Горькая трава полынь. Книга первая

ГЛАВА 10

— За тобой словно сам Эрэб гонится, — глядя на поспешно собирающего вещи сына, пробасил Урхурт. — Куда ты так торопишься?

— Я домой уехать побыстрее хочу, — рванул ворот грязной котты Нарварг. — Меня здесь все раздражает: воздух, этот дворец и ядовитая змея, доставшаяся мне в жены.

Урхурт недоуменно вытаращился на сына, скептично хмыкнув.

— Да она просто девчонка несмышленая. Ты чего так завелся? Ну, подумаешь, еще и неуклюжая немного.

— Она специально это сделала, — вскипел Варг.

"Несмышленая девчонка" два раза за вечер облила его вином, опрокинула на него тарелку с мясом, а поднимаясь с места, ударила локтем в глаз и пнула ногой по голени. И все это "случайно". Маленькая стерва, играя на публику, невинно хлопала глазами и громко извинялась, повторяя, что она ужасно неловкая и что это все от волнения. Варг точно знал, что она врет — врет и издевается над ним. Доказать только не мог. И если бы не пообещал ее матери не обижать "невинное дитя", то выволок бы эту коварную заразу в коридор и выдрал бы, как строптивую козу.

Детей бьют уроды? Да таких "детей", как она, надо пороть каждый день, чтоб поменьше дури задерживалось в их голове.

— Ты преувеличиваешь, — отмахнулся от сына Урхурт. — Очень милая крошка. Подрастет — не хуже сестры будет. Откормим ее, глядишь, может, и мяса себе там, где надо поднарастит. Эх, жаль, Магрид с собой ее забрать не дает. А ее присутствие в Грэммодре сейчас было бы как нельзя кстати.

— Только в Грэммодре ее не хватало, — испугался Нарварг. — Смотри, как бы эта милая крошка нас с тобой не сожрала. Судя по всему, она характером в трехголовую сущность своего папаши пошла.

— Не сочиняй, — раздраженно фыркнул Урхурт. — Скажи, что просто расстроен из-за того, что красотку Амирэль поменяли на тощего цыпленка. Мы вообще должны благодарить Всевидящего за то, что Магрид нам этот брак предложил. А я ведь и не знал, с какого бока к Нэссу подойти…

— Ты что, изначально собирался женить меня на этой сопле? — Варг не успел пристегнуть к поясу меч и теперь так и стоял с ним, зажав в руке, потрясенно глядя на отца.

— На этой, на той… — состроил гримасу Урхурт. — Какая разница? Дочери есть только у Нэсса. Я бы тебя на обеих женил, если бы смог.

Нарварг собрался ответить, что на Амирэль он готов был жениться, а вот ее сестру ему и даром не надо, как в двери громко и настойчиво постучали.

— Ну кто там еще? — раскатисто гаркнул Урхурт.

В проеме появилась уродливая зеленая морда Олога, тут же доложившая:

— Фэа-торн, там просят вашей ау… ау… — орк нахмурился, натужно припоминая заумное слово.

— Аудиенции? — переглянулись между собой Урхурт и Нарварг.

— Ага, — радостно оскалился орк. — Ее самой. Так что передать?

— А кто просит? — прищурился Нарварг.

— Так эта… ваша, эа-торн, супружница, — орк, почесав затылок, торжественно добавил: — Рыдает.

— Что она делает? — пошел темными пятнами Варг, отчего его лицо из бледно-зеленого стало почти болотно-коричневым.

— Рыдает, — пожал огромными плечами Олог. — Видать, уже соскучилась, — тут же домыслил он.

Варга мгновенно перекосило, а Урхурт, потирая ладони, воодушевленно рыкнул:

— Веди сюда.

— Нет, — крикнул Нарварг, но отец, словно не слыша его, рывком распахнул двери, раскрывая объятия влетевшей в комнату, подобно вихрю, дочери генерала Нэсса.

— Фэа-торн Урхурт, помогите, умоляю.

