Падение.live

Глава 19

Кристина выстроила прекрасную экспозицию для прессы: диван переставили спинкой к панорамному окну, а все репортеры расположились напротив, имея возможность во всех деталях рассматривать и меня, и Фаера. Мы оба устроились по центру — я, поджав под себя ноги, и он, непринужденно обхвативший меня рукой. Чертов собственник. Во всем.

Рядом с диваном на скромном кресле устроилась одна из Кристининых помощниц — руководить нашей спонтанной пресс-конференции. Она поочередно давала слово представителям разных изданий, а мы с Фаером поочередно отвечали на их дурацкие вопросы. Сама Суровая, естественно, не присутствовала — никто не должен знать, что это очередной срежиссированный спектакль. А вот Лиза, Сэм и менеджер Фаера остались, наблюдая за нами, как за мартышками в зоопарке. Ну и мое последнее приобретение — парочка высоких мускулистых парней в элегантных черных костюмах, брюнет и блондин, расположились по обе стороны от дивана на небольшом расстоянии, наблюдая за ходом мероприятия.

Я честно старалась вести себя вовлеченно первые десять минут, но каждый новый вопрос лишь сильнее погружал меня в дичайшую скуку, помноженную на усталость. Поэтому, не долго думая, я решила развлечь себя допросом Фаера, чтобы прояснить для себя некоторые моменты — благо его ухо было в легком доступе.

— На какой распродаже ты отхватил себе ребят из СОБРа?

Он невозмутимо закончил отвечать на свой вопрос и еле заметно покосился на меня.

— На той же, где ты отхватила своих, — короткий кивок в сторону брюнета, пристально сканирующего взглядом комнату.

Я проследила за его взглядом и еще раз оглядела своего охранника с ног до головы. Он и в самом деле выглядит как элитный боец, так что, возможно, в шутке Фаера только доля шутки. Но я не об этом его спрашивала.

— Вряд ли перед моими расступится ОМОН, после всего одного-единственного звонка, — тише протянула я, давая ему понять, что прекрасно видела, что там произошло.

Он ухмыльнулся. Пока одна из представительниц желтой прессы долго и сбивчиво пыталась сформулировать свой вопрос, нагло запихивая в него сразу три вопроса, парень тихо прошептал:

— Любопытство разбирает? Не только у тебя есть связи. Просто я свои использую строго по необходимости.

Пфф. Снова играет грязно. Я тоже так могу.

— Трахаешь жену полковника? — со смесью скуки и разочарования произнесла я, прицеливаясь к его самолюбию.

И попала, потому что глаза мужчины тут же метнулись ко мне, он даже пренебрежительно сморщился, бедняга:

— Банально. И скучно. По себе что-ли судишь?

Черт, как же хочется иногда врезать по этой самодовольной ухмылке.

— Рори, как бы ты описала свои эмоции, когда услышала голос жениха внизу? Ты почувствовала его поддержку? — с горящими глазами вопрошала корреспондент какого-то девчачьего журнала.

Я слегка улыбнулась, повернула голову к Фаеру и запустила пальцы в его волосы. Его это бесит, я знаю. Несколько секунд любовно покопалась в его космах, затем, не убирая руки, повернулась обратно к репортерше, продолжая подергивать его за пряди волос:

— Я всегда очень хорошо чувствую… его поддержку, — в этот момент его рука соскользнула с моего плеча и неспешно опустилась вниз.

Только я открыла рот, чтобы продолжить, как почувствовала, что он сильно ущипнул меня за бедро. Вот же дрянь!

— Даже сейчас? — промурлыкал он, глядя прямо в мои глаза.

Его пальцы снова ущипнули меня.

Скотина!

— Особенно сейчас, — я с силой сжала его волосы всей пятерней, в надежде выдрать хоть сколько-нибудь.

Парень резко притянул меня к себе и прижался губами, едко прошипев сквозь зубы:

— Убери руку немедленно, иначе я сейчас же засуну эти пальцы в тебя и заставлю извиваться перед всеми прямо на этом диване.

Мои губы изогнулись в усмешке:

— Скучно. И банально.

Он отстранился, сверля меня тяжелым взглядом, а все вокруг захлопали, сочтя этот “поцелуй” актом нашего полного взаимопонимания и любви. Забавно, правда?

— Просто ответь на вопрос и сохранишь прическу, — я легкомысленно пожала плечами и мило улыбнулась: страшным взглядом меня уже давно не напугать.

На фоне еле сдерживал улыбку мой второй бодигард — блондин, потому что с его точки было хорошо видно мою руку, дергающую Фаера за черные патлы.

