По ту сторону грез

ГЛАВА 38

Мы спокойно шагали по оживленной улице, растворяясь в суетливой толпе. И если я еще изредка оглядывалась, ожидая нападения инквизиции, то Эван был совершенно спокоен и даже не ускорял шаг. Инквизитор вышагивал гордо и уверенно, засунув руки в карманы брюк и, надвинув шляпу на глаза.

— Это тот самый кристалл для отслеживания Майка? — решила я нарушить затянувшееся молчание.

В ответ инквизитор кивнул.

— А Вельд не может заблокировать этот кристалл? — заволновалась я. — Он же, как ты верно заметил, сволочь. Зачем ему нам помогать?

— Я не раз говорил, — отозвался Стоун, — что Манои умная сволочь. Он не всегда молниеносно ориентируется в деле, но выгоду чует за версту.

— И какая ему выгода от помощи нам?

Эван укоризненно глянул на меня:

— Ты меня расстраиваешь…

— Можно подумать, первый раз, — огрызнулась я.

— Думай.

Я надулась, искоса поглядывая на смеющуюся инквизиторскую особь. Задумалась. Манои сейчас главный. Случилось то, чего он хотел, так что он может сам раскрыть дело… хотя…

— Ему выгодно, чтобы в случае проигрыша пострадала твоя репутация?

— Умница ты моя, — кивнул Эван. — Вельд понятия не имеет с чем мы связались. Ему это ясно. Но, признать это он не сможет. Если мы отловим Майка, то дело будет раскрыто. Если нет — то все шишки посыплются на нас.

— Если победа, то наша, если проигрыш — то твой, — фыркнула я. — Сволочь.

Эван только рассмеялся, сворачивая в сторону одного из уличных бистро.

— А мы куда?

— Не знаю, как у тебя, но в моем желудке кофе одиноко плещется в поисках компании, — усмехнулся метаморф.

— А нам не нужно залечь на дно? Затаится?

— Поедим и затаимся, — заулыбался Эван, — в этом заведении не задают лишних вопросов и сдают относительно чистые комнаты.

Так как есть я действительно хотела, то просто молча поплелась за Эваном туда, откуда доносились умопомрачительные ароматы жареного картофеля и сладкой выпечки. В зале бистро было многолюдно, но чисто и относительно спокойно. Все столики были заняты, так что пришлось тесниться у барной стойки. Я как ни старалась, но взгромоздиться на высокий стул не сумела, пока меня на него не усадили, как куклу на комод. Эван сел рядом, поманив бармена пальцем.

Пока паренек в белых нарукавниках и фартуке шагал к нам, Эван быстро царапал записку на барной салфетке, потом сложил ее и протянул подошедшему парню.

— Это отдай хозяину, а нам с дамой поесть и попить. Что-то из популярного.

Нас смерили внимательным взглядом, но задавать лишних вопросов не стали. Парень просто молча поставил перед нами по стакану с водой и отправился на кухню.

— Шпионские штучки?

— Ниточки из прошлого, — пояснил Эван, — я же не сразу стал главным, я долго работал простым следователем. А это беготня, притоны и… сеть своих связных и информаторов.

— Так это твой…

Эван коротко кивнул, приложив палец к губам.

— И он тебя еще помнит? — шепнула я.

— Я незабываем, — отшутился инквизитор, — Ешь.

Мне указали на тарелку, появившуюся на столе, словно по волшебству. Все просто и без затей. Огромная отбивная с соусом и жаренной картошкой, салат, лимонад. Раньше меня бы ужаснул размер порции, но сейчас я даже не поморщилась, заталкивая в рот кусок прожаренного мяса с золотистой корочкой.

Быть в бегах оказалось даже интересно. Может быть нам с Эваном даже клички придумали? А что? Мы уже от инквизиции сбежали, взлом квартиры совершили, нападение на должностное лицо было, даже грабеж имел место. Теперь вот прячемся в каком-то притоне… Чем дальше, тем больше мы отдалялись от прописанных в законе норм. Но, одна мысль меня все же волновала.

— А как же Каэл? — испугалась я. — он же будет волноваться! Что с ним будет?

— Ничего с ним не будет, — качнул головой Эван, — никто его не тронет. Но, мне соваться домой нельзя. А Каэл привык к моим отлучкам.

— Но ребенок же волнуется! Ты не придешь ночевать и…

— И я пошлю ему записку, что у меня все хорошо. Мы сюда пришли и для этого тоже, — спокойно пояснили мне. — Тори, я конечно же бревно, но мне не плевать на сына.

