Последний в списке

ГЛАВА 20

Макс

Мое настроение заметно изменилось в течение всего вечера покера. Для начала моя дочь ушла с Уайаттом. Ей надоело играть в карты вскоре после ухода Кассандры и ее подруги. А потом Уайатт ни с того ни с сего спросил, не хочет ли Эверли помочь ему покормить утром из бутылочки его козочку Милли. Мы все называем Милли собачьей козой, потому что она ведет себя скорее как домашний питомец, чем как сельскохозяйственное животное. Это значит, что мой ребенок собрал сумку на ночь меньше чем за десять секунд.

Они уехали больше часа назад, и с тех пор мне нечем отвлечься от своих ядовитых мыслей, так что я просто размышляю о том, что Кассандра ушла на гребаное свидание. А еще я теряю кучу денег, потому что слишком отвлекаюсь, чтобы обращать внимание на свои карты.

— Макс, в чем дело? — рявкает Джош, отрывая мой взгляд от места на столе, в котором я прожигаю дыру.

— Ничего, все в порядке, — отвечаю я, хмуро глядя на него.

Джош смотрит на Дина. Раньше эти двое ненавидели друг друга, когда Дин предложил стать отцом ребенка Линси, вместо Джоша, настоящего отца ребенка, но теперь они, похоже, в сговоре друг с другом. Мне это не нравится.

— Тебя беспокоит что Эверли поехала к Уайатту? — спрашивает Дин, задумчиво наблюдая за мной. — Его дом находится как бы в глуши, верно?

— Да, но меня это не беспокоит. Эверли там нравится.

— Тогда что с тобой не так? — спрашивает Колдер, вздергивая брови, словно уже знает ответ.

— Давай сыграем еще одну партию. Кто сдает?

— Ты, — отвечают они все в унисон.

Закатив глаза, я беру колоду карт и начинаю агрессивно ее тасовать. Кассандра отсутствует уже больше часа. Если бы это было неудачное свидание, она, скорее всего, уже была бы дома, верно? Мой дом находится недалеко от центра города. В лучшем случае в пяти минутах езды на такси. Может, ее нужно подвезти? Я давно не пил виски, так что мог бы заехать за ней. Может, мне стоит написать ей, чтобы убедиться, что она в безопасности? Она живет на моей территории, так что я несу за нее ответственность.

Я: Тебя подвезти домой?

Задерживаю дыхание, когда вижу, как появляются пузырьки при наборе текста, а затем мгновенно сдуваются и исчезают. Я смотрю на свой телефон, пытаясь снова перетасовать карты, и ругаюсь, когда карты выскальзывают из моих рук и падают на пол.

— Черт, — рычу я, отодвигая стул, чтобы поднять их.

— Господи, я больше не могу на это смотреть, — ворчит Люк с дальнего конца стола. — Ты едва ли был в порядке, пока няня не ушла, а с тех пор просто сходишь с ума. Просто признай это уже.

— Что признать? — Я хватаю карты и бросаю убийственный взгляд на младшего брата.

— Что ты хочешь трахнуть няню! — подначивает Колдер.

— Хватит, — рявкаю я, снова роняя карты на пол. — Прояви немного гребаного уважения, придурок.

У меня дрожат руки, когда я поднимаю карты и представляю, как она смеется над шуткой какого-то парня. Молодые парни в Боулдере — придурки высшего сорта. Это истории успеха в Instagram, которые любят бегать трусцой, притворяются, что им нравится индийский пейл-эль, и у них, скорее всего, есть собака, на которой они помешаны. В общем, как Дин, мать его, Мозер.

Он мой друг, не поймите меня неправильно, но он владеет сценой Боулдера, как никто другой. А мужчин здесь больше, чем женщин, примерно на пять процентов, так что, если «свидание» Кассандры не сработает, я уверен, что все, что ей нужно будет сделать, это развернуть свой барный стул, чтобы найти другого придурка, который утверждает, что любит бранч.

У меня на лбу выступает капелька пота, когда я сажусь и замечаю, что все смотрят на меня.

Джош первым нарушает тишину.