Челюсть Руслана заметно дернулась, как и моя рука в его волосах, после чего он снова притянул меня к себе, и, повернувшись к моему уху, прошептал:

— Зачем трахать жену полковника, если можно поиметь самого полковника? Он был мне должен. Я взыскал долг. Конец истории. Теперь. Убери. Руку.

Я прищурилась, разжав ладонь. Интересно. И полностью в его духе.

— Что за долг такой, если все было решено за полчаса?

Фаер усмехнулся, почесав голову там, где я сильнее всего дергала.

— Когда речь заходит о репутации напыщенных ублюдков, вопросы решаются очень быстро, поверь мне.

Менеджер не дала мне как следует осмыслить масштаб его слов, выдернув из нашей с ним приватной беседы наружу, и вынуждая отвечать на очередной тупой вопрос. Покончив с этим, я снова наклонилась к его уху:

— Знаешь, что еще меня смущает?

— Тебя что-то способно смутить?

Я пропустила его едкую колкость мимо ушей и продолжила, почти касаясь губами его лица. Со стороны это выглядело как объятия двух сильно уставших людей, переживших крайне насыщенный день, но я просто должна была сказать ему это:

— Ты приехал слишком быстро для человека, который ожидал моей просьбы. Которой могло и не быть, — медленно растягивая слова прошептала я, и провела пальцами по его колючей щеке, демонстрируя влюбленность, которую постоянно забывала демонстрировать.

Он лишь усмехнулся, и это было совсем не той реакцией, на которую я рассчитывала. Я начинала злиться.

— Ты бы предпочла, чтобы я явился под занавес, когда твою тушку бы уже выносили по частям?

Меня передернуло от этой слишком доходчивой картины. Он решил сыграть на моем страхе? Пошел к черту!

— Просто скажи, что уже был в пути. Ждал меня под окном, как верный сторожевой пес.

Я не уверена до конца, но другого объяснения у меня нет. Он не смог бы доехать до моего дома за десять минут, если только не был уже где-то рядом.

— Перестань выдавать желаемое за действительное. И твой допрос меня сильно утомил. Это стресс делает тебя такой любопытной?

— Это осознание того, что я права, вынуждает тебя раз за разом уходить от ответа?

— Прямо сейчас мы подыскиваем для Рори подходящее безопасное жилье, чтобы дать ей подготовиться к свадьбе без лишнего стресса, — донесся до меня уверенный голос помощницы Суровой, бросившей на меня предупреждающий взгляд.

Видимо, я прослушала вопрос и ей пришлось отвечать вместо меня.

— Для нас. Жилище для нас, — не терпящим пререканий тоном довольно резко добавил Фаер.

В этот момент его рука, перекинутая через мои плечи, показалась вдвойне тяжелой. Глаза менеджера слегка округлились, потому что это было не по плану. Да, детка: этот парень не играет по правилам, пора бы вам заметить. Я зашевелилась, собираясь опротестовать это решение, но он лишь обнял меня крепче и с улыбкой, громко, и однозначно для всех, добавил:

— Самое безопасное для нее место — рядом со мной. Правда, милая?

Нихрена, дорогой. Я должна была бы ответить на его наглый, провокационный взгляд со сдержанной улыбкой недавно спасенной барышни, которую от меня сейчас все ждали. Но ответила все же не так:

— Ты преувеличиваешь степень угрозы. Твои девочки немного пошумели, но я в состоянии справиться сама. Особенно теперь, когда штат моей личной охраны расширен.

Репортеры притихли, жадно ловя каждое наше слово. Руслан с мстительной усмешкой склонил голову набок: его глаза красноречиво говорили о том, что я пожалею о каждой своей попытке сопротивляться.

— Даже если никакой угрозы нет, а это не так, — он сделал двусмысленное ударение на этих словах, — Я предпочту лично присмотреть за своей женщиной. Кроме того, вместе будет проще готовиться к свадьбе. Нам ведь нужно столько обсудить, правда, Рори?

Ничего нам не нужно!

Я улыбнулась и коротко кивнула, сразу отвернувшись. Нашла в толпе глаза Сэма и красноречиво ему указала на своих охранников. Он должен позаботиться о том, чтобы они поехали вместе со мной. Если Фаер хочет поиграть в семью, ему придется наслаждаться шведской.

