Рынок чувств: отыграть назад

Глава 12

Мария

Я почти бежала. На улице было дико холодно, но я не чувствовала ни мороза, ни ветра. Все внутри было горячим, словно горло обожгло кипятком. Слезы текли, даже когда пыталась их остановить.

Я не знала, куда идти. Домой – не могла. В квартире, которую недавно купила, я не чувствовала себя как дома. Артем… Даже мысль о нем сейчас была невыносимой. И ноги сами привели меня к Лауре.

Пришлось наплести какого-то вранья, чтобы поскорее удрать из его квартиры. Я отказалась от такси и от предложения подбросить, куда мне нужно. Бежать – первое, что пришло в голову, когда Артем поцеловал меня.

Три пересадки на метро, и вот я уже бреду меж темных стеклянных высоток. Лаура не ожидает моего внезапного появления. Она провожала меня, игриво подмигивая и намекая на страстную бессонную ночь, но мне-то было известно наверняка, что этого не будет.

Я нажала на звонок, и дверь через некоторое время распахнулась.

– Маша? – Лаура стояла в пижаме, волосы растрепаны, глаза сонные. Она явно не ждала гостей. – Господи, что с тобой?!

Я не успела ничего сказать. Просто шагнула внутрь и расплакалась.

– Эй-эй-эй, – она обняла меня, закрыла дверь ногой. – Тише, тише. Давай. Все хорошо.

Но мне казалось, что все плохо. Я судорожно всхлипывала, не могла остановиться. Лаура повела меня на кухню, усадила на табурет, сунула в руки салфетку.

– Мари, ты меня пугаешь, – сказала она мягко, но настойчиво. – Что произошло? Этот придурок посмел обидеть тебя? Что он сделал?

Я закрыла лицо ладонями. Голос дрожал, слова давались с трудом.

– Я… Я изменила Андрею.

Лаура моргнула.

– Что?

– Изменила, – повторила, уставившись в пол. – Я… Не хотела, но это случилось.

Пауза. В кухне стояла тишина. Слышно было лишь тихое гудение холодильника.

– Так, – осторожно произнесла Лаура, – давай по порядку. Что именно случилось?

Я выдохнула, но ком в горле не уходил.

– Не понимаю твоей реакции сейчас, – всхлипнула, высмаркиваясь в бумажную салфетку. – Ты сама говорила, что Артем так красиво ухаживает за мной, и я обязана с ним переспать, чтобы забыть Андрея.

– Но я не думала, что это тебя так расстроит, – виновато произнесла подруга, мягко обхватывая плечи обеими руками. – Ты посмотри на себя. На тебе лица нет. Объясни мне, почему ты плачешь? Он сделал что-то, что тебе не понравилось? Артем был груб?

– Нет, нет, – заторопилась я возразить ей. – Мы сидели у Артема. Он… Он был таким… Настоящим. Мы разговаривали, слушали музыку. Потом он… Он поцеловал меня. – Губы задрожали. – И я не остановила.

– Потом я… Я убежала. Просто убежала, не сказав ничего.

Слезы снова хлынули. Я вытерла их ладонью. Салфетка насквозь промокла соплями. Не хватало еще заболеть. Я добиралась сюда по лютому холоду, даже не подумав, что одета в легкое пальто.

– Совсем ничего? – Подруга изогнула бровь в недоумении.

– Я пробормотала ему что-то про рожающую кошку, – тихо ответила ей, только сейчас понимая, какое это идиотское оправдание.

Лаура посмотрела на меня внимательно, а затем разразилась хохотом. Задорным, почти издевательским. Неужели подруга не видит, что мне не до смеха? Успокоившись, она встала, открыла холодильник и достала бутылку вина.

– Подожди, – сказала девушка, вытирая уголки глаз, в которых выступили слезинки от смеха. – Давай сначала выпьем. Потом ты расскажешь все как есть.

Я подняла на нее глаза.

– Но, Лаура… Это же измена. И вообще… Я решила больше не пить.

Она усмехнулась грустно, наливая вино в два бокала.

– Мне все равно, что ты там решила. Если ты хочешь знать мое мнение… Поцелуй – это не измена. Особенно если у вас с Андреем уже все кончено. Но я вижу, что для тебя это так.

Я взяла протянутый бокал. Мои руки дрожали. Первый глоток привычно слегка обжег горло, но потом стало теплее.

– Машенька, – сказала Лаура мягко, садясь напротив, – расскажи мне все. С самого начала.

Я закрыла глаза. Мне хотелось спрятаться. Но понимала, если кому и могу все выложить, то только ей. Была еще и Лера… Но она так далеко…

Я долго молчала. Бокал в руках дрожал, вино казалось слишком сладким, слишком тягучим. Лаура смотрела на меня терпеливо, без лишних слов, и это немного помогло.

