Мастер Ночи и белая кошка

Глава 36

Кошка погибала под гнетом темноты. Хрупкое маленькое тельце в буре тьмы. И глаза — серо-голубые живые глаза — как укор, как приговор, как нож, направленный ему в сердце.

— Ты ничего не сделал. Ты не исполнил свою часть сделки. Ты не защитил меня от моих врагов. Ты не защитил меня от самого себя. Хотя обещал…

Дархад смотрел на Эрфарин. Теперь она стояла перед ним в своем человеческом обличье. В самом прекрасном образе, что существовал для него в этом мире.

— Я хочу уйти.

Мастер Ночи схватил девушку за руку. Она скривилась, все ее тело передернуло в судороге отвращения. Он чувствовал ее эмоции — она его ненавидела и презирала.

— Отпусти. Мне неприятно, — процедила супруга сквозь зубы.

Она уходила от него. Дархад видел как ее вновь захватывал кошмар и тот усиливается, устанавливает власть над ней и навсегда остается в ее душе, после чего она уже не выносит вовсе никаких прикосновений, даже сама себя не может касаться, из-за чего медленно сходит с ума в кромешной тьме.

Эрфарин вскинула голову и посмотрела в глаза Мастера Ночи.

— Зачем ты дал мне ложную надежду?

Он смотрел на нее и ничего не мог сделать, словно враз лишился всего своего могущества.

А потом прямо перед ней из ниоткуда рухнула громадная каменная плита. И она разделила их.

Еще одна и еще. До тех пор пока они не встали вокруг Мастера плотным заграждением. Дархад давно привык представлять именно этот образ. Плиты из черноводного камня. Это было привычнее и проще.

Затем они, подобно кубикам из домино, что толкнули, принялись заваливаться и давить тот страх, который скрывался за ними. Страх скрипел, орал и плакал. Он шептал голосом Эрфарин, обвинял и проклинал. Взывал к нему, умолял и скулил.

Плиты давили и в конце концов рухнули на кошмар, погребя под своей неимоверной тяжестью.

Сразу же все стихло.

Рядом с Дархадом появился его кошмар. Высокая фигура, чьего лица никто и никогда не видел. Чьего лица на самом деле не существовало, потому что Мастер Ночи его не создавал. Так страшнее, так эффективнее.

— Это все твое, — сказал Дархад неживым голосом.

Двое суток он уже не был живым. Завис в пограничном состоянии.

Образ ужаса впитал в себя ту силу, что поддерживала иллюзию, созданную магией Ночи, и стал сильнее. Для него такая подпитка самое то. Кошмар сжирает кошмары. Магия усиливает магию. Разумно. В природе все соединено.

Кроме Мастера Ночи и его супруги. Их разделили, разорвали, растащили.

Дархад моргнул.

Кошмар порожденный магией, выползший из какого-то угла, исчез. Третий за это время.

Сколько прошло времени? И где он?

Мужчина остервенело потер лицо ладонью. Сознание выпутывалось из кошмара, что бросился на него, и пыталось заново оценить все вокруг. Отчего-то сейчас это давалось сложнее, чем раньше. Видимо кошмар слишком сильный.

— Дархад! Ты загонишь себя. И собак! Остановись!

Он не сразу понял, что обращаются к нему. Потом остановился, обернулся, очнулся, огляделся.

Карда-Ормон, да. Он просто на улицах города. Где-то… Потому что где-то здесь она…

По правой стороне шли жилые дома, во многих окнах был виден мягкий уютный свет. На левой, через широкую дорогу, по которой проезжали редкие повозки, какие-то цветочные лавки, цирюльни и небольшие, скорее всего семейные, таверны. Везде виднелись люди, везде продолжалась жизнь.

Теффа подбежала к Мастеру, окатила его волной своей магией и он смог сосредоточить на ней свой взгляд. Полубезумный взгляд черных глаз, где жили темнота, страх и ярость.

Боги Ночи и Дня, это все нужно остановить!

— Дархад, пожалуйста, — Гильдмастер коснулась его плеча рукой. — Нам нужно чтобы ты был… в порядке, понимаешь? Иначе от тебя не будет никакого толка!