Уже после того, как все репортеры отчалили, нас ждал изнурительно долгий разговор с Кристиной и менеджерами — разумеется, потому что Фаер внес лишнюю суету своим заявлением. Время неумолимо двигалось к полуночи, а мои челюсти неумолимо болели от безостановочного зевания. Пока шла отчаянная дискуссия о том, где нам жить три недели до свадьбы, я разглядывала снегопад за окном, слушая всего одним ухом. Нисколько не удивилась, когда Фаер продавил свое предложение — жить в одной из его квартир, которая наименее засвечена. Я даже почти уверена, что это входило в его изначальный план. Вопрос один: чего он хочет этим добиться? Сломать меня еще до церемонии, чтоб потом осталось лишь разок надавить сильнее и все, я сдамся? Наивно с его стороны. Я говорила, что не сдамся так просто. Но если не это, то тогда что?

Из полудремы меня вырвало недовольное шипение моего жениха, когда Сэм озвучил наши условия — постоянное присутствие в доме одного из телохранителей и сразу обоих при любом выходе за его пределы. Я удовлетворенно улыбнулась про себя. Это будет весело.

Двумя часами спустя с дебатами было покончено, необходимые бумаги подписаны — куда же без них, а вымотанный и раздраженный до предела Фаер распахивал передо мной дверь своей огромной тачки, в которой, на заднем сидении, параллельно устраивались мои новые друзья: блондин Саша и брюнет Артем.

— Проследите, чтобы он не угробил нас по дороге, — зевнула я и мигом отключилась, утонув в необъятном, мягком кресле.

Я проспала всю дорогу и открыла глаза лишь тогда, когда Руслан уже почти выгреб меня наружу.

Огляделась и поняла, что это — тот самый дом, а значит и та самая квартира, где мы с ним уже были. Невольно передернувшись, я поспешила отвернуться, чтобы он не увидел ни единой эмоции, которую я не успела спрятать.

Мы поднимались наверх в неуютном молчании, представляя собой очень странную компанию совершенно разных людей. Надо отдать должное Саше и Артему — они прекрасно притворялись мебелью, не издав за весь путь ни звука.

Движения Руслана были немного дергаными, что выдавало в нем раздражение и сильную усталость. Да и надо сказать, что он даже не пытался это скрывать. Странно, что раздражение делало его лицо только красивее, вместо того, чтобы отталкивать. Я ухмыльнулась. Идеальный хищник — гипнотически притягательный даже тогда, когда собирается перегрызть тебе глотку. Или, может, это просто я больна на всю голову? Отворив оба замка, он распахнул дверь и с презрительной усмешкой кивнул моей охране:

— Фас.

Я закатила глаза к потолку, размышляя о том, что будет, когда кто-то из них троих перейдет черту. И кто будет первым? Судя по тому, с каким невозмутимым видом оба парня пропустили мимо ушей его “команду” и спокойно вошли внутрь, первым будет явно не кто-то из них.

Пока они делали свой протокольный обход, мы с Фаером молча стояли у двери друг напротив друга, с холодным пренебрежением глядя в глаза. Он пока чувствовал себя хозяином положения, и был, как и всегда, достаточно уверен в себе и решительно настроен следовать своему уже давно озвученному плану. Но наличие моих ребят явно приводило его в бешенство. А я знала, что меня за этой дверью не ждет ничего хорошего, но наличие этих же самых ребят вселяло и в меня чувство уверенности и злорадного превосходства в этом раунде.

— Можете заходить, все чисто, — кивнул мне Артем с той стороны.

— Хороший мальчик, — буркнул Руслан и вошел первым.

— Завтра нам нужны будут данные по сигнализации, также мы запросим план этажа и здания у администрации, — невозмутимо проинформировал Артем, отходя вглубь гостиной, где уже стоял Саша.

Той самой гостиной, где чуть меньше месяца назад Руслан стягивал с меня платье Галанта, чтобы укутать в теплый плед. Мой взгляд невольно упал на серую ткань дивана, на котором мы… Ай, к черту. Я резко отвернулась в другую сторону, рывками сдергивая с себя пальто, в котором приехала благодаря Лизе.

Фаер лениво подошел ко мне и дернул за рукав, помогая высвободиться из шерстяной ткани. Направившись к гардеробу с моей одеждой в руках, он кинул через плечо, не оборачиваясь:

— Ежедневно с 9 до 11 приходит клининг. Дважды в неделю, по воскресеньям и четвергам приходит повар, с 9 до 12. Ребята будут приезжать 3–4 раза в неделю репетировать, с 5 вечера и как пойдет.

— Война и секс тоже будет по расписанию? — холодно поинтересовалась я.

Он усмехнулся.

— Нет, по настроению. Моему.

Размечтался.