Темные, как смоль, волосы девочки разметались по худеньким плечам, искристым облаком обрамляя ее бледное, заплаканное личико. В огромных, наивно распахнутых глазах застыли горькие слезы, и в этот миг Нарварг и сам был готов поверить, что перед ним несчастное дитя, нуждающееся в помощи и защите.

— Что случилось, милая? — Урхурт, беспомощно посмотрев на сына, развел руками, когда малявка, уткнувшись лицом ему в живот, зашлась в истерике, размазывая по одежде фэа-торна сопли и слезы.

— О-он-ни го-го-говорят, что он пропал, что его со-со-сожрали огры-ы-ы-ы, — девочка стала подвывать так громко, что в комнату стали потихоньку заглядывать орки.

Кто-то из них робко протянул Урхурту стакан с водой, и тот, всунув его Эстэль в руки, принялся ее отпаивать.

— Так кого сожрали огры? — когда девочка немного успокоилась, поинтересовался орк.

— Папу, — шмыгнула носом Эстэ и снова принялась выть.

— Детка, — снисходительно улыбнулся фэа-торн. — Скорее твой папа сожрет всех огров в Грэммодре, чем они его.

— Я маме тоже так говорю, с ним просто случилась какая-то беда и ему нужна помощь.

— Ничего не понимаю, — Урхурт косо посмотрел на хмуро наблюдавшего за происходящим действом Варга, а затем вновь сосредоточил все свое внимание на дочке генерала. — С чего ты взяла, что Нэссу нужна помощь?

— Папа отправился в Грэммодр и там пропал, — Эстэ хлопнула своими мокрыми ресницами и жалобно скривилась, опять собираясь плакать.

— Подожди, подожди, — замер орк. — С чего ты взяла, что он отправился в Грэммодр и пропал?

— Он письмо нам передал перед тем, как уехать, и с тех пор от него нет никаких известий. Вы должны взять меня с собой, — Эстэль судорожно вцепилась пальцами в руку орка. — Я хочу найти папу.

Урхурт нервно потер подбородок, напряженно уставившись взглядом куда-то в одну точку.

— Так вы возьмете меня с собой? — дернула его Эстэль.

Лицо орка некрасиво сморщилось, выдавая степень его досады.

— Я бы с удовольствием, но не могу…

— Почему? — в широко распахнутых детских глазах вновь заблестели слезы. — Разве мне, как жене эа-торна, не полагается жить рядом со своим мужем?

— Видишь ли, малышка, — Урхурт вздохнул и извинительно пожал своими огромными плечами, — ты пока не совсем жена моего Нарварга…

— А это? Это как же? — Эстэ возмущенно подсунула под нос орку палец с надетым на него обручальным кольцом.

— Это — с отсрочкой на год, детка. Ваши ауры не скрепили лахусом, разве ты не заметила?

Эстэ потерянно опустила руку, вспоминая, что за всей свадебной эйфорией она действительно упустила из виду этот важный факт.

— Значит… значит, все не по-настоящему?

— По-настоящему будет через год, — сник Урхурт, услужливо протягивая вновь начавшей рыдать Эстэ стакан с водой.

— Неужели ничего нельзя сделать? Это ужасно. Я должна найти папу, — Эстэ внезапно схватила ладонь орка, прижав ее к своей груди. — Умоляю, возьмите меня с собой. Вы же такой умный, большой и сильный, придумайте что-нибудь.

— Эм-м, — Урхурт почесал затылок, потом подбородок, а потом неловко заерзал, словно ему за шиворот насыпали горсть сухих крошек. — Есть один вариант… если провести наш обряд…

— Я согласна, — не дослушав его, выпалила Эстэ. — Я на все согласна. Я сделаю все, что вы попросите. Все, что угодно. Только возьмите меня с собой. Я должна найти папу-у-у, — девочка снова стала громко реветь, уткнувшись носом в Урхурта, и орк, осторожно отцепив ее от себя, усадил на диван.