Он поскреб небритую щеку.

От него и так нет толка. Это ведь очевидно. Он ничего не смог сделать до сих пор…

Вокруг шумит город, живет своей обычной жизнью, в нем что-то происходит, но одновременно с этим мужчина буквально физически ощущал как все остановилось. Точнее его словно бы выкинула в неподвижные воды, а жизнь бурной рекой текла теперь мимо него. Он к этой жизни не имел ровным счетом никакого отношения.

Он не заслужил.

Он не сберег.

Дархад посмотрел на стоявшую рядом Теффу. Гильдмастер выглядела не на шутку встревоженной. Она старалась говорить с ним строго, но в ней присутствовало слишком много человеческого участия, чтобы поверить в холодность и отстранённость. Ей ведь не все равно.

Мастер Ночи посмотрел на своих псов и присел перед ними. Животные крутились рядом, тревожились, поскуливали, вяло виляли хвостами и таращились на своего хозяина подсвеченными зеленым цветом глазами.

— Простите меня. Грасс, нам нужно ее найти. Понимаешь? — он присел перед вожаком стаи и потрепал того за уши.

Пес понимал и искал очень тщательно. Уже два полных дня.

— Возможно ее имеет смысл искать только днем, — произнесла Теффа, потирая лоб.

— Но…

— Отдохни! — взмолилась она.

Для Дархада это слово прозвучало как на чуждом наречии.

Отдохнуть? Он не имел на это права. Он не знал где его жена и что с ней.

Он старался успокаивать себя лишь ненадежной мыслью о том, что желай враги ее убить, они бы уже отдали бы ему ее бездыханное тело.

— Хватит. Или мы применим силу, — яростно проговорила Теффа, не видя в подчиненном и тени покорности или готовности послушаться. — Нам и так приходится всему городу объяснять, почему ополоумевший Мастер носится по нему со сворой черных псов!

Под гнетом этих слов, Дархад неохотно покорился, отступил. Гильдмастер видела что вся его гордая, преисполненная силой и мощью фигура, как будто даже сжалась, стала меньше.

Грасс и стая тут же улеглись на землю. Они были совсем без сил.

Словно бы откуда ни возьмись появились Тарнан и Раана. Студенты выглядели немного растрепанными, но собранными.

— Мы позаботимся о них.

— Да, мы же хорошо знакомы, — поглаживали они собак.

Дархад только сейчас осознал что его ученики здесь. И кажется они тоже отдавали все свои силы чтобы помочь. Он же видел что рыжая лисица мелькает то тут, то там… Раана тоже искала следы.

Боги. Ему и правда нужно отдохнуть. Он совсем ничего не соображает.

Вернуться в поместье? И что там делать? Ковать энергию? Кошмары сожрут его раньше, чем он сформирует магическую основу.

Он не мог подумать, он не мог представить, каково это, когда вырывают сердце из грудной клетки, а ты все равно продолжаешь жить. Только без сердца, с раскуроченным нутром, с кровью, которая истекает из чудовищной раны, только ее почему-то никто не видит.

И не рассказать, не передать.

Дархад готов был выть как пес, готов был прижиматься к земле, желая то ли передать ей боль, то ли в надежде почуять след. Но почуять не могли даже собаки. А он и вовсе бесполезен.

Он ее упустил. Отпустил. И ее забрали.

Сколько прошло времени, когда он почувствовал неладное? Когда бросился искать Эрфарин?

Почему он не почувствовал? Почему он всегда ощущал ее эмоции, но не узнал о самой жуткой минуте ее страха.

Почему Боги не направили его к ней как тогда, в первый день, когда он успел, когда он оградил ее от мерзацев на ее родной земле?

Хотя нет… тогда ее все же коснулся кошмар. Он не успел предотвратить все. И сейчас тоже не успел.

В этом неполноценность смертных? Боги же наверняка видят будущее и не совершают таких глупых ошибок…

— Мастер, давайте вы немного поедите, — мягко обратилась к нему крутившаяся неподалеку Раана.

