Оранжевое Лето

Глава тридцать первая. ПОБЕГ

Я парила над землёй, окружённая перламутровыми облаками. Подо мной простирался незнакомый мир — ни городов, ни дорог, лишь бескрайние тёмные леса и серебристые ленты рек, пересекающие их. Странное чувство свободы и беззащитности одновременно охватило меня.

Но вдруг пейзаж начал меняться. Зелёный ковёр лесов расступился, и перед моим взором возник город, не похожий ни на что виденное мной ранее. Словно видение из далёкого будущего, он сверкал в лучах восходящего солнца.

Круглые дома с зеркальными фасадами отражали небо и окружающую зелень, создавая впечатление, что они парят в воздухе. Некоторые строения поднимались высоко, подобно серебристым башням, другие уютно располагались среди пышной растительности. Деревья были повсюду — они росли не только вокруг зданий, но и на них самих. Сады украшали каждую крышу, каждый балкон, а некоторые исполинские стволы пронизывали строения насквозь, словно здания были возведены вокруг живых гигантов, не потревожив их.

По прозрачным мостам, соединяющим здания, двигались люди и странные транспортные средства, бесшумно скользящие без видимых колёс. В центре города раскинулось озеро идеально круглой формы, отражающее зеркальные фасады и создающее иллюзию бесконечности.

Воздух над городом был кристально чист. Никакого смога, никаких дымящих труб — только тонкие струйки пара, поднимающиеся кое-где и тут же растворяющиеся в атмосфере. Птицы и какие-то летающие создания, похожие на больших стрекоз, свободно парили между зданиями.

Внезапно я ощутила присутствие — едва уловимое изменение в потоках воздуха, лёгкое покалывание на коже. Кто-то приближался. Вскоре я различила фигуру, плывущую по небу навстречу мне, — знакомая молодая девушка с горящими фиолетовыми глазами.

Она поравнялась со мной и взяла за руку. Тепло разлилось по моим пальцам, поднимаясь к сердцу. Теперь мы летели вместе, как две птицы в одном потоке ветра. Её длинные белые волосы развевались вокруг нас, укутывая словно воздушным одеялом.

— И шёл дождь сорок дней и сорок ночей, — нежно проговорила девушка голосом, напоминающим перезвон хрустальных колокольчиков.

Небо над нами потемнело. Первые тяжёлые капли упали на мою кожу, но не оставили влаги — они просачивались сквозь меня, как через решето.

Девушка повернула голову.

— Но не было там места для существ, что превосходили человека, ибо сильнее человека может быть лишь Бог!

Вдруг полёт прервался. Мир вокруг расплылся, меняя очертания, словно акварельная картина под струями дождя. Когда всё снова обрело форму, я стояла перед знакомым домом — домом моего деда.

Я опустила взгляд и с удивлением обнаружила, что держу за руку ребёнка. Маленькие пальчики доверчиво обхватили мою ладонь. Девочка лет пяти с золотистыми хвостиками внимательно смотрела на меня, и в её глазах читалось любопытство, смешанное с со страхом.

— Дедушка, это Кира, моя новая подруга, — услышала я свой звонкий голос. Малышка прижалась ко мне и я поняла, что мы одного роста.

— Ну здравствуй, Кира, — добродушно проговорил дед.

Девочка ничего не ответила, лишь крепче стиснула мою руку.

— Она ещё маленькая и плохо разговаривает, — объяснила я молчание новой знакомой и ободряюще посмотрела на неё. Девочка благодарно кивнула, подтверждая мои слова.

— Вот, значит, как. Ну что ж. Пойдёмте-ка пить чай.

Он развернулся и направился в сторону двери, его шаги были неторопливыми и шоркающими.

— Пойдём! — бросила я, снова потянув малышку за руку. — Уговорим дедушку рассказать нам что-нибудь. Он такие интересные истории рассказывает!

Я попыталась удержаться за ускользающий сон, но что-то неумолимо возвращало меня в реальность. Тяжесть — вот что я почувствовала первым. Непомерная тяжесть навалилась на грудь, мешая свободно дышать.

