По ту сторону грез

ГЛАВА 40

Если бы не Эван, то и пожарным и скорой помощи было бы на что посмотреть и что отковыривать от плитки. Я же просто спокойно свисала с плеча инквизитора и старалась не дышать. Каэл шагал так же спокойно, как и отец, и проблем с равновесием не испытывал. Очнулась я уже в каком-то темном углу, где мы все трое наблюдали за суматохой среди поездов. А потом, с совершенно невозмутимым видом покинули вокзал.

Каэл с Эваном выглядели настолько естественно, что никому бы и в голову не пришло, что эти двое еще пять минут назад сидели под куполом вокзала. Я? Не знаю, как я выглядела со стороны, но ощущала себя жертвой удара по голове. Зори ждал нас у автомобиля, заламывая руки и чутко вглядывался в толпу. Мы как раз шагали к автомобилю, когда откуда-то послышался мелодичный перезвон. Эван выдернул из кармана тот самый кристалл, который отнял у Манои. Камень мягко светился синим и звенел.

— Это плохо? — уточнил у нас Грег.

Упырь вышел из авто и теперь глядел на нас сложив руки на крыше машины и положив на них подбородок. Откуда в этом полутрупе столько радости и любви к жизни? За столько веков не устал?

— Понятия не имею, — произнес инквизитор, собираясь активировать кристалл.

Мы все, не сговариваясь, нырнули в салон автомобиля. Упырь завел мотор, и машина с чиханием и пыхтением пришла в движение. Перед Эваном же развернулась мерцающая карта с красной точкой в одном из квадратов.

— Он в промышленном районе города, — удивился инквизитор, — странно. Там все прочесывали.

— Может, он туда недавно перебрался? — сделала допущение я, обнимая Каэла за плечи.

Мы с мальчиком и Зори сидели на заднем сидении автомобиля, прижимаясь друг к другу в тесном салоне.

— Возможно, — продолжая хмурится, произнес инквизитор.

— Там много пустырей, — влез в беседу Грег. — просматривается все вокруг. Там проще заметить слежку.

— Согласен, — снова кивнул инквизитор, увеличивая фрагмент карты.

Но не успел он это сделать, как на его шее засветился другой амулет. Тот самый переговорник, которым он пользовался и ранее для связи с подчиненными. Или не тот?

— Шеф! — раздался взволнованный голос Джаспера, когда Эван приложил руку к кристаллу, — шеф, вы меня слышите?

— Да, Джас, — спокойно произнес Эван, — и я в курсе, что вы отправляетесь на задержание.

— Как?… Впрочем… шеф, тут что-то не то происходит.

— Поясни.

Напряженность в голосе секретаря не понравилась всем нам, но еще больше пугало то, что Грег весь ушел в обсуждение дела, перестав следить за дорогой. Ему то что! А ничего! Он труп и в случае аварии все, что ему оторвет, можно будет прирастить назад… а вот у нас, простых смертных, такое провернуть не выйдет. Поэтому Эван многозначительно посмотрел на упыря, потом на лобовое стекло автомобиля. Кровосос заметно скис и уныло уставился вдаль.

— Телепорт барахлит, нас выплюнуло за пару километров от точки тревоги, — тараторил Джаспер, — и шеф… здесь нет ни души и мир вокруг… Он поплыл.

Мы с Эваном переглянулись, и я сильнее сжала плечи Каэла. Зори сам прижался ко мне с другой стороны, стараясь то ли успокоить меня, то ли ждал, что успокоят его.

— Как «поплыл», Джаспер?

— Дома выглядят так, словно выцветшая фотопленка. Сэр, такое чувство, что они исчезают, — голос Джаспера задрожал.

— Не ходите дальше, — рявкнул Эван, — они, видимо и вправду исчезают. Это может быть опасно, Джас!

— Это и так ясно, но Манои твердит, что в структуре мира все стабильно, а вокруг нас дешевая иллюзия.

— Сам он дешевая иллюзия, — проворчала я, — Джас, оно вас убьет! Понимаешь! Костьми ляг, но не ходи туда!

Из кристалла стал доноситься скрежет и шипение, вместо связной человеческой речи. До нас еще долетали обрывки фраз, но потом их заглушил человеческий вопль и все стихло.

