По ту сторону грез

ГЛАВА 34

От пения птиц закладывало уши и кружилась голова. Яркие, стремительные, они украшали кусты и деревья подобием райских цветов. Гнули ветви тропических деревьев, гроздями облепляли лианы. Павлины нагло вышагивали по дорожкам, пугая своими жуткими воплями. Пахло фруктами и цветами, а где-то вдалеке тихо играла гитара.

— А у твоего дружка есть вкус, — осматриваясь по сторонам, усмехнулся Эван.

— Он такой же мой, как и твой, — фыркнула я, наклоняясь.

Под ногами валялось блестящее павлинье перо, и я не удержалась, чтобы не поднять его. Ну и пускай это сон. Пускай иллюзия рассыплется утром. Мир Аурелиса был пропитан солнцем, теплом, жаждой жизни. И мне хотелось унести частичку этого мира с собой… или хоть пощупать.

— Ну, мой зов он игнорирует. — отметил как бы между прочим Эван.

— Не ревнуй, — наигранно вздохнула я и пощекотала инквизиторский нос краешком пера. — Во-первых, он занят…

— Вот как? А во-вторых? — поморщился метаморф.

— А во-вторых, занята я.

И показала инквизитору язык. Хмель от проведенных вместе часов еще не рассеялся, хотелось смеяться и шутить, но стоило закрыть глаза, как мы оба провалились в этот пестрящий всеми красками мир. Мы оказались на извилистой дорожке, по которой сейчас и шли, взявшись за руки. Инкуба мы нашли на берегу ручья в компании Сюзанны. Аурелис опять был в «образе», разодетый в белое, как и его спутница. Влюбленным явно было не до нас, они о чем-то весело беседовали, лежа в высокой траве. Демон что-то вдохновенно рассказывал девушке, а она кормила его виноградом.

— А вы задержались! — со смехом произнес Аурелис, заметив наше появление.

А потом еще и подмигнул мне с таким видом, будто знал какую— то, только нам известную тайну. Демон, что с него взять? Еще и с его специализацией. Сюзанна смутилась, и села ровнее. Вскоре мы тоже разместились на мягкой траве, рядом с парочкой.

— А ты заждался весь? — в тон демону отозвалась я.

Сюзанна глупо хихикнула, демон мою шпильку проигнорировал. Эван тактично кашлянул в кулак, намекая, что мы сюда явились не для светской беседы.

— Ты обдумала наш разговор?

Черт, разговор! Я показательно хлопнула себя по лбу. Голова у меня была занята совершенно другими вещами, и если я и шла к Эвану поговорить о деле, то потом у меня из головы выветрились все мысли.

На меня выжидающе смотрели все трое, а особенно один задумчивый инквизитор. Я ощущала себя полнейшей дурой, но Эван остался верен себе и спокойно произнес:

— А ты начни с начала.

И улыбнулся, протягивая мне персик, поднятый с блюда, стоявшего на покрывале. И как у него вот это вот выходит? Как этот мужчина никогда из себя не выходит?

— Для начала твоя ведьма призвала меня перед сном, — ехидно заявил инкуб. — А дальше я предположил, что у призрачницы и вашего одержимого есть что-то общее.

— Помимо скверного характера? — уточнила скалящаяся инквизиция.

— Аурелис утверждал, что убийца не зря ломился в мой сон, — отложив персик, вздохнула я. — Что он хотел меня о чем-то меня попросить. Возможно, ждал помощи. Но я понятия не имею, что у нас общего.

Эван задумчиво кивнул, глядя куда-то в пеструю даль тропического леса.

— Это логично, если принять тот факт, что он контролирует свою одержимость, — произнес инквизитор. — Тогда он убивает осознанно. А к чему тогда ему просить помощи?

Я согласно кивнула. И то верно. Мы же приняли за аксиому то, что Майком управляет пиявка, что это она управляет его сознанием и заставляет убивать.

— А может, он тогда еще мог себя контролировать? А потом уже… перестал, — робко произнесла Сюзанна.

Мы с Эваном синхронно обернулись к девушке, пока инкуб лениво грыз яблоко и щурился на солнечные лучи как кот. Странный он был сегодня. Нет, он и так странный, если учесть, что бездушное существо, порождение тьмы, поступает благородно. Но сегодня… Ладно, у нас тут другая миссия.