Растерянный вид этого человека ее пугал. Она переглядывалась с Тарнаном, соученик и близкий друг, отвечал ей понимающим взглядом. Они оба знали, что за учителем нужно тоже приглядываться. Вот как за псами. Иначе может произойти что-то нехорошее. Все они хотя бы прерывались, немного отдыхали, отвлекались от поисков, но не Мастер Ночи.

— Хорошо, — скупо ответил Дархад.

Раана облегченно вздохнула и подмигнула Тарнану. Соученик оставался с псами, подкармливая их и едой, и магическими артефактами, что восстанавливали их силы., а вот девушке предстояло позаботиться об их учителе.

Мастер Ночи безропотно позволил отвести себя до ближайшей таверны. Это уже походило на хороший успех. Взгляд черных глаз стал осмысленнее чем раньше. В нем не горел лихорадочный огонь, осталась лишь какая-то глубокая задумчивость. Единственное он все время молчал. Молодой девушке пришлось на свой вкус заказать пару блюд. Она совсем не привыкла быть с этим человеком вот в такой тишине. Без едких насмешек и шуток, без наставлений, без поручений.

Странно.

Но она все равно тщательно проследила за тем, чтобы он все съел.

Дархад таращился в пустоту перед собой, затем бросил взгляд в широкое начищенное до блеска окна. Глаза уловили высокие остроконечные башни, украшенные красивыми черно-белыми узорами.

Храм Богов.

В Мастере Ночи всегда жило слишком много гордыни, чтобы он думал о чем-то просить у бессмертных, но сейчас…

— Мастер? — встревожилась Раана, когда мужчина решительно поднялся.

— Все в порядке. Я не натворю никаких глупостей, — бросил он, стремительно покидая таверну.

Он оказался на пороге Храма быстрее, чем успел что-то понять. Темно-серый камень, высокие башни, широкие двери главного входа, высокая лестница перед ними, неспешно входящие и выходящие люди, думающие о чем-то своем.

Дархад медленно вошел внутрь.

Здесь свет и тьма переплетались всюду — линиями, символами, рисунками, плитами, узорами и самой магией, что протекала прямо по воздуху, яркими и темными искорками.

Если бы они с Эрфарин поженились, то ритуальные клятвы произносились в центре главного зала. Они бы стояли на разных плитах — на темной и светлой, но держались бы за руки. И в этом было бы единение двух извечных сущностей. И все было бы хорошо.

Но он потерял жену и теперь все это бессмысленно. Разве что его захватит греза.

Мастер прошел дальше, дошел до алтарей. Всмотрелся в символы, всмотрелся в мощные каменные фигуры, что изображали Богов Ночи и Дня. Каждую окутывала магия, каждая выражала собой могущество.

— Я не прошу вас вернуть ее мне, — тихо произнес Дархад. — Я прошу вас дать мне возможность и силы сразиться за нее.

Боги молчали.

Служители Храмов утверждали, что бессмертные все же иногда отвечают. Но невозможно узнать когда, кому и как.

Дархад ничего не видел и не слышал, что бы хоть сколько-нибудь указывало на подсказку от бессмертных. Только магия вокруг него вихрилась чуть сильнее, чем вокруг большинства людей. Но с Мастерами всегда так.

— Вы один. Это неправильно, — раздался спокойный голос очень близко.

Мужчина повернул голову. Понадобилось какое-то время чтобы он узнал кто перед ним — невысокая фигурка с темными волосами и темными глазами. С косой перекинутой на плечо.

Торговка булочками.

Как-то странно. Почему он столкнулся именно с ней? и почему он так хорошо ее запомнил?

Она поводила рукой над ритуальными знаками. И над теми, что принадлежат магии Дня, и над теми, что относятся к магии Ночи.

Тоже странно. Один человек не может отдавать энергию двум противоположным силам. Но почему эта девушка могла?

Дархад возможно попытался бы разобраться в диковинке, которую видел, но разум был слишком воспален. Окутан страхом, болью, злостью, тоской и любовью. И все эти чувства варились в котле. Их некуда выплеснуть, некому передать.

