Лика
Слова Марка Александровича обрушиваются на меня, как ледяной водопад, выбивая воздух из легких и парализуя тело. Шум из зала, казавшийся таким далеким, теперь и вовсе исчезает, сменяясь оглушительным звоном в ушах. Я смотрю на него, не в силах произнести ни слова, а мозг отчаянно пытается собрать воедино осколки реальности. Это шутка? Розыгрыш какой-то?
— Что? — кажется, это всё, что я могу выдать в своём состоянии.
— Ты слышала, Анжелика, — его тон не оставляет места для сомнений. Это не вопрос, а констатация факта. — Я предлагаю тебе стать моей женой.
— С чего это вообще? — шок не отпускает. Я хлопаю глазами, глядя на него, как на нечто диковинное. Что вообще в голове у этого человека?
Он с минуту разглядывает меня оценивающим взглядом, будто ждет, что я подыграю ему, а потом закатывает глаза.
— Не глупи, Волкова. Ты же не думаешь, что ты меня привлекаешь? Я тоже на горю желанием связать свою жизнь с малознакомым мне человеком.
Его слова даже обижают. Я, конечно, понимала, что босс не видит во мне женщину, но чтобы так прямо об этом услышать…
Да и малознакомыми людьми нас будет назвать тяжело. По крайней мере с моей стороны уж точно, ведь я знаю все его любимые вещи, знаю то, на что у него аллергия, знаю его расписание, знак зодиака и даже политические пристрастия. И когда он говорит о «малознакомстве», он явно имеет ввиду его поверхностные знания об мне, отсюда ещё больше вопросов. Почему именно я?
— Тогда что за предложения вообще? — начинаю выходить из себя. Теперь все это кажется до жути унизительным.
— Это фикция, Анжелика. Фиктивный брак на бумаге. Как только я закрою сделку, мы разведемся.
Его холодные, до жути расчетливые слова, бьют наотмашь. А я что себе надумала? Что ни с того ни с сего генеральный посмотрит на такую, как я?! Ему что-то нужно от меня… Но брак?! Это уже слишком.
Я отступаю на шаг, сжав себя ладонями за плечи, словно пытаясь закрыться, защититься от него.
— Нет, — говорю на выдохе, и это слово придает мне сил.
Взгляд генерального темнеет. Этому мужчине не говорят «нет». Он к этому не привык.
— Ты становишься моей женой, получаешь защиту, статус и избавляешься от всех проблем с репутацией, а я решаю свои вопросы. Все в выигрыше, не надо строить из себя глупую, тебе это сейчас нужно не меньше, чем мне. Подумай, что будет, если ты мне сейчас откажешь? — давит он. — Работать мы больше вместе не сможем, а с той репутацией, что за тобой тянется, и с отсутствием рекомендательного письма, в какую фирму ты сможешь устроиться?
Он нагло напирает, плеща в меня не аргументами, а своим ядом. Беспринципный ублюдок! Давит на больное, шантажирует, не оставляя шанса.
— За что? — шепчу я, глядя ему прямо в глаза, пытаясь найти там хоть каплю человечности. — За что вы так со мной?
Он молчит и просто смотрит на меня своим тяжелым, изучающим взглядом, и в этой тишине я слышу, как бешено колотится моё сердце. Неподкупное, светлое, такое, каким мама его вырастила. Таким, каким я его берегла.
— Делайте что хотите, но я, — делаю акцент, а потом нагло вскидываю голову, — отказываюсь участвовать в вашем представлении!