Клеймо мажора

Глава 15. Данте

Секс. Тачки. Виртуальные игры. Алкоголь. Интенсивная тренировка. Ничего из этого не дарило мне такое же удовлетворение, как смотреть на шок Любы. Ее глаза в момент надевания браслетов были огромными. А этот крик «Данте» До сих пор стоит в ушах и отдается в паху пульсацией. Меня освободили, как только обыскали.

Я вытерпел этот позорный акт, предвкушая расправу.

Совсем скоро, такая язвительная, строптивая и властная Люба будет полностью в моих руках.

Команды буду уже отдавать я.

И она ничего, ничего не сможет сделать, потому что иначе ей грозит довольно внушительный срок.

Она может отказаться от учебы, но от свободы не откажется никто. И даже Максим, который помог ей провернуть такое подленькое дельце ей больше не поможет.

Никто ей не поможет. Даже мой папаня, который уверен, что я взял Любу силой.

Что он скажет, когда поймет кого он защищал и кому отдал пять миллионов рублей.

Хотелось бы посмотреть на его лицо. Но гораздо интереснее посмотреть на лицо Любы, с белесыми подтеками моей спермы. И пусть только попробует скривить лицо. Кто же знал, что поставить на колени эту выскочку будет так просто?

Кто же знал, что она окажется такой тупой и попытается обыграть меня.

Прихожу в отделение только на утро.

Вижу Любу в кабинете, судя по виду она почти не спала. Пусть для нее будет успокоением, что я тоже не сомкнул глаз, пока фантазировал что будет делать для меня Ольховская. И метка 21+ там была явно слишком скромной.

Отец Петрова встречает меня тяжелым рукопожатием и бегающим, как у всех нечистых на руку ментов, взглядом.

— Будь ты моим сыном, я бы тебе за такие шутки уши бы надрал.

— Все мы иногда прибегаем к знакомствам, да, Геннадий Романович? — смотрю ему прямо в глаза, выдерживая давление толстой ладони.

— Верно. На этом и держимся. Сразу заберешь или время дать?

— Она что – то писала?

— Да, объяснительную, говорит подбросили.

— Есть папка с ее делом? — Отец Петрова передает ее мне. Тонкая, то весьма опасная для Любы. — Там предварительное обвинение?

— Да, потом забери ее с собой и уничтожь. Отметок мы не ставили.

— Спасибо.

— Не забудь отцу потом сказать о моей доброте.

— Конечно. Ваша доброта не знает границы, — скалюсь зубы, еще раз подтверждая теорию, что даже без золотых карточек, но со связями можно провернуть многое. И даже посадить неугодную за решетку. Даже если отец об этом узнает, максимум что мне грозит это порка и ссылка. Да и то, мама быстро вызволит меня.

Обхожу толстяка сбоку, подходя к двери, за которой сидит напуганная Люба. Думаю, ночь в таком месте дала вполне точное представление что ее ждет, если она сейчас же не скажет мне да.

Открываю дверь, внимательно смотря за реакциями зверька. Она раскрывает глаза от ужаса, но вскоре он трансформируется в ненависть. Воздух вокруг нас потрескивает как под высоковольтными проводами…

— Это ты!

— И тебе привет. Скучала тут?

— Ты мне подбросил! Ты ублюдок!

— По тише, Люб. Не плюй в колодец, из которого потом будешь пить, — сажусь спокойно напротив, смотрю за ее лицом.

Оно грязное, со следами туши под веками. Но мне нравится видеть ее такой, словно после долгого отсоса и слез, которые смешивались с моей спермой.

Приходится поелозить пол стулу, потому что сознание подбрасывает очень яркие картинки того, что может сейчас случится и как она будет при этом кричать. Но я уже трахал ее и судя по всему ей не сильно понравилось, раз она вела себя как сука. Пусть теперь заслужит мой член в своей гордой пизде.

— Что это значит?

— Ну ты же умная. На пятёрки учишься. Планируешь стать судьей. Вот и рассуди, что это значит.

— Я не хочу с тобой разговаривать, пусть лучше меня в камеру отведут. Я дождусь адвоката, и он во всем разберется.

Ее хамство и задранный нос поднимают во мне волну гнева. Я просто кидаю ей в лицо папку с ее делом. Она кончиком ударяется об щеку, оставляя капельку крови и рассыпается листами по кругу. И надо отдать должное этой суке. Она даже не дернулась, лишь ахнула и тут же поджала губы.

— Почитай!

— Да пошел ты!

— Почитай, дура, и поймешь, что с таким количеством герыча тебе светит до двадцати лет лишения свободы. И тогда, наш первый раз в чистой постели покажется тебе раем. Знаешь, что тебя там ждет.

— Знаю! Я тоже смотрела документальные фильмы.

— Точно? А там показывали, как такие красотки как ты, лижут старые волосатые пезды? Иди как их по кругу пускают охранники?

— Прекрати! Это страшилки!

— Страшилки? Серьёзно?! Ну потом будешь рассказывать эти страшилки своим подружкам по камерам, если не сдохнешь в первый год, — встаю резко, иду к двери, открываю, считая…

Раз…

Два…

Три…

— Что ты хочешь?! Что тебе от меня надо? Потрахаться? Ну давай потрахаемся, и ты уже оставишь меня в покое!

— Потрахаться? Ты много о себе мнишь, Люб. Бревно можно найти и в лесу.

— Ты просто… — не договаривает. Хотя понимаю, сколько красочных эпитетов вертятся на ее сладком языке. — Что тебе нужно? Если не секс…

— Секс тоже, но это малая часть того, что я от тебя хочу.

Она сглатывает, а я буквально растворяюсь в ее страхе. Он наполняет меня какой – то дикой энергией, словно я вот сейчас готов рвануть и пробежать марафон.

— Что?

— Все…

— Да что все?

— Полное, беспрекословное подчинение. Ты будешь в моем рабстве, будешь делать все что я скажу. Когда я скажу и как я скажу.

— Рабство отменили… — поджимает она губы, стискивает пальцы в кулаки, смотрит на меня с такой лютой ненавистью, что будь она мутантом я бы уже сгорел до тла.

— Второго шанса у тебя не будет, — смотрю на ее достаточно долго, почти минуту, за которую становится откровенно скучно. Тогда я просто открываю дверь и слышу сладкое.

— Ладно....

— Ладно? Так не пойдет. Больше уважения к своему хозяину. Принеси мне папку.

Она поджимает губы, наклоняется, так что ее две упругие титьки видны в декольте. Встает и идет ко мне. Отдает папку, а я сворачиваю ее в трубу.

— В любой момент я могу дать делу ход. И стоит тебе хоть раз сказать мне «нет» я не только отправлю тебя за решетку, я отправлю дело твоим родителям, как этьо сделала ты. Покажу им, какую дочь они воспитали.

— У тебя есть хоть что — то святое?

— Мой член почти святой, и тебе придется много часов на него молиться.

— Мне прямо сейчас приступать, — выплевывает она со злобой.

— Ну нет конечно, тут грязно и плохо пахнет, я же не изверг какой.

***

Всем примкнвшим к нашему окопу большое спасибо и добро пожаловать!

Немного презентов для самых смелых:

Одержимость сводного брата rs_xFpzE

GbykjqSn

Неправильная подруга phP5a3aK

Неправильная сказка 1T_e2lPY

Неправильная училка GBCvoeVQ