Я молча засунула в рот ломтик картошки и потупилась. Признаться, я так и подумала, глядя, как Эван спокойно пустился в бега, ни разу не вспомнив про Каэла. Но, долго умирать от чувства вины у меня не вышло. Из двери за баром появился мужчина и направился к нам. Совершенно лысый, грузного телосложения, одетый в полосатые брюки и черный жилет поверх рубашки. Подойдя к нам вплотную мужчина расплылся в улыбке и радостно произнес:

— А я уж думал, забыл старика! Даже не поверил, когда твой почерк увидел.

— Дел было много, Грег, — отодвигая тарелку, произнес Эван, — и мне нужна помощь. И жилье.

— Для тебя хоть звезду с неба, — снова оскалился мужчина и, обернувшись ко мне, выдал: — хотя, одна уже рядом с тобой.

Только сейчас я заметила красноватый отсвет его глаз и странно приподнятую верхнюю губу. Когда мужчина улыбнулся, мне открылось зрелище на два острых клыка. Итак, упырь. Мужчина протянул мне руку и я пожала ее совершенно автоматически, отмечая холодность его кожи. Брр.

— Тори, это Грег. Грег — это Тори, — мягко представил нас инквизитор. — Грег — мой старый знакомый…, а тори МОЯ звезда, — все так же спокойно произнес Эван, — так что руки убери. А то я тебя знаю.

— Жаль, — притворно вздохнул упырь, — девушка и как вас угораздило связаться с таким вот чурбаном? Он же даже почти не ревнует. Даже сломать мне ничего не хочет.

Я только улыбнулась упырю. Странно, откуда такая инквизиторская шишка, как Эван, может знать полутруп, владеющий забегаловкой?

— Хочу, — устало вздохнул Эван. — но, ты же боли не ощутишь.

— Но, а как же гнев, ревность… эмоции?

— Меня окружают мазохисты, — покачал головой Эван, — Все ждут, что я им что-то сломаю.

Упырь оскалился и подмигнув мне, выдал:

— А ты себя в зеркале давно видел?

— А ты? — не остался в долгу инквизитор.

Эти двое вели себя не так как я представляла себе инквизитора и информатора. Это была встреча друзей. Теплая и щемяще- радостная, без лишних слов и официоза.

Упырь гортанно расхохотался и откинул часть барной стойки, открывая небольшой проход. Эван снова помог мне справиться со стулом, и мы пошагали следом за лысым и не в меру жизнерадостным… трупом.

— Это мы здесь думать будем? — шепнула я метаморфу, когда нас повели по коридорчику мимо подсобок и кухонь.

— В точку, — кивнули мне в ответ. — Грег не только умелый повар, но и знатный контрабандист. Так что прятать он умеет все и всех. Верно, Грег?

Грег, семенящий перед нами тяжко вздохнул и обернулся:

— Не верьте ему, мисс, я давно честный и законопослушный упырь. Стою на учете, людей не трогаю. Пироги пеку.

Все время, что упырь говорил, Эван кивал в такт его словам с самым серьезным видом. Издевка была заметна всем, включая полутруп.

— Парень, рыжий в канотье и клетчатом костюме, — с усмешкой произнес Эван в спину Грегу, — он на днях купил у тебя одну забавную вещицу… для телефонных розыгрышей.

Спина Грега напряглась и он, смешно втянул голову в плечи, пискнул:

— Так это же не динамит, так, безделица.

— Незаконная, — продолжал дразнить его Эван.

— В меру разрешенная, — оскалился упырь, обернувшись, — и вообще, иди ты… обживайся.

Нам махнули на узкую лестницу, ведущую вверх, на второй этаж здания. Эван пошел первым, я поплелась следом.

— Мелкий все так же любит пироги с вишней? — донесся до нас голос Грега.

Эван замер на ступенях и обернулся:

— Любит — с улыбкой бросил инквизитор, — спасибо тебе.

— Тебе спасибо, — пожал плечами упырь, — если бы не ты, то моя голова была бы давно не со мной.

Комнатка оказалась чистенькой и светлой, с окном, выходящим на кирпичную стену соседней постройки. Занавеска с рюшечками, покрывало на кровати в цветочки. Здесь было даже уютно.

— Грег у нас эстет и чистоплюй, — пояснил Эван, проходя за мной в комнату. — Так что ни клопов, ни блох здесь нет. И еда отменного качества.

— Он милый, — улыбнулась я.

— Излишне радостный для давно почившего, но терпеть можно, — скривился Эван.

Я усмехнулась и присела на край кровати. Было забавно наблюдать, как мистер- айсберг прячет свои эмоции, стыдясь их проявления. Это было неожиданно и волнительно. У него даже движения изменились, став более резкими. Эван прошагал по комнате, снимая на ходу пиджак и стягивая галстук.

— Видно, что ты ему симпатичен.

Эван только плечом дернул и присел рядом со мной на кровать.

— Я его выдернул из одного мутного дела, — вздохнул он, — Грег по глупости чуть не влез в такое, после чего одна дорога — на плаху.