— Логично, — согласилась я с девушкой, — но это не объясняет, зачем он пришел ко мне. Помимо меня, есть еще призрачники. Если он мог пробить блок печати… Я не самая сильная.

Эван молча глянул на меня, его взгляд сверкнул желтизной.

— Значит, в тебе есть что-то, что его привлекло, — вздохнул инквизитор. — Возможно, потому смертей меньше, чем было во сне, и Майк может контролировать хоть часть своего сознания. Тогда у нас есть надежда отловить его до новой смерти.

— Осталось понять, что его ко мне притянуло, — вздохнула я и вгрызлась в персик.

— А ты думай, — засмеялся инкуб, — мой мир располагает к размышлениям. Здесь веселее, чем на твоем пустынном пляже.

И я принялась думать. Время шло, тянулось патокой, секунда за секундой. В моей душе не ощущалось изменений, не было никаких порывов, как во сне. Меня не влекла невесть куда неведомая сила. Я просто сидела под сенью пальм и пропускала золотистый песок меж пальцев. Этот мир пах жизнью, дышал ею. Был невыносимо ярким, словно напоказ.

Для чего Аурелис тратил драгоценные силы на поддержание таких объемных иллюзий?

Догадка проникла в разум словно иголка. Я вскинула голову, встречаясь с темным взглядом демона. Он поймал мой испуганный взгляд и улыбнулся. Спокойно, как тот, кто уже принял свою участь. Это их последний с Сюзанной сон. Эти краски, феерия жизни, все это было его прощальным подарком любимой. Она не вернется из этого сна в реальность, а демон навечно растворится в мире грез? Неужели сегодня?

В груди закололо от боли. Почему так несправедливо? Почему жизнь вечно испытывает нас на прочность, раз за разом пиная тех, кто достоин счастья? Эти двое больше не встретятся. Сколько продлится наша идиллия с Эваном, пока в нее не вмешается жестокая реальность?

Где-то под сердцем заныло сильнее. Невидимая нить струной натянулась между мной и кем-то, кто звал меня. Тихо, едва ощутимо, словно сквозь толщу воды. Или мне мерещился тихий шепот? Но я отчетливо ощущала, как мое тело поддавалось этому зову, словно внутренний компас настраивался на этого мистера «Х».

— Что? — голос Эвана прозвучал где-то рядом и в то же время издалека.

Мир вокруг меня моргнул и стал меняться, сменяя то один, то другой пейзаж. Кто-то взял меня за руку, и я ощутила острые когти, впивающиеся в кожу. Аурелис держал меня крепко, словно я могла потеряться. Ни Сюзанны, ни Эвана рядом не было.

— Мне не хватит на них сил, — ответил он на мой немой вопрос. — Я поведу только тебя.

Я огляделась. Вокруг было темно, мы стояли посреди чернеющей бездны, зависшие в темноте. Куда он меня проведет?

— Ты же почувствовала что-то? — произнес инкуб. — Тебя дернуло сюда на его зов.

— Ну, дернуло… — нерешительно заявила я. — И все, рывок был неудачным. Никуда больше не тянет.

Ну, правда, не тянуло и не звало. Я просто висела в пространстве, держась за когтистую длань инкуба. Демон принял свой реальный облик и теперь пугал меня по-настоящему. Еще бы, такой антураж!

— О чем ты думала, когда ощутила зов?

— Я? — ага, вот такой вопрос назрел. — О тебе.

Ляпнула я, продолжая вертеть головой. Ну а вдруг сейчас на меня из тьмы опять рванет эта глазастая тучка.

— Хм, а подробнее можно? — демон даже позволил себе слабую улыбку.

Я перестала затравленно озираться и глянула на своего жуткого спутника.

— Думала о вас с Сюзанной и о том, что… это ваш последний сон.

В ответ демон только хмыкнул. Его заполненные чернотой глаза смотрели на меня пристально и с интересом. Мне было неловко от его взгляда. Ну, да, вот такая я сопливая дура.

— Тебе стало жаль меня? — с изумлением выдохнул он.

— Вас обоих, — нехотя произнесла я. — То, что происходит… грустно. И несправедливо…

Демон расхохотался во весь голос, запрокинув лысую голову. Его смех утонул в черноте окружающего нас мира, так и не породив эхо.

— Я зло, ведьма! — отсмеявшись, произнес инкуб. — Меня жалеть не принято.

