыбается.
Вот и вокзал. Я сворачиваю на платную парковку, выключаю громкую связь. Прохожу через зону досмотра и вижу ее — хрупкую, нежную, беззащитную женщину, которая вытрепала мне все нервы.
— Лиза! — окликаю ее.
Она оборачивается. Испуганная, в слезах.
Я не могу сдержать эмоций. Сгребаю ее в охапку, прижимаю к своей груди и покрываю ее лицо поцелуями.
— Только попробуй еще раз уехать! — рычу отчаянно, а она улыбается тихой улыбкой. Той самой, которая всегда брала меня за душу. Касается осторожно пальцами моих колючих щек, ловит мой усталый взгляд.
— Я тебя люблю, Игорь, — шепчет тихо мне на ухо. — Только мне очень, очень страшно…
И я прижимаю ее к своей груди с такой силой, что она едва может дышать.
— Ничего не бойся, слышишь? Все будет хорошо, — шепчу ей в губы в ответ. — Тех, кто тебя обижал, посадят. Я с них не слезу, пока не получат по полной. С остальным справимся. Все, поехали домой. Надя и Марат заждались уже. Надя столько всего наготовила! Они завтра отправляются домой, будут обживаться заново.
— А мы?
— А мы с тобой выберем свободный день и отправимся в загс подавать заявление. Согласна?
Она отрицательно качает головой. Смотрит на меня пронзительным, печальным взглядом.
— Нет, не согласна. Слишком много всего стоит между нами. Брак со мной тебя погубит.
У меня в груди бурлит досада.
— А я от тебя все равно не отстану, — рычу уверенно.
Крепко сжимаю ее руку своей рукой и уверенно веду ее к выходу с вокзала. Знаю, у меня получится исцелить ее душу. Будет сложно, но я справлюсь. Просто знаю, и все.