Последний в списке

ГЛАВА 8

Кози

Эверли, должно быть, реально обладает магическими способностями морского чудовища, потому что то, как она уговорила своего отца согласиться отвезти нас на зиплайнинг⁷ в горы, для меня выходит за рамки всякой логики. Серьезно, я ожидала, что Макс рассмеется нам в лицо и укажет на дверь. Но на сайте написано, что Эверли нужно присутствие родителей, и она твердо решила уговорить отца взять выходной.

Девочка-босс на все сто. Я бы гордилась, если бы имела хоть какое-то отношение к ее воспитанию.

И вот мы все сидим в шикарном внедорожнике Макса и целый час едем в горы на приключенческий курс, о котором Эверли рассказала одна из подруг. Макс все это время разговаривает по телефону, а я, как большой ребенок, сижу на переднем сиденье его машины и чувствую себя немного виноватой за то, что отрываю его от работы, когда предполагалось, что я отвечаю за его ребенка.

К тому же это не совсем то, что «можно делать меньше», как утверждает моя философия няни, но это, по крайней мере, развлечение. Ничто так не расширяет наше воображение, как курс приключений.

Мы регистрируемся, Макс подписывает все отказы и выглядит явно раздраженным, когда на нас надевают жгуты и карабины, а также какую-то странного вида каретку для зиплайна, с помощью которой вы прикрепляетесь к тросам, протянутым почти на сто футов между этими гигантскими деревьями.

Мы проходим небольшую тренировочную трассу, которую Эверли преодолевает с легкостью, визжа от смеха, пересекая небольшое расстояние.

Когда приходит моя очередь проходить короткую трассу, я не ожидала, что ремни будут так сильно впиваться мне в бедра. Я больше люблю ходить по торговым центрам, когда речь заходит о выборе упражнений, так что эти полеты между деревьями немного выходят за рамки моей зоны комфорта.

Когда я кручусь на месте, спускаясь назад по короткой трассе, улыбка на моем лице исчезает, когда замечаю, что Макс смотрит мне вслед с почти диким выражением лица. Он выглядит так, будто вот-вот превратится в волка!

Как только останавливаюсь, я быстро похлопываю себя по заднице, наполовину ожидая, что мои велосипедные шорты лопнули посередине от того, как пристально он на меня смотрел. Убедившись, что все в порядке, я возвращаюсь к исходной точке, задаваясь вопросом, не показалось ли мне, потому что Макс снова меня игнорирует.

Все его внимание сосредоточено на нашем инструкторе, Чаде, который просит его убедиться, что ремни Эверли достаточно крепкие. Прежде чем я успеваю спросить мистера Ворчуна, весело ли ему, он проскакивает мимо меня, чтобы забраться во внедорожник вместе с Чадом, который везет нас на наш первый курс зиплайна. Возможно, его выражение лица не имеет никакого отношения ко мне, а больше связано с рабочими проблемами. Это было бы гораздо вероятнее.

— Ладно, ребята, давайте я в последний раз проверю ваши ремни, — говорит Чад, останавливаясь перед Эверли. — Все готово, маленькая чувиха. Приятного времяпрепровождения.

— Спасибо! — визжит Эверли и начинает карабкаться по лестнице на первое дерево.

Макс нервно оглядывается и спрашивает:

— Это безопасно?

— Абсолютно! — Чад радостно кричит, поднимая вверх большие пальцы. — Она пристегнута, папаша. Просто расслабьтесь.

У Макса сильно дергается челюсть, когда он наблюдает, как его дочь поднимается на каждую ступеньку.

— Позвольте мне осмотреть другую вашу дочь, а потом я займусь вами, — добавляет Чад.

— Другая дочь? — Макс в замешательстве переводит взгляд на инструктора.

Чад указывает на меня.

— Это ваша старшая?

— Какого черта? — огрызается Макс, его голос хриплый. — Ей двадцать шесть лет.

— Она выглядит молодой... и красивой. — Чад улыбается мне, и я слышу, как рядом с нами раздается рычание Макса.

Я оглядываюсь и начинаю опасаться за безопасность инструктора, видя его убийственный взгляд.

— Сколько, по-твоему, мне лет? — Макс кипит от злости.

Чад пожимает плечами.

— Не знаю, чувак. Я не умею определять возраст.

— Чертовщина какая-то, — бормочет Макс себе под нос, а у меня изо рта вырывается смешок. Он смотрит на меня так, будто я только что предала всю его семью. — Что-то смешное, Кассандра?

— Совсем ничего, Большой папочка. — Ничего не могу с собой поделать. Пришлось ткнуть медведя.

Его губы приоткрываются, когда он высовывает язык из уголка рта и прикусывает его, словно пытаясь не сказать того, что у него на уме.

— Считаешь себя остроумной?

Я хихикаю и дергаю себя за короткие косички, торчащие из-под шлема.

— Чад сказал, что я красивая... и очень молодо выгляжу. Правда, Чад?

— Поднимайся по гребаной лестнице, Кози, — рявкает Макс, и у меня замирает сердце от того, когда он использует мое прозвище.