— Вы не должны быть один, — продолжила девушка. — Красная нить проходит через два сердца. Связывает, стягивает, соединяет. Навсегда.

— Иногда все сказки — ложь, — с тщательно скрываемой злостью и обидой ответил Дархад.

— Сказки да, но я не рассказываю вам сказки, — все так же размеренно и бесцветно ответила ему собеседница.

— Простите, я не…

Она взглянула на Мастера Ночи — Один глаз полностью черный, другой полностью белый.

Ему ведь тогда так и показалось, но он отринул эту странность. Сейчас разум хотел сосредоточиться, что-то запомнить, обдумать, но мысли перетекали в какие-то странные формы, уходили в сторону, стирались, заменялись…

Девушка моргнула и все прошло — обычные темные глаза. вся она — обычная. Ничего особенного. Поэтому-то он и не должен был ее запомнить. Однако…

Незнакомка улыбнулась — понимающе, ласково, сочувствующе. Последнее его отчего-то даже не привел в ярость, хотя последнее чего бы сейчас хотела Дархад — это жалость от посторонних. А этой девушке удалось подарить ему чуточку тепла.

— Твои корни ничего не прикрывает, — она нежно коснулась рукой его щеки.

…Слишком похоже на Эрфарин… Мастера Ночи сотрясло.

— Поэтому так больно. Сопротивляйся этому. Сопротивляйся всему. На каждом шаге. И сомнениям, и бессилию. Чтобы снова ее обнять. Объятия — великая сила. Так мы прикрываем и защищаем сердца друг друга.

Дархад заворожено, не моргая смотрел на незнакомку.

— Я виноват, я позволил этому с ней случится…

Девушка посмотрела на него так, как смотрит мать на ее совсем маленькое глупое дитя, которому вдруг показалось что в мире слишком много страшного и захотелось от этого мира спрятаться под одеялом.

— Ты не всесилен и не всеведущ, — продолжила она говорить своим мягким, но настойчивым тоном. — Ты не можешь корить себя за то что вне твоей власти. Но будешь виновен в том что не сделаешь если это в твоих силах.

— И что мне делать? — спросил Дархад, не стремясь отстраниться от ее руки, что она все еще держала у его лица.

Похоже на Эрфарин. Похоже, но не то. Но хотя бы так ощутить ее тень, ее след, воспоминание о ней…

Это был странный разговор. Он понимал это. Но лишь частью своего сознания. Казалось что этот разговор слишком важен, чтобы искать в нем искажение.

— Подумать над тем, что упустил, что не заметил, — сказала собеседница и сама отстранилась от него, перевела свое внимание на каменные фигуры Богов. Посмотрела на них с прищуром, с каким-то глубинным пониманием, с каким-то молчаливым обращением.

Вокруг них вихрились потоки двух сил, но Мастер Ночи этого не замечал.

— Решить на что готов, — продолжила девушка. — Принять неизбежность. Все как всегда. Все как у всех. Об этом даже в книжках пишут.

— В книжках что угодно можно написать, — фыркнул Дархад.

— И да, и нет. Все как в жизни. Иди. Тебе здесь нечего делать, — резко оборвала она, словно неведомое время для вот этой их встречи стремительно кончилось.

— Я думал… что получу ответ…

Она вновь улыбнулась — лукаво и ласково одновременно.

— Ответы это не всегда четко прописанная лекция, Дархад Форгаз. Иногда это наитие, толчок, ниточка, маленькая иголка, затерянная в большом пространстве…

— Откуда вы знаете мое имя? — встрепенулся Мастер Ночи.

— Иди, — настойчиво произнесла она.

И он ушел, не в силах сопротивляться ее словам.

Образ девушки тут же размылся в памяти и стал словно чем-то совершенно неважным.

Дархад думал о том что могу упустить, пока возвращался из Храма.

Когда он кинулся за Эрфарин и обнаружил что ее нет, то бросился искать ее без плана, более ни о чем не думая. А думать следовало. Он слишком поддался эмоциям, практически отдал все свое существо страху. Поэтому кошмары и кружили вокруг него, затмевая остатки разума.