Полумрак комнаты показался мне странно плотным, почти осязаемым. Голова гудела, а кончик носа был настолько холодным, словно я провела ночь не в постели, а на морозном воздухе ранней весной.

Когда зрение прояснилось, я поняла причину тяжести — на мне лежало три одеяла, сложенных друг на друга. Но не только они — что-то ещё, вернее, кто-то. Кира свернулась калачиком рядом, положив голову мне на грудь.

Пытаясь вспомнить, что произошло, я инстинктивно запустила пальцы в светлые волосы, словно пытаясь найти там что-то недостающее.

Кира резко подпрыгнула и уставилась на меня сонными глазами.

— Боже, я думала, ты не проснёшься! Ты так меня напугала!

— Где он? — прохрипела я и закашлялась.

Подруга зарыдала так громко, что мурашки побежали по телу. Я чувствовала слабость и холод, несмотря на три одеяла, но всё же была жива.

— Почему ты плачешь? И где Валтер? — снова спросила я, пытаясь прочистить горло.

— Валтер? — удивилась Кира. — Его здесь не было. Он на Эгниттере. Ты проспала почти сутки.

— Не может быть! Я помню — он был здесь. Его голос и руки...

Я поняла, что на мне надето лишь бельё. Кира продолжала плакать.

— Прости за всё, что я наговорила. Ты во всём была права. Кто угодно может быть предателем. Просто я помешалась на Кае...

— Если Валтера тут не было, то...

Конечно, я всё поняла.

— Позови Лиана, — попросила я.

Голова была тяжёлой.

— Не нужно никого звать, я здесь, — раздался голос из угла комнаты.

Я повернула голову и увидела Феникса, сидящего в кресле у окна. Он был здесь всё это время, просто я не заметила его. Лиан выглядел измотанным — волосы растрёпаны, под глазами тёмные круги.

— Что случилось?

Феникс встал и подошёл к кровати.

— Ты сильно потрепала эквикора, он всё ещё без сознания. Лежит в моём номере.

— Я... я что?

— Кажется, он хотел причинить тебе боль, но ты обернула её против него. Надеюсь, парень оклемается. Выглядит он очень паршиво. Ты, кстати, тоже. Нельзя такое проворачивать без подготовки. Откуда знала, что получится?

Картинки стали сыпаться на меня одна за другой. Фиолетовые глаза, холодная рука, сильная боль в висках.

Я подняла указательный и средний пальцы.

— Он сделал так, — прошептала я, поднося их ко лбу. — Я не знала, что делаю. Это получилось само собой.

— Я должен был предвидеть такую возможность, должен был быть рядом, — проговорил Лиан. — Это моя вина. Я отвлёкся на свои переживания, оставил вас обоих одних. Почему он доверился мне? С чего взял, что я смогу защитить проводника, если я не смог спасти даже Эсмиру.

Я высунула руку из-под одеяла и оглядела её. Бледная и тяжёлая, она казалась мне чужой. Мне почудилось, что Лиан сдвинулся чуть дальше, когда я достала её, и нахмурилась.

— Потому что ты уже защитил меня однажды. И не только меня. Ты спас дочь Эсмиры — маленькую девочку с золотистыми волосами и фиолетовыми глазами.

Воспоминание, которое всё это время пряталось за завесой сна, внезапно стало кристально ясным. Я медленно повернула голову к Кире.

— А где твой рог? — спросила я и закашлялась.

Кира подскочила и поднесла воды к моему рту. В отличие от Лиана, подруга нисколько не боялась меня. А вот я боялась коснуться её, поэтому позволила ей держать кружку.

Феникс стоял на месте, его взгляд блуждал по комнате, не фокусируясь ни на чём конкретном. Казалось, его разум был занят лихорадочными расчётами.

— Я принесу чего-нибудь горячего, — наконец произнёс он, делая шаг к двери.

Ясно, решил сбежать.

