Фиктивные бывшие. Верну жену

15

Солнечный свет заливает огромный кабинет сквозь панорамное окно, отражаясь бликами на идеально гладкой поверхности стола из темного дерева. Я стою посреди кабинета и чувствую себя самозванкой. На двери из матового стекла красуется табличка с моим именем: «Анжелика Морозова, Директор по связям с общественностью». Звучит солидно. Вот только я не имею к этой должности никакого отношения. Я здесь чужая.

Пальцы скользят по холодной столешнице. Вчерашний день проносится в голове обрывочными, слишком яркими кадрами. После того, как босс ошарашил меня повышением, он провел меня в этот кабинет, находящийся на том же этаже, что и его собственный.

Говорил о новых обязанностях, о проектах, которые теперь будут в моем ведении, о необходимости быстро войти в курс дела.

Вспоминаю его профиль, жесткую линию подбородка, властный тон, не терпящий возражений… а потом его без рубашки, ощущая фантомное тепло его кожи под своими пальцами.

Мне не по себе от этого повышения. Я не заслужила его. Я была хорошим помощником, исполнительным и ответственным, но директор? Это совсем другой уровень, другая ответственность, другой опыт, которого сейчас у меня нет. Каждый сотрудник в этой компании, проходя мимо моего нового кабинета, будет видеть во мне не профессионала, а невесту босса, получившую место просто так. И самое ужасное — ничего не изменилось. Я не защищена от слухов, он не спас от краха мою репутацию, разница лишь в том, что раньше они считали меня любовницей, а сейчас — невестой.

Тяжело вздыхаю и опускаюсь в огромное кожаное кресло. Карта, которую он вчера засунул мне в карман, теперь лежит в сумочке и жжет холодной, бездушной тяжестью.

«Ты должна выглядеть соответствующе», — звенят в ушах его слова.

Он не просто втянул меня в свою игру, он начал перекраивать мою жизнь под себя, не оставляя мне даже иллюзии выбора. Да ещё и сделал это так, чтобы я сама на это согласилась. Полное безумие. Такое ощущение, чьо меня где о обманули мошенники, а я не могу понять, где именно.

Сегодня я должна сделать первый шаг в своей новой роли — роли женщины, стоящей рядом с ним. Роли красивой куклы, которую нужно правильно одеть перед тем, как показать свету. От этой мысли к горлу подкатывает горький комок, но я заставляю себя его проглотить. Игра началась, и пока я не придумала, как из нее выйти с минимальными потерями, мне придется играть по его правилам.

После работы, около семи вечера, машина босса бесшумно останавливается у моего дома. Все это время я провела как в тумане, выбирая наряд, который бы кричал об элегантности и статусе, но не о вульгарности.

Когда я выхожу, Марк Александрович уже стоит у открытой задней двери. Он одет в безупречный черный костюм, который сидит на нем как вторая кожа. Обведя меня взглядом с ног до головы, на секунду его лицо теряет свою привычную непроницаемость. Взгляд становится тяжелым, изучающим, почти осязаемым.

На мне платье темно-бордового цвета из тяжелого, струящегося шелка. Оно полностью закрытое, с длинными воздушными рукавами и скромным вырезом-лодочкой, но при этом облегает фигуру в нужных местах, а высокий разрез до середины бедра открывается лишь при ходьбе, намекая, но не показывая. Волосы я уложила в гладкую низкую прическу, открыв шею и плечи. Из украшений — лишь тонкие серьги с сапфирами, купленные в самый последний момент. Макияж сдержанный, с акцентом на глаза. Несмотря на то, что я всячески противилась новому образу, я хотела выглядеть достойно.

Босс ничего не говорит, но я вижу его тяжелый, через чур длительный взгляд на себе. Оборвав его, он молча садится в машину следом за мной.

Ресторан, в который мы приезжаем, утопает в хрустале, серебристом бархате и тихом гуле голосов. Атмосфера давит своей роскошью. Вокруг ходят идеальной внешности женщины в ярких, откровенных платьях, с идеальными укладками и ослепительными улыбками. Они смотрят на своих спутников с обожанием, щебечут, смеются. И я на их фоне, в своем строгом платье, которое ещё полчаса назад мне безумно нравилось, чувствую себя серой мышью, случайно забежавшей на королевский бал. Когда проходим к середине зала, ощущаю на себе сотни взглядом. Ладони мгновенно становятся влажными, по спине пробегает холодок неуверенности. Я невольно начинаю дрожать, сильнее сжимая рукав пиджака босса.

— В чем дело? — спрашивает, почувствовав мое состояние.

— Марк Александрович…

— Ты можешь называть меня Марком. Думаю, уже давно пора, — перебивает, и после этого его резкого тона даже говорить ничего не хочется.

Я отворачиваюсь, шумно выдыхая, а потом ощущаю тяжелую, теплую ладонь на своей талии. Он притягивает меня к себе так близко, что я чувствую жар его тела сквозь тонкую ткань платья. Дрожь усиливается ещё больше, только теперь от волнения. Заскользив по шелку ладонью, он накрывает мой живот, словно обнимая со спины, а потом наклоняется. Губы Марка почти касаются моего уха, ведь я ощущаю горячее дыхание на своей коже.

— Прекрати дрожать, — говорит низким рокочущим шепотом так, чтобы услышала только я. — Если тебе станет легче, то на мой взгляд ты здесь самая красивая.