Он вернулся обратным путем и пересек территорию… Даирнэль. Извечные соперники, чей Старший корпус располагался очень близко к Академии правоохранения, дали всем кому это необходимо временное пристанище. Чтобы каждый раз не нужно было преодолевать несколько кварталов пока шел пик поисков.

Дархад пронесся по коридорам чужой Гильдии и ворвался в кабинет Хелиаса. Там же сейчас находились и Главы Ангарет. В большом кабинете, строго оформленном в классических светлых тонах, извечные соперники выглядели чем-то единым и целым, собравшись за столом одного из Гильдмастеров Даирнэль.

— А вот тебе здесь делать нечего! Иди отдыхать! Тебе нужно поспать хотя бы раз за все это время! — тут же взвилась Теффа, готовая собственноручно вытолкнуть своего подчиненного из этих стен.

— Потом, — отмахнулся Дархад, приближаясь ко всем. — Академия отчиталась только по приглашенным на экзамены гостям?

— Да, и никого подозрительного в их рядах нет, — с неудовольствием признался Раирнес.

Они несколько раз пролистали списки, чтобы попытаться выискать среди присутствующих врагов. Однако ни одно имя не дало подсказки и не вызвало никакого подозрения.

— А сопровождение? Кто-нибудь их проверял? — настаивал на своем Мастер Ночи.

Гильдмастера принялись перерывать бумаги.

— А разве при входе они могли обойти проверку? — спросил сразу у всех пристывающих Хелиас.

— С нами были «волки» и страже на входе хватило лишь моего слова, — произнес Дархад, воспроизводя подетально моменты недавнего прошлого.

Главы переглянулись с каким-то особо злобным прищуром.

— Ладно, допустим слово Мастера Гильдии Ангарет многого стоит, — постарался всех успокоить Хелиас, — но вряд ли верили вообще всем.

— Значит это кто-то достаточно влиятельный, — сказал Мастер Ночи, быстро скользя по строчкам отчетов, что передала им Академия.

— В одном из лучших учебных заведений города полно влиятельных!

— Хатеон Грисель, — выплюнул чужое имя Мастер Ночи.

Сейчас, когда он отсек себя от лишних эмоций, ум обострился. И давал ответы на бесконечную вереницу вопросов.

— Дархад, ты не можешь просто обвинять врагов своей жены в таких ситуациях. Это уже вмешивается личное, — предупреждающим тоном произнес Раирнес.

Как бы ему самому не хотелось, чтобы вся эта стация разрешилась быстрее и самым лучшим образом, он не мог позволить чтобы начались обвинения в адрес всех и вся. Это отвлечет Гильдию, это принесет ей проблемы и долгие разбирательства. Да еще и на компенсации в будущем можно нарваться.

Главы обязаны думать не только о том, что происходит сейчас, но и какие это может иметь последствия для будущего.

— Точнее его сестра, — будто не слыша, продолжил Дархад. — Она поссорилась с Ивьен, они даже подрались и проректор лично разбирался с ситуацией. Она… могла попытаться отомстить.

Раирнес еще быстрее пролистал бумаги. Нашел нужную фамилию.

— Да, Хатеон был приглашенным гостем. И… еще четверо безымянных в качестве сопровождения.

— Значит они прибыли на этой карете. И на ней же увезли Рамхеа, — быстро сообразила Теффа.

— Значит они знают похитителей.

Дархад рванул обратно к выходу и его тут же накрыла прочная сеть Теффы.

— Не смей! — рявкнул на нее Мастер более не считаясь с разницей в их положении.

— Ты никуда не пойдешь! Ты устроишь там бойню! — прорычала она в ответ.

— И буду прав!

— Не до тех пор пока мы с ними не поговорим!

— Теффа, я не останусь здесь, — почти по-звериному рыча, проговорил Дархад.

Она тяжело вздохнула, вновь сталкиваясь с бесконечным гневом в черных глазах своего подчиненного. Только теперь в них еще и сверкала безжалостная сталь. Приговор тем, кто причастен к похищению.