Он ушёл, осторожно прикрыв за собой дверь. В комнате повисла тишина. Кира все ещё держала кружку в своих руках, хотя я уже перестала пить.

— Какой рог?

Она поставила кружку на прикроватную тумбочку и сцепила руки на коленях, словно приготовилась слушать новую историю.

Я уставилась на подругу, не веря своим ушам.

Неужели Лиан ничего ей не рассказал? Они ведь обсуждали Армандор столько времени. Или я всё не так поняла? Да нет, не может такого быть!

— Подожди... Лиан не сказал тебе? — я с трудом приподнялась на подушках. — Он ни разу не намекнул тебе, что ты...

— Что я что? — Кира наклонилась ближе, её большие заплаканные глаза сияли искренним недоумением.

Я глубоко вздохнула. Моя голова всё ещё была тяжёлой, а мысли путались.

— Что ты помнишь о своём детстве?

Она пожала плечами, слегка насторожившись.

— Да всё я помню. Свою мать Линду, отчима-придурка... Помню, как мы росли в соседних домах, как я вечно убегала к вам, потому что дома было невыносимо. Помню, как твой дед поил нас сладким чаем с молоком, — она улыбнулась. — Помню, как мы с тобой прогуливали уроки и прятались в библиотеке.

— А ты помнишь нашу первую встречу?

Кира задумалась.

— Хм, — она потёрла висок. — У меня такое чувство, будто мы всегда были вместе.

Я смотрела в её сине-фиолетовые глаза — не такие яркие, как в моём сне, или как у маленькой девочки с Армандора, дочери Эсмиры, но всё же очень похожие.

— Кира, почему ты дружишь со мной столько лет?

Она рассмеялась, но как-то натянуто:

— Что за тупой вопрос? Ты же мой рыцарь в сверкающих доспехах. С тобой я всегда чувствовала себя в безопасности. Как будто ты можешь всё, понимаешь? — она опустила глаза. — А потом, я ещё влюбилась в Яра и мечтала выйти за него замуж, чтобы породниться с тобой. Глупо, да?

— Нет, совсем не глупо. Сколько времени?

Полночь. Я должна быть на месте в полночь.

— Половина шестого, — ответила Кира.

Катастрофически мало времени.

Забывшись, я внезапно откинула одеяла, соскочила с кровати и сразу же повалилась вниз. Ноги не слушались. Если бы не Кира, которая подхватила меня вовремя, я бы точно расшиблась.

— Что ты делаешь? Тебе нельзя вставать.

— Мне нужно в туалет. Есть иголка? — спросила я, стуча зубами. — И можешь подать халат?

Подруга с ужасом уставилась на меня.

— Зачем тебе иголка?

— Нужно вернуть кровообращение. Ноги затекли.

Кира послушно встала и принесла сначала белый халат, а затем и маленькую чёрную отельную коробочку, в которой лежали швейные принадлежности.

Мысли полностью затихли, и я всё делала машинально. Меня так учил дедушка: если затекла какая-то часть тела, её нужно уколоть иглой.

Не ожидая боли, я проткнула кожу на большом пальце и ничего не почувствовала. Приступ паники висел облаком, пытаясь завладеть разумом. Чтобы отогнать его, я ещё дважды ткнула иглу в разные места ступни.

Успокойся.

Накинув халат, холодными ладонями я начала растирать сначала голени, потом колени, затем бёдра, периодически похлопывая по ним. Прошло около получаса, прежде чем пальцы на ноге пошевелились, хоть всё ещё и были занемевшими.

К тому времени Лиан уже принёс чашку с чем-то горячим, и я обхватила её двумя руками. В этот момент я уже не думала о собственных неудобствах, поэтому моментально обожглась, отхлебнув глоток. Это был зелёный чай с мятой и мёдом.

— Спасибо, — бросила я, поставив чашку на прикроватную тумбу.

— Пожалуйста.

Низкий голос был таким безжизненным и уставшим, что я невольно посмотрела в карие глаза.

— Это ты грел меня ночью?