Я огляделась по сторонам: в прошлый раз я только забежала в его комнату, чтобы найти чем прикрыть голую задницу, и понятия не имею, что тут у него вообще еще есть.

— Где моя комната?

Он не спеша подошел ко мне и с улыбкой убрал руки в карманы, пристально глядя в мои глаза:

— Здесь всего две спальни: моя и гостевая — для твоих дрессированных чихуа-хуа. Какую выбираешь?

Я вздернула подбородок.

— Гостевую, разумеется.

Он качнул головой, а серые глаза заблестели еще сильнее:

— Ответ неверный. Охрана не может делить одну спальню с клиентом. Просветите ее, мальчики.

Я перевела взгляд на пару мужчин, неподвижно наблюдающих за нами. Оба, встретившись с моим вопросительным взглядом, лишь едва заметно кивнули.

Черт.

Трижды черт!

Я горько усмехнулась и повернулась обратно к нему. Сделала один шаг навстречу и ласково положила ладони на его грудь.

— Вероятно, ты сейчас уверен, что все отлично просчитал, и это будет неприятным наказанием для меня, — тихо произнесла я, подняв на него глаза. — Но это не так. Твой дом станет тюрьмой для нас обоих. Я постараюсь, чтобы ты неоднократно пожалел о своем решении.

Я слегка хлопнула его ладонью, отвела взгляд и пошла в сторону панорамного окна. Было около трех часов утра, город внизу еще спал, погруженный в зимний мрак. Я тоже хотела спать. Так чертовски сильно, что кружилась голова.

— Вас проводить до вашей спальни? — подал голос Артем.

— Дорогу до моей спальни она прекрасно знает, — едко усмехнулся Фаер, проходя мимо нас на кухню.

Я скрипнула зубами.

— Иди спать. На сегодня вы больше не нужны. И если услышите, что я ору — вышибайте, к чертовой матери, все двери, а его выкидывайте прямо в окно. И только потом спрашивайте, что случилось.

Артем улыбнулся и кивнул, после чего они оба двинулись в сторону гостевой комнаты.

Какое-то время я еще постояла на месте, в полном одиночестве, пустым взглядом рассматривая город внизу. Кажется, за сегодняшний день я таращилась в окна больше, чем за всю жизнь. Потом до моих ноздрей дотянулся густой аромат свежесваренного кофе и я нехотя пошла на запах. На огромной кухне, площадью не менее тридцати квадратов, Руслан варил кофе. Я зашла, неспешно осмотрелась и забралась на барный стул, ожидая, когда он закончит и я смогу сварить порцию и себе тоже. Он бросил на меня короткий взгляд, подцепил вторую кружку, и поставил в кофемашину. Первую, уже полную, с дымящейся пенкой, он молча опустил передо мной.

— Сахар?

— Я пью горький.

Кухню наполнило гудение кофемашины, а затем снова повисла гробовая тишина. Мы молча пили свой кофе в разных углах, каждый думая о своем. Я поймала себя на мысли, что чувствую себя здесь довольно комфортно. И тут же осеклась, напомнив себе, что это пока. Он еще не начал. Он еще не приступил.

— Мне ожидать утром ведро ледяной воды в кровать или что-то в этом духе? — сделав очередной глоток горячего живительного эликсира спокойно спросила я.

— Я уеду рано. Так что — нет. Не в этот раз.

— Рано? — я бросила взгляд на большие часы под потолком, — Уже половина четвертого.

— В половину шестого за мной приедет машина. У нас запись в студии.

Я молча отпила кофе, переваривая. Он и так, мягко говоря, выглядел уставшим, как он собирается не сдохнуть сегодня — не знаю.

— Смотри, не сдохни, — озвучила свои опасения вслух.

— Ты переживаешь за меня? — уголки его рта дрогнули в настоящей улыбке.

— Я переживаю за себя. Если ты сдохнешь — мне опять станет слишком скучно.

Я допила и со звонким стуком опустила кружку на поверхность, спрыгнув на пол.

— Спасибо за кофе. Отдельное спасибо, что не добавил яд. Спокойной ночи.

Не дожидаясь ответа, я быстрым шагом направилась в гостиную. Обнаружив на диване тот самый плед, я стянула с себя спортивную толстовку и штаны, оставшись в одной майке и трусах, завернулась в плед и устроилась в углу, уткнувшись носом в спинку дивана. Наверное, я так и уснула — с легкой улыбкой на лице, удовлетворенная тем, что не поддалась искушению отправиться прямиком в его постель. И тем, что этот плед пах в точности как хозяин дома.