— Посиди пока здесь, детка, — помахал перед ее лицом пальцем он. — Мне тут обмозговать кое-что надо.

Схватив Нарварга за предплечье, Урхурт кивнул Ологу, чтобы тот присмотрел за девчонкой, и выволок сына в другую комнату.

— Нам ее само провидение послало, — прошипел орк. — Я как чувствовал, что надо взять с собой Моруга.

— Ты что задумал? — зачем-то спросил Нарварг, хотя после упоминания имени шамана все и так понял.

— Проведем наш обряд брачной связи, — разгоряченно сообщил Урхурт. — Здесь. Прямо сейчас. И заберем девочку с собой.

— Зачем? — прошипел Нарварг. — Ты спятил? Хочешь, чтобы Магрид спустил на нас всех своих псов?

— Ты что, не понимаешь, что происходит? — обхватив сына за шею, Урхурт прижался лбом к его лбу и лихорадочно зашептал: — Магрид уже начал мне не доверять. Он послал в Грэммодр Нэсса, а я ничего об этом не знаю. До этого Дюранд отправился искать источник Поветрия — и бесследно исчез, а теперь, если слухи, которые услышала девчонка, подтвердятся, то выходит, что Варгард тоже пропал. Ты представляешь себе масштаб возможных проблем на нашу голову? Два эрла. Два боевых генерала.

— Возможно, девчонка все выдумала… — усомнился в правдивости слов Эстэ Варг.

— Третьим в Запределье придет Черный Ястреб, — отмахнулся от него, как от глупой мошки, Урхурт. — И придет со всей армией империи. У нас нет силы, способной противостоять нелюдям. Нам нельзя воевать с Аххадом. Особенно сейчас. Девочка — наш главный козырь, а обряд — единственная гарантия того, что ее у нас не заберут через год или она не сбежит от тебя, как ее сестра.

— Что значит "сбежит"? — напрягся Нарварг. — Амирэль больна…

— Ты вроде мой сын, — хлопнул его ладонью по лбу мужчина, — а такой дурак. Ты что, поверил в байку Магрида? Вчера цвела как роза, а сегодня превратилась в жабу? Да сбежала она. И, поди, не одна, а с полюбовником. Потому Магрид и стелил так мягко: огласки и позора боялся. И эта сбежит, — Урхурт кивнул головой в сторону двери, за которой находилась Эстэль. — Подрастет за год, поумнеет — и сбежит.

— Я прибью эту языкатую малолетку раньше, чем она успеет сбежать, — зло пробурчал Варг.

— Отвезем ее в Роггерфол и посадим в башню под замок и охрану. А если Нэсс объявится — предъявим ему дочь в целости и сохранности.

Под замком, смирная и тихая Эстэль Варгард Нарварга более чем устраивала, поэтому он и согласился провести обряд. Жизнь в Грэммодре будет ей хорошей наукой и отличным уроком на будущее: муж заслуживает уважения и жена должна беспрекословно ему подчиняться.

За закрытыми дверями послышалось движение, негромкие голоса — и Эстэ опять плаксиво сморщилась, собираясь давить на жалость туповатых орков. Наживку про отца старший Игвальд заглотил практически моментально, оставалось только подождать, как быстро он среагирует.

В комнате возник Урхурт, а следом за ним вошел довольно колоритный орк. Серо-зеленое лицо мужчины испещряли причудливые белые символы, мешающие сразу определить его возраст. Темечко его лысой и блестящей, как начищенный казан, головы венчал темный пучок волос, свернутый в тугой узел, украшенный несколькими десятками разноцветных бусин. Ожерелья из точно таких же стеклянных шаров гирляндами разной длины висели на шее орка, мелодично позвякивая при каждом его шаге.

У Эстэ возникло странное ощущение, что кто-то пытается незаметно проникнуть в ее разум, и, переместив взгляд с длинной расшитой рунами одежды орка, она невольно засмотрелась в его глаза: мутные, сизые, с черными вертикальными зрачками.