– Это было у него дома, – начала тихо, будто признавалась в преступлении. – Он пригласил меня, сказал, что хочет показать свою коллекцию.

– Коллекцию? – уточнила Лаура, сдерживая усмешку.

– Да. – Я улыбнулась сквозь слезы. – Представляешь, у него целая полка. Книги, проигрыватель и пластинки. Он включил джаз, рассказывал о музыке так увлеченно… И я слушала его, и мне было легко. Понимаешь? Легко. Не так, как раньше… – Голос снова дрогнул. – С Андреем все было иначе. Он всегда давил, всегда контролировал, всегда держал в напряжении. А здесь… Я просто сидела и чувствовала, что дышу.

Решила сделать глоток вина, будто оно могло придать мне сил.

– Мы разговаривали о еде, о книгах. Он шутил, а я смеялась. И вдруг… Он оказался рядом. И потом… И потом он поцеловал меня. – Слезы снова подступили. – Лаура, я не остановила. Я не сказала «нет». Я ответила. Понимаешь?

– Маш, – тихо сказала она, – это нормально.

– Нет! – Я резко подняла голову. – Для меня это измена! Пусть мы с Андреем уже не вместе, пусть он молчит, не присылает никаких документов, но все равно. Я не готова была к этому. Я все еще, я все еще… – Голос сорвался, и я закрыла лицо руками. – Я все еще люблю его, черт возьми!

Комната вдруг замерла после моего признания, о котором не то, что сказать подругам, я боялась сказать это самой себе. Вино жгло горло, сердце билось так сильно, будто хотело вырваться наружу.

Лаура положила ладонь на мою руку.

– Ты просто путаешь любовь и привычку, свою детскую влюбленность, – мягко сказала она. – Но даже если и любовь. Разве это запрещает тебе жить дальше? Разве Андрей дал тебе выбор? Он оставил тебя в подвешенном состоянии.

Я покачала головой.

– Но… Я не хотела. Все произошло так быстро. И я почувствовала, что предаю.

– Себя или его? – спросила Лаура неожиданно.

Я посмотрела на нее в упор. Вопрос ударил прямо в сердце. Я открыла рот, но не смогла ответить.

Она налила нам еще вина.

– Маш, поцелуй – это не измена. Это проверка тетя самой. Доказательство, что ты все еще живая.

Я всхлипнула и сделала глоток. Вино стало мягче, теплее, и на секунду мне показалось, что я действительно могу дышать.

***

Мы сидели уже почти час. Первая бутылка вина закончилась, и Лаура, смеясь, достала вторую. Я чувствовала, как голова чуть кружится, но слезы будто отступили. Вместо тяжести в груди появилась странная легкость, почти безрассудная.

– Знаешь, – сказала Лаура, подливая мне, – ты всегда думала, что я такая правильная. Учеба, парочка романов, все чинно-благородно.

Я громко фыркнула.

– Про тебя я точно не думала, что ты правильная. Вспомни, как мы втроем напились, и ты обучала нас технике горлового минета. С ума сойти! Я до сих пор в шоке! Ты как вообще этому научилась? Проходила какие-то курсы?

Она рассмеялась, откинулась на спинку стула.

– Если бы ты знала.

Я насторожилась.

– Что?

Лаура смотрела на вино в бокале, будто собиралась с духом. Потом подняла глаза.

– Я делаю то, о чем тебе, наверное, неприятно будет слышать. Но если уж мы откровенничаем сегодня…

Подруга замялась и вдруг неожиданно выпалила:

– Я снимаюсь в фильмах для взрослых.

Я чуть не выронила бокал, пролив на себя немного вина.

– Что?!

Она усмехнулась, но глаза блестели напряжением.

– Да. И уже довольно давно.

– Лаура, ты… Серьезно?

Я не могла поверить. Передо мной сидела моя подруга. Та самая, с которой мы зубрили анатомию, списывали тесты, пили кофе в столовке. И вдруг такое.

– Абсолютно. – Она сделала глоток вина. – Думаешь, на какие деньги я снимаю эти апартаменты? – Подруга метнула рукой в воздухе.

– Ну… – задумалась на мгновение. – Я думала, тебя обеспечивает мать. Разве нет? Ты говорила, что она вышла снова замуж и уехала жить в Испанию.

– Не совсем так, – ответила подруга, развалившись на диване. – Я обеспечиваю себя сама, и, поверь, это приносит немало денег. Парни из соседней квартиры – актеры. Сначала все было ради шутки, потом – ради денег. А потом я поняла, что… Мне не стыдно.