— Мы еще не нарушаем дорожное движение? — меланхолично уточнил у Эвана Грег.

— Гони, — кивнул инквизитор и жестом приказал мне с подопечными держаться крепче.

Груда металлолома, которую гордо называли «автомобиль», взревела, потом закашлялась, и, стрельнув напоследок выхлопной трубой, понеслась по дороге с пугающей скоростью. Нам сигналили, нас ругали, но, все же спешили убраться с дороги, верно подозревая, что тормоза у этой развалюхи срабатывают не сразу.

Когда за многочисленными постройками домов стали проступать очертания промышленных построек, Эван положил руку на руль, останавливая Грега.

— Дальше мы пойдем пешком, а ты отвези Каэла домой.

— Пап?

— Это не обсуждается, Каэл, — выходя из авто, холодно оборвал сына инквизитор, а потом обратился к гоблину, — Зогр, я очень надеюсь на твою помощь.

Зори закивал головой и придвинулся ближе к Каэлу, всем своим видом показывая, что от мальчика его теперь можно будет отделить только хирургическим путем. Я из авто вышла молча, на прощание потрепав гоблина по бородавчатой головенке. Не люблю длительных прощаний, и прощальные речи, как и Эван, толкать не умею.

Грег молча завел мотор и принялся разворачивать автомобиль на крохотном «пятачке» среди заводских развалюх.

Мы с Эваном молча пошагали прочь, не оборачиваясь. И он и я, точно понимали, что сейчас нам вслед глядят две пары перепуганных глаз. Выдержать такое зрелище мог только каменный истукан. А мы с инквизитором, как оказалось, были не так и бесчувственны.

Вокруг и вправду было безлюдно и жутко, словно мир вокруг был лишь декорацией в театре. Даже ветра не было, только звенящая тишина. Эван протянул мне руку и я тут же за нее ухватилась, хоть так стараясь отогнать тот липкий страх, что затапливал душу.

— Нужная постройка будет за углом, — оглядевшись, прошептал Эван.

Я тоже вертела головой, с подозрительной легкостью отыскивая в округе знакомые строения.

— Эван, а мы не…

— Мы были здесь, — согласно кивнул инквизитор, — чуть дальше лаборатория Манои. Очень иронично.

— Это случайность?

— Это насмешка, Тори, — прорычал мужчина, — он все это время сидел в шаге от нас и насмехался.

Я хотела еще что-то сказать, но мысль так и не оформилась, а мы оба замерли на полушаге, обомлев от увиденного. Небо над ангарами меняло цвет, переливаясь оттенками радуги. А дальше по небу расползались тонкие нити, словно крохотные молнии или… трещины. Они ползли все дальше и дальше, издавая тихое змеиное шипение. Этот звук только нарастал, когда мы шаг за шагом приближались к нужной нам точке. Эван потянул меня ближе к стене ангара, второй рукой выдергивая из кобуры пистолет.

Шаг, еще шаг. Ни единого звука, только шипение силовых линий. Эван первым высунулся из нашего укрытия и тут же юркнул назад. По его лицу ничего нельзя было понять, но сверкнувшие желтизной глаза и тихое рычание…

— Тори, не смотри!

Его оклик меня не остановил. Я выглянула не дослушав, чтобы замереть от страха. Там, на расколотых плитах лежали люди. Точнее пустые оболочки с помутневшими взглядами и перекошенными от страха лицами. Обтрепанное канотье валялось почти у мои ног. И только аккомпанемент шипения дополнял эту жуткую картину. Я не плакали и не кричала, только пристально всматривалась туда, где в коконе из силовых линий стояло одинокое здание. В окне с треснувшим стеклом я отчетливо видела человека. Он тоже смотрел на меня. Отстраненно и изучающее, словно на букашку, ворочавшуюся под стеклом микроскопа.

— Назад! — рявкнула инквизиция и выдернула меня назад в укрытие.

— Что он сделал с ними? — шепнула я, прижимаясь к прохладному бетону стены.

— Убил, — холодно пояснили мне, проверяя количество патронов в барабане. — Как, меня мало заботит. Факт в том, что не боевой отряд, не опытные маги его не остановили.