— Я предвидел это еще в первые выходные. Ты был слишком заинтересован в ее предыстории. Почти одержим.

— Я не был одержим. Я был раздражен, потому что она чертовски скрытная. Она сводит меня с ума. — С досадой бросаю карты на стол.

— Что-то уже произошло, не так ли? — Дин наклоняется вперед и пристально смотрит на меня.

Я сжимаю челюсть и обдумываю последствия ответа на этот вопрос. Рассказать им, что я накинулся на Кассандру в гостевом доме — не лучший вариант для меня. Но эти безумные мысли никуда не денутся, а если я и могу кому-то доверить эту тяжелую ношу, так это мужчинам за этим столом.

Проведя рукой по волосам, я бормочу:

— Я остановился, пока не зашел слишком далеко. — И живу в постоянном состоянии сожаления, которое обычно заканчивается стояком после того, как я мысленно воспроизвожу каждую секунду той ночи.

Они все издают понимающие звук.

— И ты позволил ей пойти на двойное свидание с Блонди? — Колдер указывает большим пальцем через плечо. — Ошибка новичка, чувак.

— А что я должен был сделать? Ударить ее по голове и оттащить за волосы в свою спальню? Она няня моего ребенка.

— И что? — серьезно спрашивает Дин. — Я был инвестором в пекарню Норы, и посмотри, что из этого вышло.

— То, что есть у вас с Норой — это не то, чего я хочу от Кассандры. — Не хочу этого ни с одной женщиной. Сжимаю шею сзади и вздыхаю. — Я просто... не могу выбросить ее из головы. А вчера вечером она сказала, что ищет летнюю интрижку, и с тех пор я не могу блядь ясно мыслить.

— Если она сказала, что ищет летнюю интрижку, значит, давала тебе зеленый свет, чувак, — со знанием дела заявляет Колдер.

— Не хочу с ним соглашаться, но это так, — подтверждает Джош. — К тому же она не молоденькая девчонка, только что окончившая колледж, которой ты пользуешься. Она взрослая женщина с жизненным опытом. Черт, она закончила колледж в девятнадцать лет.

Я встречаюсь взглядом со своим лучшим другом, чьи слова никогда не воспринимаются легкомысленно. Джош — человек без обиняков и не уклоняется от конфликтов. Если он считает, что кто-то лукавит, то так и скажет ему в лицо.

Так что тот факт, что он не считает, что с моей стороны было бы глупо преследовать женщину, присматривающую за моим ребенком на лето, дает мне проблеск надежды, в которой я отказывал себе последние двадцать четыре часа. Черт, может быть, даже последние три недели.

Кассандра Барлоу поглотила все мои мысли своими пышными изгибами, тропическим ароматом и безумной способностью делать интересными даже самые обыденные задачи. Может быть, если трахну ее, то смогу преодолеть эту боль в теле и снова почувствовать себя самим собой.

Дин смеется, глядя на свой телефон.

— Нашел.

— Что нашел? — спрашиваю я, нахмурив брови.

Он поворачивает экран, чтобы показать мне историю из Instagram, в которой Кассандра и Дакота выпивают в баре. С ними двое парней, и они все смеются, когда Кассандра начинает давиться и шлепает высокого парня с длинными каштановыми волосами, завязанными в пучок, за то, что он заставил ее выпить шот. Я сужаю глаза, чтобы присмотреться и узнать место, где они находятся.

— Высший пилотаж, чувак, — говорит Колдер, склоняя голову перед Дином, словно одаривая его великой честью.

— Обычное дело. — Дин поправляет очки и поворачивается ко мне. — Теперь вопрос только в том, что ты будешь делать с этой информацией?

Я обвожу взглядом всех, кто сидит за столом и выжидающе смотрит на меня. Никогда раньше меня не вдохновляло преследование женщины. На самом деле, мне редко приходится даже пытаться добиться интересующих меня женщин. Идти в бар, где она находится, было бы просто безумием. Но, возможно, странности Кассандры пробуждают мои странности.

Я пихаю свои фишки в центр стола.

— К черту. Я в деле.