Я молчала. Голова кружилась уже не от вина, а от слов подруги.

– Почему ты не сказала раньше? – наконец, спросила ее.

– А что бы вы сказали? – Лаура посмотрела на меня пристально. – Что я грязная, продажная? Что опозорю диплом?

– Нет! – Я сразу же мотнула головой. – Просто… Это довольно неожиданно.

Она вздохнула и положила ладонь на мою руку, но я тут же свою отдернула. Не от презрения. Нет. Мимо моих ушей промелькнула чрезвычайная информация.

– Подожди минутку! – воскликнула я, прикрыв рот от шока ладонью. – Ты сказала «соседские парни»?

Подруга залилась краской и отвела взгляд. Впервые вижу, что Лаура может чего-то стыдиться.

– Ну-у-у, – протянула она, все еще не глядя на меня в ответ. – Да. Мы работаем командой.

Кажется, вагон метро каким-то магическим образом доставил меня в совершенно другую реальность. Моя подруга не может быть порнозвездой. Это просто невозможно!

– А еще у меня есть страничка на OnlyFans, – решила добить меня Лаура. – Довольно популярная. Я всегда боялась, что в университете об этом узнают и отчислят меня, но пока что тихо.

– Все потому, что ректор дрочит на твои видео, – разразилась я смехом, и подруга поддержала меня.

Мы хохотали так громко, что скатились на пол, расплескав вино из наших бокалов. Шла вторая бутылка, и нам уже становилось настолько хорошо, что скоро станет совсем плохо.

Я посмотрела на Лауру и впервые за все годы дружбы поняла, что не знаю подругу до конца. Я знаю ее смех, ее привычки, ее любимый латте. Но не знаю ее темных комнат.

И почему-то мне стало легче. Потому что у каждой из нас – своя тайна.

Мы чокнулись бокалами.

– За то, что мы все-таки решились говорить правду, – сказала Лаура.

Я кивнула.

– За то, что мы еще живы, – добавила я.

И мы вновь рассмеялись. Так громко, почти безумно, смахивая остатки слез.

Мы сидели на полу, прямо между диваном и журнальным столиком. На столе стояли пустые бокалы, недопитая бутылка и тарелка с остатками сыра. Из колонки Алисы доносилась негромкая музыка. Какая-то старая попса, под которую мы то пели, то хохотали.

– Слушай, – сказала Лаура, вытягивая ноги, – а давай позвоним Лере!

– Лере? – я захихикала. – Ты уверена? Она же строгая… Она нас завтра же с потрохами сдаст.

Валерия среди нашей троицы была всегда самая дисциплинированная и ответственная. Успевала совмещать работу и учебу, а также была старостой группы.

– Не сдаст! Она наша подруга. – Махнула рукой Лаура. – Я скучаю по ней. И вообще… – девушка подмигнула. – Хочу посмотреть, как она отреагирует, когда услышит про это.

– Про что? – притворилась я, хотя уже поняла, к чему она клонит.

– Про мой… Маленький бизнес, – сказала подруга с вызовом и прыснула со смеху.

Я захлопала ладонями по ковру.

– Ты сумасшедшая!

– Зато честная! – Лаура схватила телефон и набрала номер.

– Кажется, тебя прорвало! – захихикала я, слыша долгие гудки по громкой связи. – Если сказала одному человеку, и теперь не терпится пойти дальше. Кто следующий в твоем списке конфиденциальной информации?

Еще гудок. Я попыталась остановить подругу, но руки были слишком ватные, и вино придало ситуации оттенок безумного веселья. Через несколько секунд в динамике послышался сонный голос:

– Алло?

– Леркаааа, приве-е-е-е-ет! – в унисон завизжали мы.

– Вы что там напились? – хихикнула она в трубку.

– Да-а-а-а, – призналась я, хихикая. – А еще мы звоним тебе с определенной целью. Я только что расколола Лауру, и она призналась, наконец-то, чем занимается. Ты представляешь, что на это у нас ушло два года?

Не раз мы с Лерой говорили вдвоем о том, что Лаура от нас что-то скрывает.

– Не томи. Я сейчас умру от того, как ты пытаешься выдержать интригу, – голос подруги на том конце провода сразу оживился.

Мы переглянулись с Лаурой и вновь начали истерически смеяться, так и не решив, кто будет признаваться в такой пикантной тайне.

– Она снимается в порно! – прокричала я, подпрыгивая на месте.

– Вы что, разыгрываете меня?

– Нет! – воскликнули мы одновременно. – Это правда! Мы сейчас уже открыли третью бутылку шампанского и смотрим на результат ее творчества.