Лиан опустил взгляд.

— Только не надо истерить или бить меня. Я должен был. У тебя могла случиться гипотермия. Ты бы окончательно окоченела. — он запнулся, подбирая слова. — Я не думал ни о чём мерзком, клянусь, и пытался согреть тебя через одеяло, но когда это не помогло...

Я не дала ему договорить это бесконечно длинное оправдание. Собрав все силы, я поднялась с кровати и, пошатываясь, сделала шаг к нему. Мои руки неуверенно обвились вокруг его талии. Быстро, по-дружески я поцеловала Феникса в щёку.

— Спасибо, Лиан.

Жар его тела обволакивал меня, и я вдруг почувствовала укол совести. Этот игнис рисковал собой, чтобы спасти меня, а я отчитывала его ранее, а теперь ещё собиралась сбежать, не сказав ни слова. Но выбора не было — ради Яра, ради Киры, ради самого Лиана.

Он стоял неподвижно несколько секунд, а потом осторожно обнял меня в ответ.

— Я не заслужил, — произнёс он, слегка покраснев.

— Заслужил, — я подняла голову, встречаясь с ним взглядом. — Ты спас меня. Снова. Может, ты мой ангел-хранитель?

Он отвёл глаза.

— Об этом... — он замолчал. — Нет, неважно. Забыл, что хотел сказать.

Собрав все силы, я поднялась на носочки, чувствуя, как дрожат пальцы ног, едва удерживая вес тела. Мышцы всё ещё были слабыми, и каждое движение давалось с трудом. Я приблизилась к его уху, так близко, что мои губы почти касались кожи.

— Кира — дочь Эсмиры, так? — едва слышно выдохнула я.

Вместо ответа Лиан лишь сильнее прижал меня к себе, его руки напряглись на моей спине.

— И она не знает?

Я почувствовала, как он качнул головой.

Кира сидела на краю кровати, наблюдая за нами с беспокойством и непониманием. Она не слышала моего вопроса, но видела наши объятия, которые длились дольше, чем следовало бы.

— Всё в порядке? — спросила она, и в её голосе проскользнули нотки тревоги. Ей явно не нравилась, что я прижимаюсь к брату Валтера.

Я медленно отстранилась от Лиана, встретившись с его взглядом. В его глазах читалось предостережение — не сейчас, не здесь, не так.

— Да, — ответила я, повернувшись к подруге с вымученной улыбкой. — Просто благодарю своего спасителя. Такое чувство, что я не ела вечность. Может быть перекусим?

Лиан сразу же последовал в сторону двери, перед выходом он обернулся и посмотрел мне в глаза долгим взглядом.

— А где моя игла? — спросила я Киру, оглядевшись.

— Что за игла?

— Ну, такая штука — маленькая, круглая, металлическая.

— Я в тумбочку положила, — сразу же ответила Кира. — Это что-то типа шкатулки?

— Да, Валтер подарил.

Подруга хихикнула.

— Лиан рассказал мне про акус, пока ты спала.

— Чёртов Лиан! — выругалась я.

Кира села в кресло.

— А ты врушка.

Я открыла тумбочку и с облегчением нашла там акус. Маленький металлический предмет приятно холодил ладонь. Я крепко сжала его, чувствуя, как быстро бьющееся сердце постепенно начало успокаиваться.

Мой взгляд метнулся к часам на стене — половина пятого.

Сколько понадобиться времени, чтобы долететь, а затем доехать до места? Часов пять? Успею ли? Нужно успеть.

Я подошла к Кире, стараясь дышать ровно.

— Солнышко, послушай, — начала я. — Тот эквикор, его зовут Адам, он успел мне кое-что сказать перед тем, как потерял сознание.

— Что? — она напряглась. — Почему ты не сказала Лиану?

— Сейчас это неважно. Слушай внимательно. В Аскепии взрывы. В полночь планируется подрыв дома правительства. Во всём замешана организация. Они называют себя «Аделаида», и во главе стоит женщина — океанус.