Держать ментальные щиты отец научил Эстэ с раннего детства, и делала это девочка практически на уровне подсознания. Только так столько лет удавалось обманывать Магрида: накладывая поверх защиты объемную иллюзию. Царь думал, что видит мысли девочки, а на самом деле видел искусную обманку.

Мгновенно слепив в своей голове образ испуганной и несчастной девочки, Эстэ беспомощно хлопнула ресницами — и в этот момент зрачки странного сородича Урхурта поменяли форму, сузившись до едва заметной точки.

— Она подходит, — скрипучий голос орка неприятно резанул слух Эстэль. — Я проведу обряд, — обратился к Урхурту он.

Эстэ попыталась осторожно влезть в его голову, но, наткнувшись на призрачную стену, удивленно выпрямилась.

— Я Моруг — шаман Запределья, — мужчина, засунув руки в широкие рукава своего длинного балахона, загадочно улыбнулся, а через секунду Эстэ услышала в своей голове его голос:

— Вы ведь знаете, что делаете, эна-тори*? Уверены, что не пожалеете?

— Уверена, — ментально ответила орку девушка, стойко выдержав его пронизывающий взгляд.

— Можно начинать, — величественно кивнул Урхурту шаман. — Приведите Нарварга.

Эстэ оставалось только догадываться, почему Моруг не выдал ее, и какие у шамана насчет нее планы. Силу орка девочка теперь ощущала очень явственно, только природа у нее была совершенно иной, не такой, как у нелюдей. С таким Эстэль сталкивалась впервые.

Шаман снял с пояса холстяной мешочек и, зачерпнув оттуда рукой горсть красного песка, стал рисовать им на полу круг, а затем вписывать в него древние руны. Увлеченная созерцанием загадочного ритуала, Эстэ не сразу заметила появившегося в комнате Варга. Сейчас парень был раздет до пояса, но его огромный торс был изрисован затейливой вязью белых рун, линий и символов так, что казалось, будто на орка надели тонкую ажурную кольчугу.

— Встань сюда, — Моруг указал Нарваргу пальцем его место в кругу.

Не дожидаясь приказа шамана, Эстэль смело шагнула в нарисованную на полу петлю, противоположную той, в которой стоял орк, интуитивно почувствовав, что должна находиться именно там. Моруг едва заметно улыбнулся и одобрительно кивнул девочке, подтверждая правильность ее действий. Обходя Эстэ и Варга по кругу, шаман начал тихо что-то нашептывать, ритмично перебирая бусины на своих ожерельях, и песок под ногами супругов внезапно вспыхнул, превратившись в алое пламя.

— Обхватите руками крест-накрест запястья друг друга, — хрипло пробормотал Моруг, продолжая монотонно раскачивать головой и шептать какие-то заклинания.

Пальцы Варга жестко сомкнулись на руках Эстэ, обхватив ее запястья подобно живым браслетам. Эстэль попыталась сделать то же самое, но ширины ее ладошек не хватило даже на полуобхват мощных рук орка. В его глазах засветилось какое-то злорадное удовлетворение, и девочка молча отвела взгляд, досадливо закусив губу.

Шаман, между тем зачерпнув из мешочка с песком еще одну горсть, стал сыпать ее на скрещенные руки Варга и Эстэ, выкрикивая заклинания теперь уже громко и очень четко. Узоры, украшавшие тело, Нарварга начали ярко светиться, а затем осыпаться на пол белесой пылью, а на боку мужчины, от того места, где начинался пояс брюк, до самой подмышки, стали проявляться алые символы, словно кто-то выжигал на коже орка клеймо.