Если они вообще причастны! Харды, прежде чем рвать кого-то на части, надо хотя бы убедиться что он виновник твоих бед!

— Попробуешь хоть что-то натворить, и я тебя в клетку надолго посажу, — холодно произнесла женщина. — Поедешь с нами, но и слова лишнего не вымолвишь, пока мы не разрешим!

Мастер Ночи очень медленно кивнул. Видимо в этот момент он сломал нечто внутри себя, чтоб согласиться с такой позицией.

Раирнес связался со городской стражей и теми законниками, кто участвовал в поисках. И вскоре к Гильдмастерам пришли двое, чтобы исполнить роль сопровождения.

Они быстро добрались до особняка Грисель. Вместе с представителями закона они беспрепятственно прошли на территорию, отодвинув в сторону что-то лепетавших слуг, и быстро добрались до самого особняка.

Огромный дом из темного мрамора взирал на непрошенных гостей всеми своими окнами. Однако ничего не мог сделать, когда люди переступили его порог, и ворвались в нутро.

— Что здесь происходит⁈ — объявился Хатеон прежде, чем законники успели объяснить слугам, кого нужно позвать.

— С кем вы прибыли на территорию Академии в день экзамена? — тут же спросил один из стражей.

— Это допрос? — вспыхнул Грисель.

— Если вам угодно, да, — без всяких эмоций отозвался человек.

— И где же официальные бумаги, дающие вам право в таком тоне говорить со мной и заявляться в мой дом, да еще и с представителями Ангарет⁈ — разозлился еще сильнее Хатеон.

Ничего подобного он терпеть не был намерен. И готовился активировать необходимые артефакты, чтобы выдворить наглецов, когда… законник сунул бумаги ему под нос. Грисель даже заморгал и отшатнулся.

— Объявлены срочные поиски двух сестер Рамхеа, у нас самые широкие полномочия еще на ближайшие трое суток. Отвечайте на вопрос, — рявкнул на него страж.

Хозяин дома затравлено посмотрел на тех, кто пришел в его дома. Главы Ангарет молчали и лишь смотрели. Дархад Форгаз стоял позади всех, замер высокой темной фигурой. И смотрел куда-то себе под ноги, словно не мог уделять внимания больше ничему вокруг.

— Я… приехал с родной тетей, — уже намного тише ответил Хатеон.

— И все?

— Да.

— Кто-то может подтвердить, кроме тети? — уточнил законник.

— Да кто угодно… мы до экзамена заезжали в ювелирный и цветочный, а после экзамена поехали в ресторан, мы были там все вместе, — быстро проговорил Грисель.

— Постойте… вы приехали и уехали на своей карете? — задал вопрос второй страж.

Главы Ангарет о чем-то принялись перешептываться, склонившись друг к другу. Мастер Ночи позади них сквозь зубы нечленораздельно выругался.

— Конечно. Как может быть иначе? Мы пешком что ли через весь город путешествовали, по-вашему? Погодите, вы думаете это я похитил Рамхеа⁈ — вновь взвился Хатеон, наконец соотнеся все происходящее с самим собой. — Вы из ума выжили⁈ Зачем она мне нужна⁈ Да еще и со своей злобной сестрицей!

Законники смолкли, обдумывая новые факты. Все складывалось не настолько просто как бы всем хотелось.

— Слушайте, айис Форгаз, — обратился Хатеон к тому, кто пожалуй действительно представлял опасность из всех присству3ющих, потому что имел личные счеты. Грисель изо всех сил старался говорить вежливо. — Мы разве не решили все наши конфликты? Мне казалось что вам достаточно того как вы меня переиграли? Что вам еще нужно⁈

Стражи, что-то обдумав и тоже обменявшись парой слов, подняли взгляды на хозяина дома.

— Ваша сестра здесь?

— Да, она отдыхает после экзамена.

— Уже двое суток прошло.

— Ну и что, она… — Хатеон резко оборвал себя на полуслове. Затем обернулся, посмотрел куда-то наверх, куда уходила высокая мраморная лестница, словно мог видеть сквозь стены.