Наши взгляды встречаются, и по какой-то странной причине блеск в глазах Макса заставляет меня почувствовать, что он не так раздражен мной. На самом деле мужчина выглядит так, будто хочет проглотить меня целиком. Как будто в секунде от того, чтобы схватить меня за шлейку, привязать к ближайшему дереву и держать за косички, проводя языком по каждому сантиметру моего тела.

От этого запретного образа у меня между бедер возникает болезненная пульсация, когда я, шатаясь, пытаюсь взобраться по лестнице на платформу. Когда Макс присоединяется ко мне и Эверли наверху, он бросает на меня понимающий взгляд, который заставляет меня задуматься, мог ли он прочитать мои мысли мгновение назад.

Мне нужно взять под контроль свои мысли.

— Кто хочет пойти первым? — спрашивает Чад после того как прикрепляет все наши зиплайны к страховочным тросам над нами.

— Я! — восклицает Эверли, поднимая руку.

Я качаю головой и смотрю на Макса.

— Никаких страхов.

— Не знаю, откуда в ней это, — говорит Макс, и я замечаю, как в его глазах мелькает тревога, когда он смотрит вниз. — Мы действительно высоко, не так ли?

— Ты ведь не боишься высоты, правда? — спрашиваю я, прищуриваясь и наблюдая, как он до белизны в пальцах сжимает страховочные ремни.

— Я так не думал... но теперь сомневаюсь. — Он переводит взгляд с меня на Эверли, пока та занимает позицию для полета. — Будь осторожна, Эверли.

Эверли восторженно машет рукой, прежде чем броситься вниз по длинному тросу, возбужденно визжа и широко раскинув руки. Макс выглядит так, будто вот-вот вылезет из собственной кожи, наблюдая за ее полетом, его ноги приближаются к краю платформы, по мере того, как девочка удаляется от нас. Мужчина так сосредоточен на Эверли, что не замечает, где стоит.

Макс собирается сделать еще шаг вперед, но я хватаю его за руку, чтобы оттащить назад. Он натыкается на меня, прижимая спиной к дереву, и наши ремни безопасности запутываются в веревке наверху. Наши тела вплотную прижаты друг к другу, поэтому я хватаюсь руками за его плечи, чтобы удержать равновесие, а его руки приземляются на дерево позади меня, окутывая меня своим мускусным, мужским запахом. Макс смотрит на меня в замешательстве.

— Ты чуть не свалился с платформы, — уточняю я, поднимая на него взгляд. Мои глаза останавливаются на его сжатых губах, и я стараюсь не обращать внимания на реакцию моего тела на его вес, плотно прижатый ко мне.

— Да? — Его теплое дыхание овевает мое лицо, а взгляд мечется между моих глаз.

— По сути, я только что спасла тебе жизнь, — отвечаю со смехом.

Губы Макса растягиваются в неожиданной волчьей ухмылке, а его глаза опускаются к моим губам.

— Не думай, что мы теперь квиты.

Какое-то мгновение мы ошеломленно смотрим друг на друга, прежде чем нас прерывает голос Чада.

— Он был привязан к страховочному тросу, так что был в полной безопасности.

Я выхожу из этого транса.

— Спасибо, Чад, — бормочу я, раздраженная тем, что инструктор разрушил наш маленький пузырь... флирта? Неужели Макс Флетчер только что флиртовал со мной?

Он бросает на меня суровый взгляд и отступает назад, чтобы между нами образовалось свободное пространство. Но не может остаться незамеченным, что его рука по-прежнему крепко лежит на моем бедре.

— Это было потрясающе! — визжит Эверли.

Макс оборачивается, чтобы посмотреть через плечо и увидеть, что Эверли добралась до следующей платформы и стоит рядом с инструктором.

Его тело расслабляется от облегчения, а рука рефлекторно сжимается на моем бедре, прежде чем мужчина убирает ее.

— Отличная работа, малышка!

— Папа, ты следующий! — кричит в ответ Эверли.

Кадык Макса дергается, когда Чад отсоединяет нас, чтобы распутать веревки. Затем он прикрепляет каретку Макса к тросу.

— Готов, Большой папочка? — говорит Чад с глуповатой улыбкой.

— Мистер Флетчер, — рычит Макс на чувака.

— Эй, чика. — Чад смотрит на меня. — Улыбнись этому чуваку еще раз... думаю, это поднимет ему настроение.

— Что? — рявкает Макс, и Чад без предупреждения пихает его с платформы.

Я смеюсь над девчачьим криком, который вырывается изо рта Макса, когда он летит. Похоже, он не получает удовольствия, поскольку вцепился в свой трос, словно за одеяло безопасности. Эверли подбадривает его и смеется так громко, что слышно на всей трассе приключений. Когда он оказывается на платформе, ее маленькие ручки крепко обхватывают отца, и я быстро достаю свой телефон и увеличиваю изображение, чтобы сфотографировать их. Они действительно такие очаровательные. Кажется, Чад ошибся. Не моя улыбка скрашивает угрюмое поведение Макса. А улыбка Эверли. Без сомнения.