Я равнодушно пожала плечами.

— Я не сторонница ходить проторенными тропами. Предпочитаю извилистые дорожки.

Аурелис помолчал, разглядывая мое лицо с еще большим интересом, а потом так же задумчиво произнес:

— Теперь я понимаю, почему он пришел к тебе за помощью. Ты не просто умеешь слышать… ты готова услышать. Любого.

— Не всех.

— Мир, отвергнувший тебя, спасаешь. Смогла полюбить врага… Меня жалеешь.

Дура я, одним словом. Психически не здоровая ведьма с комплексом матери-спасительницы. Это все Зори виноват и его гиперопека. А я сама по себе та еще зараза. Вот!

— Ты ошибаешься, — я отмахнулась от демона. — Одно дело убийца, а другое дело ты…

— Бывший убийца, — с улыбкой поправил меня демон.

— Хорошо, мне жаль не тебя, а Сюзанну.

— Мне тоже, потому я дарю ей такие сны, — спокойно пояснил Аурелис, — ты подарила ей другую реальность. Это не мало.

— Но вы сегодня…

— Не сегодня… — покачал головой демон, — у меня есть еще силы для пары ночей.

Темнота клубилась вокруг нас, и в этой безызвестности становилось все страшнее и страшнее.

— Думай, ведьма, — шепнул Аурелис, — не бывает случайных встреч. Разные судьбы не перехлестываются просто так.

Откуда мне знать, зачем судьба сталкивает нас с теми или другими людьми? Зачем она толкнула меня в объятия Филлипа? Чтобы посмеяться? А Эвану всучила в жены продажную суку, для чего? Для урока? Какого? Зачем нам столько боли и одиночества?

Я прожила всю свою юность и детство с клеймом темной твари. Люди боялись меня, презирали, избегали. Но что общего может быть у меня с непутевым профессорским сыном? Он загубил свою жизнь, губил жизнь невесты… В чем мы похожи?

Меня доканывает этот бездушный мир, но я не хочу вреда никому вокруг. Я не желаю менять мироздание себе в угоду. Я просто хочу жить. Спокойно, тихо, по возможности счастливо, и не бояться, что меня убьют как бешеную собаку. Я устала от одиночества и просто хочу счастья…

— Не знаю, что ты там делаешь, но это работает, — выдохнул инкуб и кивнул куда-то во мрак.

Там медленно расступалась тьма, рисуя перед нами очертания старинных каменных ступеней, уходящих вверх сквозь мрак.

Первый шаг сделать было неимоверно страшно, камни под ногами дрожали, словно подвешенные на леске. Один, другой, третий. Аурелис отстал, отпуская меня одну брести в неизвестность. Четвертая, пятая, шестая ступенька, но тьма не заканчивалась, она продолжала обволакивать меня.

Шелестела невидимыми крыльями, шептала множеством голосов. Звала за собой. Только вот меня пугал этот зов, словно что-то внутри останавливало. Страх и любопытство, словно шаги над пропастью. И я продолжала подниматься, уже видя перед собой очертания двери. Ободранной, стальной, со следами ржавчины и вмятинами от ударов. Что она скрывает? Или от кого скрывает нас?

— Ведьма, там небезопасно! — донесся далекий голос инкуба.

Я промолчала. Небезопасно было всюду, пока за гранью снов пряталось это нечто. Дверь со скрипом открылась, стоило коснуться изъеденной ржавчиной ручки. Я не успела перешагнуть порог, меня просто вышибло оттуда, ударом в грудь. А потом из темного провала за дверью на меня полезла чернота со знакомо сверкающими глазами.

— Нашла? — ехидно уточнил Аурелис, поймавший меня в полете.

— Не совсем то, что искала, — криво усмехнулась я.

А темная масса уже червем вываливалась из-за железной двери, смешиваясь с мраком вокруг. Итак, похоже, встретиться с Марком нам не позволят ни в реальности, не во снах.

— А оно в том сне было помельче, — пискнула я, разглядывая тварь.

— У меня чувство, что он пытается его сдержать, — помедлив, произнес инкуб. — Но уже не справляется.

А тьма вокруг оживала, прорастая шипастыми отростками, которые тянула ко мне. Аурелиса они игнорировали. Демон тряхнул головой и оскалился, шипение за нашими силами усилилось.