Законники отодвинули его со своего пути и первыми вбежали наверх по лестнице.

— Где ее комната?

— Послушайте, вы не можете вот так врываться к несовершеннолетнему. Она еще ребёнок и что вы хотите у нее узнать⁈

Хатеон, пока оправдывался, сам невольно довел всех до нужной двери.

Один из стражей подергал дверь, но было заперто. Более того, препятствие явно создавал еще и какой-то артефакт. Страж магией сломал замок и переступил порог комнаты.

— Нет! Нет, я здесь не причем! — завизжала девушка, отпрыгнув к самому дальнему окну. — Хатеон скажи им чтобы ушли, они не могут вести допрос. Я не совершеннолетняя! И я ни в чем не виновата!

Она кричала и все ее тело трясло, как в припадке.

— Что ты натворила? — посмотрел на нее Хатеон словно видел первый раз.

Он выдвинулся вперед, желая приблизиться к сестре. Молодая девушка замотала головой и окончательно вжалась в огромный оконный проем. Наверное если бы могла, то вовсе просочилась бы сквозь стекло куда-то наружу, лишь бы не быть здесь и не видеть всех этих людей. Не видеть изучающий взгляд брата на себе и его лицо, на котором проявлялось понимание. И выступал ужас.

— Что ты сделала, харды тебя возьми⁈ — выкрикнул Хатеон.

Она заревела в голос.

— Айиса Грисель вам лучше все рассказать, — строгим голосом добавил один из стражей. — Если ваше признание поможет следствию, вам это зачтется.

Слезы перешли в подвывания и она рухнула на колени.

— Я не хотела… я не знала что до этого дойдет… они сказали что могут припугнуть Ивьен, а я была так зла, так зла… и решила что пусть ее поставят на место. Я ее так ненавижу! И ее, и эту Эрфарин! Почему они портят жизнь мне и брату!

— Ну ты и мелкая мерзавка, — почти с восхищением произнесла Теффа. — Это они вам портят жизнь⁈ Такую наглость еще нужно поискать…

— Кто «они»? — вернулся законник к главному. — С кем вы разговаривали?

— Я не знаю, — с диким отчаянием заговорил девушка. — Просто один из них ко мне подошел, предложил сделку. Все что от меня требовалось в день экзамена попросить стражу Академии пропустить их, словно они одни из сопровождающих брата, только прибыли раньше. Я пропустила… Они сказали что сделают так, что Ивьен вовсе не будет участвовать в экзамене. Но она явилась и все было нормально. Я думала что меня обманули или разыграли… Я не думала что их похитят! Я не преступница! Я не виновата!

Хатеон совершенно растерянный смотрел на сестру. А потом вздрогнул всем телом и медленно, как будто в его организме неожиданно все заржавело от затылка до самого крестца, обернулся и столкнулся взглядом с Мастером Ночи. И сразу же понял что лучше бы не оборачивался, и лучше бы не смотрел.

Взгляд черных глаз не походил ни на один из тех строгих взоров, которыми Дархад Форгаз уже его одаривал. Эти глаза вынесли им приговор. И скорее всего не будь здесь представителей закона, казнь состоялась сразу же.

Хатеон странно, как-то вяло, абсолютно безнадежно, подумал о том, что нужно бежать, спасаться. Потому что… потому что… если Эрфарин Рамхеа пострадает еще сильнее чем сейчас, отдельных представителей рода Грисель не спасет ничто.

— Значит они пришли сами… а карету надо полагать взяли с территории Академии, какую-нибудь старенькую, что точно не привлечет внимание, — рассуждали вслух законники.

— И Академия не заметила? — вмешался Раирнес.

— А вы думаете такое большое учебное заведение в идеальном порядке ведет свои учетные книги? А возможно кто-то из обычных служащих и знает. Только боится что и его привлекут, да еще обвинят, что не уследил за имуществом. Вот он и молчит. Но сейчас не до этого. Айиса Грисель, мне нужно проверить вашу память. Мы должны выяснить как выглядят эти люди.