А потом Эван устало растянулся на постели, забрасывая руки за голову. Я тоже легла, прижавшись к нему. От пережитых волнений и правда накатывала усталость и хотелось просто отдышаться. Просто полежать с закрытыми глазами и ни о чем не думать. Эван тоже молчал, ровно вдыхая и выдыхая воздух. Я начала потихоньку проваливаться в дрему, пригревшись на его плече.

— Ты тоже считаешь меня безчувственным чурбаном? — услышала я уже почти засыпая.

Я не сразу поняла, что вопрос адресован мне, так что ответила не сразу. Для начала стоило проснуться и заставить свой речевой аппарат сотрудничать с мозгом.

— В смысле? — только и хватило у меня слов.

— Ты, да и другие говорят, что я как статуя, — пожал плечами Эван, — лучше было бы, чтобы я сломал Грегу нос?

Я задумчиво почесала кончик своего носа. Потом с подозрением покосилась на Эвана. Инквизитор смотрел в потолок, все так же обнимая меня одной рукой. Но, вот выражение лица Эвана… Итак, вопрос номер «раз», что за ерунда завелась в белобрысой голове инквизитора? И вопрос номер два… как эту ерунду оттуда извлечь.

— Ну… ты же оборотень, — пожала плечами я, — от тебя ждут звериных поступков. Инстинктов…

Ни один мускул на лице Эвана не дрогнул, он только пристальнее взглянул на меня и сухо выдавил:

— Ты тоже? Ждешь, что из меня попрет звериная суть?

Честно, мне стало не по себе от этих вопросов- допросов и я, разозлившись, фыркнула инквизиции в лицо:

— Да что на тебя нашло? Это все из-за шуток про сломанный нос?

Эван не ответил, просто встал с кровати и подошел к окну. Вид у него был задумчивый и печальный.

— Меня и вправду многие боятся, — пожал он плечами, — даже Дарли вздрагивает, когда я выхожу из себя.

— А ты это умеешь? — удивилась я, вставая с постели, — из себя выходить? Ты же даже говоришь с трудом.

Я как раз подошла к Эвану вплотную, так что могла заметить кривую усмешку, скользнувшую по его губам.

— Нет, — ответили мне, — для таких, как я потеря контроля чревата бедой… Но, люди все равно боятся… Словно, я бешеная собака без поводка.

Я даже не знала, что ответить, просто стояла рядом с инквизитором и недоумевала. Хотя… похоже, я знаю откуда росли ноги у этого комплекса. В памяти всплыл тот случай из сна, когда на мою невинную шутку Эван отреагировал излишне резко.

Так, прошлое в прошлом и нечего тянуть его в настоящее. Миссис Стоун прилично нагадила, так что еще не один год придется вправлять мозги обоим горным котам. Я, хоть и сама слегка «ку-ку», но другим помогать умею.

— Я не боюсь твоей звериной сути! — решительно заявила я, протискиваясь между мужчиной и подоконником, — Эван, я видела тебя всяким. И злым и печальным, и с хвостом и без… Да я тебя даже голым уже видела! Ничерта ты не страшный! Тебе даже когти идут! А если у твоей жены или у знакомых проблемы с головой были, то это их проблемы, а не твои!

Все! Высказалась! И, как и положено успешному оратору, я гордо замолчала, ожидая оглушительных оваций. Овации запаздывали. Эван просто стоял и задумчиво смотрел на меня. А потом молча обнял, вдавливая в себя с ужасающей силой.

— Просто, знай, что кроме тебя и Каэла, у меня в жизни нет больше никого… — хрипло прошептал он мне в ухо, — и я не сделаю ничего, что может вам навредить…

Я вздохнула и обняла мужчину за талию. Вот же дурак. Такой умный, но такая в сущности своей дурачина…

— Я знаю, — шепнула я и потерлась носом о грудь мужчины, — больше скажу, кроме тебя, Каэла и Зори, у меня тоже нет никого.

Эван помолчал, глядя в окно, за моей спиной. А потом тихо шепнул:

— Просто знай, что зверь во мне под контролем. Всегда.

— Знаю, — усмехнулась я и обняла Эвана за шею, — мне даже нравится, когда ты слегка его отпускаешь…

Мужчина удивленно изогнул бровь.

— Ты становишься настоящим, — продолжила я, — собой. Без этой искусственной холодности. Тебе идут вертикальные зрачки и рычание… и даже хвост.

В двери тихо поскреблись. Потом, постучали сильнее, а посте короткого «да» от Эвана, на пороге возник Грег. Слегка растерянный и еще более бледный.

— Что случилось? — напрягся Эван, оборачиваясь у упырю, — не вышло записку передать?

Грег нервно сглотнул и потер рукой шею, словно та затекла.

— Стоун, ты только не волнуйся, но, твой пацан того… кажется он сбежал.