Клеймо мажора

Глава 27.

Мама хмурится, а я продолжаю давить на нее взглядом.

— Он не мой парень, он меня изнасиловал, а теперь шантажирует тюрьмой, потому что подкинул мне наркотики.

Говорю все как на духу, потому что если помедлить хоть секунду, то смелости не хватит.

Мама молчит, словно делает вид, что ей послышалось.

— Зачем ты это говоришь?

— Потому что завтра я пойду в полицию и дам огласку своей истории. Я расскажу все, как есть, и скорее всего история дойдет до нашего городка. И скорее всего измена невесты померкнет на фоне того, что будет. И пусть я буду выглядеть как шлюха в глазах людей, но я хотя бы не буду в рабстве.

— Ты… — мама бледнеет, ее глаза мечутся и она, схватив меня за руку, отводит в сторону. – Не посмеешь так себя опозорить! Меня опозорить…

— Внешние приличия всегда были для тебя самым важным, но они не сделали тебя счастливой. И точно не сделают счастливой меня.

Отворачиваюсь от мамы и иду на выход, подальше от этой ярмарки лицемерия, от Данте, который может мне внушить страх. Лучше пройти через боль, позор и ужас, чем снова бояться, чем снова испытывать стыд…

Я стою прямо возле кафе, вызывая себе такси через приложение. Вечер субботы, область, приедет только через двадцать минут, но мне хорошо, хорошо, что я хотя бы решаюсь все это провернуть. Хотя еще шепчутся отголоски страха попасть в тюрьму, но Ася права, если создать прецедент, то если я и не посажу Данте, то как минимум стану от него свободной, потому что семья Распутиных живет по тем же принципам, что и моя, по правилам внешних приличий. А значит, сделают все, чтобы замять эту историю. Могут просто убить меня, но тогда им придется столкнуться со всей правдой, а могут сделать меня свободной.

Наконец приезжает такси, и я сажусь в него, последний раз взглянув на столовую, где вовсю веселятся гости. Потом машина резко тормозит, водитель матерится.

— Совсем стыд потеряли, трахаются прямо на парковке, — плюется он, а меня любопытство заставляет посмотреть по направлению его взгляда.

Все внутри обрывается, когда я вижу Данте, на коленях перед которым стоит Танька, совершенно не стесняясь, вылизывая его член.

Данте демонстративно зажимает ее голову руками и натягивает на свой член, а она даже не сопротивляется. Смотрит Распутин при этом прямо на меня, словно показывая, насколько ему плевать на все, что я планирую сделать. Плевать на меня…

И мне должно быть радостно, что он нашел другой объект для секса, но откуда – то берется горечь во рту, недоумение, ведь он был так одержим мною, грозился влюбить в себя несмотря, ни на что, а теперь, сам, по сути, показывает, как легко найти замену.

И один лишь вопрос крутится в голове все время. «Почему?»

Я закрываю глаза и отворачиваюсь, чувствуя в горле дичайшее жжение как от изжоги, вспоминая его слова:

«Совсем скоро я скажу, что ты свободна, а уходить ты не захочешь, потом что будешь счастлива только со мной».

Мотаю головой, потому что это невозможно, потому что с ним я не была ни секунды счастлива… И не была бы, не надо себя обманывать. Лучше свобода и одиночество, чем полная зависимость от другого человека и не важно, эмоциональная или на основе шантажа.

Такси едет очень медленно, я уже успеваю вспомнить весь план, который мы накидали с Асей. Мама, не прекращая, пытается мне дозвониться, так включаю режим полета и захожу в заметки. Там по памяти записываю тот самый план... И начну я прямо сегодня, пока Данте резвится на свадьбе с моей двоюродной сестрой.

«Всегда хотел найти жирную, невоспитанную свинью и валяться с ней в грязи»

Получается, правду сказал, раз выбрал именно ее для секса. Танька даже будет рада воплотить все его мерзкие фантазии и слова против не скажет.

Такси, наконец, довозит меня до общаги, и я поднимаюсь к себе в комнату. Тут же натыкаюсь на заспанную Асю.

— Привет…

— Прости меня. Я зря на тебя обижалась.

— Это ты меня прости за трусость. Ты была права надо действовать.

— Что? Ты серьезно? Если это из–за меня, то не надо!

— Ты тут не причем! Просто я поняла, что не хочу превратиться в свою мать и жить внешними приличиями. Лучше пройти это и стать свободной. Как думаешь?

— Думаю, что поддержу любое твое решение. Ведь именно так поступают друзья.

Она сама делает первый шаг, подходит и крепко меня обнимает. А я закрываю глаза, стирая из памяти образ красивого подонка, которому еще предстоит сказать, что он мне больше не хозяин.

В этот момент дверь нашей комнаты сотрясется от стука… Мы с Асей резко расходимся и смотрим друг на друга...

- Люба, открывай... - раздается голос Данте...