Резко вскинув голову, Эстэ увидела на лбу мужа проступившие капельки пота, и вдруг по его плотно стиснутым губам и искаженным чертам лица поняла, что он испытывает невероятную боль. Испуганно распахнув глаза, она хотела отдернуть свои ладони, но в этот момент ее пальцы начали светиться, а потом из-под них поползли тонкие голубые ручейки, оплетая запястья Нарварга, подобно змеям. Обернувшись несколько раз вокруг рук мужчины, они, ярко мигнув, застыли, после чего стремительно потускнели, превращаясь в холодный металл. Девочка перевела взгляд на собственные руки — и не поверила глазам: там, где только что находились ладони Варга, теперь красовались ажурные серебряные браслеты, снять которые можно было, пожалуй, только сорвав вместе с кожей, в которую, казалось, они вросли намертво.

Шаман вытянул вперед руку, и пламя, бушевавшее вокруг Эстэ и Нарварга, осыпалось на пол красным песком, который сначала слабо зашевелился, словно от дуновения ветра, а затем поземкой пополз к ногам шамана.

Закручивающимся вихрем песок поднялся в воздух, слоясь тонкими нитями и жгутами. Плавно изогнувшись, он осыпался в раскрытую ладонь Моруга, и когда орк спрятал его в свой мешочек, о произошедшем ритуале напоминали только тускло поблескивающие на руках Эстэ и Нарварга брачные браслеты.

— Больно? — Эстэ, отвлекшись от созерцания багровых символов, отметивших тело мужа, виновато посмотрела в его глаза. Она не думала, что ритуал может причинить хоть какой-то вред орку, и от осознания того, что ему пришлось терпеть из-за нее боль, на душе было почему-то гадко.

Высоко заломив бровь, Варг насмешливо фыркнул и, наклонившись к лицу девчонки, ехидно шепнул:

— Не больнее, чем локтем в глаз или каблуком по ноге.

— Я случайно, — покрылась пунцовыми пятнами Эстэль.

— Да-да. "Я случайно" — сказала змея, кусая жертву, — съязвил парень.

— Недоорк, — обиженно огрызнулась девочка, увидав в голове мужа, как он к ней относится.

— Змея, — не стал на этот раз миндальничать с ней орк.

Эстэ до крови закусила губу, не понимая, почему от слов орка так больно в груди и так хочется заплакать по-настоящему.

— …Разве вы не этого хотели, эна-тори? — надтреснуто заскрипел в мозгу Эстэ голос Моруга.

Повернувшись к шаману, она несколько секунд пристально смотрела в его жуткие глаза, а затем ментально ответила:

— …Я хочу найти отца. Остальное не имеет значения.

— …Так ли? — уголки губ шамана тронула легкая усмешка, и в голове Эстэ тихо прошелестело: — А как же он? — мужчина указал взглядом на Нарварга и снова сосредоточил все свое внимание на Эстэль.

— …С ним я разберусь позже, — Эстэ упрямо вскинула голову, игнорируя откровенно насмешливую мину шамана.

— Все, что от меня требовалось — я сделал, фэа-торн, — Моруг повернулся к Урхурту, величественно склонив перед ним голову. — Вы можете отдавать приказ своим воинам готовиться к отъезду.

Эстэ метнула в повелителя Грэммодра испуганный взгляд, и он поспешил ее успокоить:

— Теперь ты можешь поехать с нами, малышка. Никто больше не сможет оспорить ваш с Нарваргом брак.

— И мы сегодня отправимся в Грэммодр?

— Прямо сейчас, — весело подмигнул девочке Урхурт.

— Тогда мне надо сбегать собрать вещи и попрощаться с мамой, — подхватив юбки, Эстэ собралась было стрелой слетать в дворцовые апартаменты их семьи, но была тут же остановлена мощной рукой фэа-торна:

— Прости, Эстэль, но ты никуда не пойдешь, — жестко заявил орк.

— Почему? — удивилась девочка, растеряно взирая на заполняющих комнату огромных мрачных орков.

— Никто не должен видеть этого, — указал на ее брачные браслеты Урхурт. — Боюсь, если твоя мама увидит их, то немедленно доложит Магриду. Разразится большой скандал и тебя придется здесь оставить здесь. Разве ты не хотела попасть в Грэммодр и увидеть отца? — невинно поинтересовался орк, умело играя на чувствах Эстэ.