— Невозможно! — возразила Кира. — Левиафаны не могут быть замешаны. Кай бы знал.

— Подожди. Не перебивай. Я говорю тебе это, чтобы ты передала всё Лиану. У меня мало времени, я должна уехать. Не следуйте за мной и не ищите меня, ясно?

Кира нахмурилась.

— У тебя бред? Куда ты собралась?

— Нет, послушай, — я взяла её за руку, акус жёг мою ладонь. — Я хочу, чтобы ты передала всё Лиану. Может быть, он сможет связаться с Валтером. Не следуйте за мной. Это важно, понимаешь? Дело жизни и смерти. Твоя задача — передать всё Лиану.

Она встала, глаза горели решимостью.

— Чёрта с два я буду тут сидеть и...

— Черепаха, — быстро произнесла я и, не давая себе времени на сомнения, резко уколола подругу акусом в плечо.

Глаза Киры расширились от удивления. Она попыталась отшатнуться, но было поздно. Её тело обмякло, и я едва успела подхватить её, прежде чем она упала на пол. С трудом я перенесла её на кровать, где сама лежала всего несколько минут назад.

— Прости, солнышко, прости, — шептала я, гладя её по волосам. — Это было необходимо. Я должна защитить тебя. Должна защитить Яра. Я должна защитить вас всех.

Горячие слёзы потекли по щекам. Никогда в жизни я не чувствовала себя такой предательницей. Все те разы, когда я что-то скрывала от Киры, казались теперь ничтожными по сравнению с этим поступком. Я использовала против неё то, что должно было защищать.

— Это ненадолго, — продолжала я шептать. — Твоё тело скоро придёт в норму. Если свидимся, можешь отлупить меня как следует.

Я закрыла глаза и досчитала до десяти. Когда дыхание вновь пришло в норму, я открыла их.

Сматфон лежал на тумбочке и я мои пальцы быстро скользнули по экрану, прокладывая маршрут. Казань — Мраково. Ближайший рейс через полтора часа. Если взять такси прямо сейчас, успею. От аэропорта до деревни — ещё два с половиной часа на машине.

Приложение показало, что такси будет через десять минут.

Я быстро переоделась и засунула в задний карман паспорт. Затем я осторожно прошла к двери и выскользнула в коридор. Лиана не было видно и я мысленно молилась, чтобы не столкнуться с ним.

Не думаю, что уколоть его будет так просто, как Киру. Да и судя по тому, как быстро Валтер пришёл в себя тогда на острове, на игнисов это действует всего несколько минут.

Спускаясь на лифте, я старалась выглядеть как обычная гостья отеля — никакой спешки. В холле было малолюдно. Я заметила киоск с прессой и оплатила телефоном солнцезащитные очки и шляпу с широкими полями — не лучшая маскировка, но хоть что-то.

Такси уже ждало у входа. Когда машина тронулась, я бросила последний взгляд на отель. У меня был примерно час форы.

— В аэропорт, пожалуйста. И можно побыстрее? Я опаздываю на рейс.

Водитель понимающе кивнул и прибавил скорость. Город проносился за окном размытыми пятнами — как и моя прежняя жизнь. Я не знала, увижу ли когда-нибудь Киру вновь, или брата живым. Но я точно знала одно: мне нужно быть в полночь там, где всё началось.

Телефон завибрировал — незнакомый номер. Я сбросила вызов. Телефон завибрировал вновь — на этот раз сообщение: Ия, где ты? Что произошло?

Я вновь перевела аппарат в режим полёта.

— Будет гроза, — сказал таксист, глядя на тёмные тучи, собиравшиеся над городом.

Я промолчала, разглядывая свои ладони. Где-то в Аскепии пылал город, где-то в Мраково разжигали погребальный костёр, а здесь собиралась гроза, словно сама природа готовилась оплакивать неизбежное.

Через полчаса я уже была в аэропорту, покупая билет на ближайший рейс и мысленно благодарила свою психику за иммунитет к панике во время критических ситуаций.