Законник приблизился к девушке. Она безропотно ему подчинилась, потому что понимала что ей уже не уйти от последствий своих поступков и от этого взгляда брата, который вновь смотрел на нее. Смотрел так, словно она их погубила.

Но сколько бы страж не пытался, образы в голове девушки расплывались.

— Артефакт изменения лиц, — вынес он вердикт. — Однако ж… за свою практику я еще такого не встречал. У кого может быть такая вещь?

— Даже у нас ее нет, — тревожно ответил Раирнес, оборачиваясь к Теффе. Супруга и соратник уже тоже явно что-то обдумывала. — Но пожалуй это может нам подсказать даже больше, чем карета.

Законники посмотрели на Глав.

— Вы знаете кого-то?

— Сходу не назовем, но проверить будет можно.

А учитывая что им помогает Даирнэль, то все случится еще быстрее.

Обратный путь к Старшему корпусу Даирнэль прошел за бурными обсуждениями, в которые Дархад не вникал.

Когда они прибыли на место, Мастер Ночи отыскал собак. Ученики действительно позаботились о псах и те теперь выглядели пободрее. Они встретили хозяина дружным вилянием хвостов.

— Грасс, нужно попытаться еще раз.

Пес согласно гавкнул.

— Эм, Мастер… — забеспокоились Тарнан и Раана.

— Приглядите за остальными. Мы быстро, — бросило мужчина вместо прощания.

Вместе с вожаком стаи Дархад вернулся в Академию и они прошли внутрь. Учитывая ведущееся следствие Мастера Ночи никто не смел остановить. Строгое распоряжение проректора, тоже старавшегося помогать по мере своих сил.

Они добрались до комнаты Ивьен, в которой успели побывать и до этого.

— Их увели отсюда… — пробормотал Дархад.

Он вышел обратно в коридор. Где-то здесь находилась одна из «Сумеречных волков». Сознание наёмницы попало под такую атаку магией, что она до сих пор не могла окончательно прийти в себя. Хото сожалел о том, что случилось, но винить «волков» было трудно.

Кажется враг все тщательно спланировал. И даже если бы у него ничего не удалось бы в этот раз, получилось бы в другой.

Грасс принюхивался, но он и в первый раз ничего не мог учуять. И сейчас.

— Двух девушек не могли вывести незаметно через главные коридоры и входы. Значит… черные лестницы… — продолжал собственные рассуждения Дархад.

Он пошел по наитию вперед. свернул к черному входу. Спустился по лестнице вниз.

— Их могли посадить в карету прямо здесь. И вывезти через один из служебных входов… Но куда дальше?

Мастер Ночи пошел вперед. Он изучил по картам территорию Академии и теперь отлично ее знал. Однако это не помогало. Дальше было слишком много возможностей.

Дальше, за пределами Академии, территорию которой они покинули через вход для слуг, расстилался город. Дороги, улицы, широкие проспекты. Огромный Карда-Ормон.

Все что оставалось — лишь бродить по нему, словно в ожидании что сам город даст подсказку.

Дархад замер на развилке, не в силах сделать выбор.

Двух девушек можно спрятать где угодно. Хоть в соседнем подвале.

Законники отчего-то утверждали что очень далеко их отвезти не могли. Такова была их теория исходя из опыта множества дел. Якобы нельзя настолько оглушить двух людей с сильными магическими способностями, чтобы они не попытались воспротивиться. А если бы они пришли в себя за время поездки, то точно бы попытались. Все пытаются.

Грасс успевший пробежать вдоль улицы и заглянуть в закоулки, громогласно гавкнул.

— Что такое⁈ — резко взглянул на питомца Мастер Ночи.

Пес занервничал, припал носом к земле, затем его глаза, сохранявшие в себе вечный зеленоватый свет из-за магии, взблеснули. И собака сорвалась вперед.

Он пробежал определенное расстояние, а потом остановился как вкопанный.

В первую секунду Дархаду показалось, что пес потерял след. Пока в свете закатного солнца легким отблеском не сверкнула тонкая нефритовая игла.