Эстэ мысленно отвесила себе затрещину. Лукавый папаша Варга таки переиграл ее. Не сообщать же ему, что попрощавшись с мамой, она собиралась ее усыпить, а дворцовой страже, встретившейся на пути — бессовестно промыть мозги.

— Хорошо, — обреченно вздохнула Эстэ, вспомнив, что под платье все же успела надеть брюки, в карманах которых находились дротики, смазанные ядом гарзулы. — Тогда, может, вы найдете для меня теплый плащ и сапоги?

— Плащ — запросто, — нахмурился Урхурт, подав знак одному их своих орков, — а вот сапоги… Извини… — мужчина расстроено развел руками, с сожалением посмотрев на свои огромные ноги.

При всем желании, обувь любого из присутствующих орков Эстэль бы точно не подошла. А в сапоге Урхурта девочка могла с большим успехом поместиться до самого пояса.

— У меня есть для нее теплые вещи, — из-за спин орков вперед вышел уже одетый по-походному Нарварг с мечом наперевес и, всунув в руки Эстэ объемный мешок, хмуро рыкнул обступившим девочку со всех сторон оркам:

— Выйдите все, она переоденется.

Распустив затягивающую мешок веревку, Эстэ, к своему удивлению, обнаружила в нем теплую рубаху, котту, брюки, сапоги и подбитый мехом плащ. Вещи были новыми, очень добротными, и что самое удивительное, подходили девочке по размеру.

— Что? — иронично протянул Варг, глядя на удивленно хлопающую глазами Эстэ, когда в комнате кроме них никого не осталось. — Не знаешь, что это такое, или забыла, где у тебя ноги? — вытянув из рук девочки сапоги, он выразительно помахал ими у нее перед носом. — Помочь?

— Сама разберусь, — сварливо буркнула Эстэ, отобрав у него обувь.

— Ну и… — сложил на груди здоровенные ручищи Варг, намеренно смущая малявку и отыгрываясь на ней за все ее предыдущие козни.

Эстэ почувствовала, что у нее начинают гореть уши и пылать щеки. Неужели этот белобрысый недоорк не понимал, что она просто стесняется переодеваться при нем?

— Выйди, — процедила сквозь сжатые зубы она.

— Зачем? — изобразил на лице наигранное удивление Нарварг. — Ты теперь моя жена. Хочу посмотреть, так сказать, товар лицом… в смысле, без одежды. Должен же я знать, что меня ожидает в первую брачную ночь.

Эстэ густо покраснела, не зная куда отвести взгляд. Как-то не так она себе все это представляла. И слова мужчина говорил не те, и смотрел на нее не с обожанием, а с насмешкой, да и обстановка вокруг не соответствовала…

— Одевайся, — заметив, что девчонка собралась реветь, Нарварг, устало вздохнув, пошагал к выходу. — Меня дети не интересуют. Найду тебе в Грэммодре кукол разных — с ними и будешь во взрослую жизнь играть.

— Глупый недоорк, — смахнула с ресниц злые слезы Эстэль, когда за орком закрылись двери. — Я ведь вырасту… — обиженно прошептала она.

О том, что малолетняя супруга действительно однажды вырастет, и тогда Варгу придется смотреть на нее как на женщину, парень даже не задумывался. В данный момент он с грустью вспоминал, как покупал на рынке Рогерфолла одежду для своей будущей жены. Орку казалось, что хрупкая и нежная Амирэль будет мерзнуть по пути в суровый и холодный Грэммодр, поэтому и искал для нее теплые и удобные для путешествия вещи. Расстроен ли он был, что все так обернулось? Несомненно — да. Радовало только то, что подарок все же нашел свою хозяйку, пусть и не ту, для которой его приготовил Нарварг. Как бы он ни относился к своей юной супруге, он точно не желал, чтобы глупая девчонка мерзла в дороге.