Я поняла к чему он клонил. Не остановили они, не остановлю и я.

— Револьвер его тоже не остановит.

— Но проверить в нем заряд никогда не лишнее, — заявили мне, взводя курок.

И что теперь? Мы стояли в центре бури, слушая приближаются шипящие «трещины». Это не походило на борьбу, а больше смахивало на отчаянную попытку погибнуть достойно. Где-то за кустом чертополоха кто-то всхлипнул. Потом отогнул ветку, пялясь на нас выпученным синим глазом.

— Джас? — шепнул Эван.

Джаспер выглянул из- за куста с совершенно безумным видом. У него дергался глаз и тряслись руки. Губы подрагивали, но все это походило не на истерику, а на проявление безумия.

— Джаспер, — осторожно окликнула я парня, когда мы добежали до него.

— Они кричали, — шепнул парнишка, — хватались за головы, их корчило. А эти «молнии» начали бить в землю. Тех, кто подошел к дому превратило в пепел… А я… Я остался в засаде… там.

И он ткнул трясущимся пальцем куда-то в сторону дороги. Эван взял парня за плечо и встряхнул, заставляя прийти в себя. Тщетная попытка, это было видно сразу. Я не следила за происходящим. Только смотрела туда, где все так же маячила тощая фигура за окном. Ему интересно? Он вот так же стоял и глазел, когда гибли люди? Что ему нужно? Зачем эти бессмысленные смерти? К чему эта бойня?

— Тори!

Я не слышала окликнувшего меня инквизитора. Ноги сами несли меня туда, где змеями тянулись по земле силовые линии. Меня тянуло туда неведомой силой и страха, что удивительно, не было. Меня не пугали прорехи в пространстве и другие миры, таящиеся за гранью реальности, что просвечивали сквозь истончившуюся ткань мира. Я и сама была частью того мира. Об этом мне твердили с самого рождения. Брошюры, книги, потом и люди. Об этом упомянул Аурелис когда- то… вечность назад.

Я шагала к этому человеку, засевшему за мутным стеклом и не видела ничего вокруг. Но, с каждым моим шагом положение человека менялось. Его поза становилась все напряженнее. А я с ужасом понимала, что вплотную приблизилась к шипящему кокону.

И ничего!

Эван и Джаспер остались стоять у куста. Судя по позе, секретарь повис на своем начальнике, мешая тому меня преследовать. Теперь эти двое с ужасом наблюдали за мной, ведь вокруг лежали те, кто не перенес близости силового поля.

Я подняла голову выше, выискивая тощую фигуру за стеклом. Он отступал в глубину здания. А что если я устою и смогу проникнуть туда? Что если для этого хватит даже тех сил, что гасятся печатью? Я не совсем человек, и я смогла менять миры по ту сторону снов, так быть может смогу и теперь, только зайдя со стороны реальности?

Я снова обернулась к Эвану. Он стоял на месте, и с ужасом наблюдал за мной. Я заметила, как он судорожно сглотнул и осторожно покачал головой. Сейчас, когда на чаше весов моя жизнь и судьба целого мира, он продолжает выбирать меня…

Я сделала шаг, ныряя в голубоватую паутину, которая соединяла мир реальный и тот, который ранее жил лишь в наших снах. Если моя никчемная жизнь спасет тысячи невинных людей, то какой может быть торг? Если я сумею сохранить этот мир для одного бесподобного мужчины и мальчика, искавшего мать, то моя жизнь была не так и бессмысленна.

Мир вокруг взорвался тысячами образов, оглушил болью, которая рвалась из меня самой, согнул теми кошмарами, что жили во мне. Я слышала знакомый шепот, который пугал до зубного стука. Но я продолжала себе говорить, что все это лишь фантазия и к реальности не имеет никакого отношения. Призрачники всегда были слегка «не от сего мира» и это было не фигурой речи. Мы спокойно живем в двух мирах параллельно, оставаясь своими в мире реальном и в мире за гранями снов. Я знала об этом всегда, но окончательно осознала, что в этом моя сила, я только сейчас. Словно кто-то шепнул мне эту истину на ухо. Возможно, я прожила свою жизнь и сохранила рассудок ради этого момента?