– Ты что несешь?! – зашипела Лаура, прикрывая динамик ладонью. – Не третью, а вторую. Не шампанское, а вино. И ничего мы не смотрим.

Я лишь театрально захихикала. На что подруга лишь раздраженно закатила глаза.

– Не можешь пить, веди себя прилично.

– Хочешь, мы пришлем тебе ссылку? Заценим вместе, на что способна наша подруга? – продолжила подкалывать я.

– О, боже, нет! – воскликнула Лера. – Пожалуйста. Я не хочу это видеть.

– Знаешь, я ей прям завидую. Она трахается с такими самцами, – не унималась я, делая еще глоток.

Кажется, кто-то только что превысил свою норму, которая сохраняла адекватность.

– Боже! Прекрати, пожалуйста.

– Лаура, а с неграми у тебя тоже было?

Кажется, здравомыслие окончательно меня покинуло.

Подруга нервно замотала головой из стороны в сторону.

– Так! – воскликнула Лера. – Я умываю руки!

– Покажи, – Я стала дергать испуганную подругу за плечо. – Лерка, прикинь. У нее даже с двумя неграми одновременно было.

– Все, пока.

Как только звонок завершился, Лаура кинулась на меня:

– Ах, ты, сучка! Ты подставила меня!

Эта коза знала, что я смертельно боялась щекоток, поэтому ее месть мне была страшна. Я вырывалась, но Лаура оказалась сильнее и ловчее. Я хохотала до боли в животе. Смех переходил в икоту, слезы текли по щекам, и от этого все казалось еще смешнее.

– Все, прекрати! – умоляла ее. – Сейчас блевану тебе на пол.

Возня была прервана звонком. Мы тут же замерли и посмотрели в сторону моего смартфона, лежащего на журнальном столике. Подруга слезла с меня, давая возможность встать и добраться до телефона. На экране всплыло имя, которое я уже и не надеялась когда-либо увидеть.

Лаура толкнула меня локтем в бок.

– Ответь, – кивнула она на айфон.

Я швырнула его обратно на журнальный столик и сделала несколько шагов назад, нервно качая головой. Звонок прекратился.

– Да что с тобой такое?

Подруга встала и подошла ближе, с беспокойством глядя на меня.

– Я… – промямлила в ответ, – н-н-не м-м-могу.

Это был долгожданный звонок. Я столько ночей проплакала в подушку, заливая душевную боль алкоголем, что совсем перестала надеяться, что когда-нибудь этот момент свершится.

Телефон вновь начал звонить. Лаура взяла его и вложила мне в руки.

– Ты должна ответить. Возможно, это что-то срочное.

Я провела по экрану дрожащим пальцем и сразу включила громкую связь.

– Привет, Мари.

Его голос звучал легко и безмятежно. Неужели мой муж совсем не волновался? Конечно, нет. Это же Зарянский.

– Добрый вечер. Чем обязана?

Я попыталась говорить четко и уверенно, боясь, что язык станет меня подводить и начнет заплетаться. Ну и угораздило же его звонить именно сейчас! Почему не несколькими часами ранее, когда в моем организме еще не было столько вина? Ох, нет. Если бы Андрей позвонил, когда я была в квартире Артема, было бы еще хуже.

– Завтра презентация в компании отца. Мы с тобой обязаны быть там как супружеская пара.

Я нервно закусила губу, решительно не понимая, почему он говорит мне это. Разве мы не разводимся? К чему этот цирк на публику?

– Будь готова к семи. Водитель привезет тебе платье и украшения.

Я только открыла рот, чтобы ответить, но не успела. Андрей повесил трубку. Я растерянно посмотрела на подругу. Лаура лишь игриво заулыбалась и села на диван, протягивая руку к своему бокалу.

– Кажется, у меня появился незавершенный гештальт.

Не совсем поняла, что именно подруга имела в виду. Я присела рядом и вопросительно взглянула на нее.

– Чтобы мне прислали платье с запиской: «Хочу видеть тебя завтра в этом».

Я раздраженно фыркнула.

– Ты описываешь слишком романтично, но в словах Андрея ничего подобного не было. Это больше похоже на приказ.

Подруга поднесла бокал и слегка стукнула им о мой.

– Знаешь, Мари, – пробормотала Лаура, зевая, – может, ты и считаешь поцелуй изменой… Но для меня ты просто впервые в жизни позволила себе быть живой.

Я хотела ответить, но слова застряли где-то в полусне. Мне удалось только обнять ее за плечо и закрыть глаза.

Мир кружился, как на карусели. А где-то внутри меня впервые за долгое время появилось чувство, что с Андреем не все кончено.