Жестокие сердца

5

Мэлис

Я швыряю стул через всю комнату, с недовольством наблюдая, как он не разлетается на тысячу кусочков, как мне бы того хотелось. Чем дольше продолжается это дерьмо, тем сильнее я чувствую, что раскалываюсь на тысячу кусочков.

– Да чтоб тебя, твою мать! – рычу я в пустоту, сжимая руки в кулаки так сильно, что ногти впиваются в кожу. Я делаю глубокий вдох, а затем встряхиваюсь, проводя ладонью по щетине на лице.

Времени побриться не было, но сейчас все это не имеет значения.

Мы только что потеряли еще одну ниточку. Еще одну зацепку, которая не подтвердилась. Прошло несколько дней с тех пор, как мы вернулись из Мексики, и кажется, будто мы ни на шаг не приблизились к тому, чтобы выяснить, где Уиллоу. Каждый гребаный день, который проходит без новостей и без решения проблемы, только усугубляет ситуацию.

Челюсть Рэнсома сжата, мускул на щеке дергается, пока он наконец не выдыхает.

– Просто… продолжим поиски, – говорит он напряженным голосом.

Виктор не произносит ни слова. Его взгляд прикован к компьютеру, а пальцы порхают по клавиатуре. Все, что он делает в эти дни, – это ищет, просеивает информацию, пытаясь отыскать зацепку, погребенную под всем этим гребаным ничем, на которое мы постоянно натыкаемся.

Он не отрывается от компьютера больше чем на пару часов, чтобы поспать, и то, как правило, только когда Рэнсом или я заставляем его. Его лицо измождено, голубые глаза налиты кровью, но он все равно продолжает работать.

И даже несмотря на все это, мы так и не нашли ее.

Раз я чувствую, что вот-вот потеряю остатки рассудка, то и мои братья чувствуют то же самое. Что бы я ни наговорил Вику, когда мы только приехали в отель, какие бы заверения ему ни давал, сейчас я забыл обо всем этом. Я чувствую себя так, словно внутри моего тела живет чудовище, которое разрывает меня на части.

Все, о чем я могу думать,– это о том, что мы ее подводим. Уиллоу полагалась на нас думая, что мы сохраним ее в безопасности, что такого дерьма не случится, а по итогу что? Мы облажались. И теперь даже найти ее не в состоянии.

Может, она сейчас страдает, мучается, а мы просто сидим тут, в этом проклятом гостиничном номере, и не можем ничего сделать.

Я бью кулаком по стене с такой силой, что по руке пробегает дрожь, а затем, тяжело дыша, прижимаюсь лбом к дерьмовым обоям.

– Как, мать твою, этот ублюдок сумел так запрятаться? Как мы вообще можем… проиграть ему? Ему, серьезно?

– Деньги и ресурсы имеют большое значение, – устало бормочет Вик. – Он может заплатить, чтобы замести следы.

– Мы вообще уверены, что он реально привез Уиллоу сюда? – спрашивает Рэнсом. – Может, он просто проезжал через Детройт и направился куда-то еще. Может, мы ищем не в тех местах.

Я вижу, как у Вика волосы дыбом встают и напрягаются плечи.

– Да, я уверен, – огрызается он, и его голос звучит напряженно и разочарованно. – Он где-то здесь. Я просто… я не могу установить последние необходимые связи. Не получается отследить его до конца. Он слишком хорошо скрывается, чтоб его.

– К черту все это.– Я резко качаю головой.– Мы должны пойти и допросить Оливию. Выбить из нее ответ, если понадобится. Она наверняка знает, где Уиллоу. Не похоже, что она позволила бы Трою увезти Уиллоу куда-то без ее ведома.

– Мы не знаем этого наверняка. И если приблизимся к ней, она добьется, чтобы нас арестовали,– отмечает Рэнсом.– Если помните, на нас всех теперь ордера выписаны, а не только на Мэла. Затаиться в отеле, где не задают вопросов, пока мы ищем Уиллоу,– это одно, но открыто преследовать Оливию было бы слишком рискованно.

Под кожей закипает раздражение. Когда мы возвращались в Детройт, Вик предупредил нас, что на данный момент ордера выписаны на нас всех, а значит, Оливия исполнила свою угрозу, которую озвучила несколько недель назад. Старуха наверняка понимала, что так нам будет труднее преследовать Уиллоу. Как же бесит, что эта стерва может вот так запросто ставить нам палки в колеса, сидя в своей гребаной башне из слоновой кости.

– Ну, а что, черт возьми, нам вообще делать? – рычу я. – Просто сидеть здесь?

Рэнсом морщится, проводя рукой по своим растрепанным каштановым волосам.

– Мне это нравится не больше, чем тебе, Мэл. Я бы с удовольствием задал трепку этой карге своими руками. Но если нас упрячут за решетку, мы не сможем помочь Уиллоу.

– Вот срань!

Я снова бью кулаком по стене, поскольку знаю, что он прав. Но я ненавижу эту правоту.

– Давайте просто… начнем сначала, – предлагает Рэнсом, хотя его голос звучит так же измученно, как и у всех нас. Мы обсуждали это так много раз, но так и не приблизились к какому-либо пониманию. Мы не можем просто так сдаться. – Что мы знаем?

– Мы знаем, что Трой приехал в Детройт, – автоматически отвечает Вик. – Я проследил за ним до города, но не дальше. Он связался со своей семьей, сказал им, что его не будет некоторое время. В офисах их корпорации его тоже не было. Он в общем-то испарился.

– И забрал с собой Уиллоу, – бормочу я. – Вряд ли есть много мест, где он мог бы прятаться, черт его дери.

Вик бросает на меня быстрый взгляд.

– Это большой город, Мэлис. И, как я не устаю повторять, у Коупленда есть деньги, чтобы оставаться незамеченным. Уверен, с его состоянием запросто можно нанять команду наемников, которые помогут ему прятать пленницу и как следует замести любые следы.

Слово «пленница» он произносит так, словно лимон прожевал, а у меня все внутри переворачивается. Мое солнышко… она слишком сильна, чтобы быть просто пленницей какого-то ублюдка, но сейчас она, по сути, и есть в плену.

Я меряю шагами комнату, чувствуя себя подавленным, запертым в клетке, будто животное. Если понадобится, я уже готов выбежать прочь из этого гребаного отеля и разнести на хрен весь город на части, разрушить до основания, лишь бы найти Уиллоу.

Каждая проходящая секунда – как нож в сердце, который вонзается все глубже и глубже. Чем больше я думаю о том, через что она, возможно, проходит, как она, возможно, страдает, тем острее становится этот нож и тем больнее он режет.

Я открываю рот, чтобы заговорить, но тут Вик внезапно выпрямляется. В его позе есть что-то резкое, какая-то настороженность, которой не было минуту назад.

– Постойте-ка, – говорит он.

Рэнсом в мгновение ока оказывается рядом с Виком, а я следую за ним. Во мне бурлит энергия, адреналин. Мы заглядываем Вику через плечо, не совсем понимая, что он там нашел. Его пальцы бегают по клавишам, печатая еще яростнее, а затем он откидывается на спинку стула.

– Вот, – говорит он слегка дрожащим голосом. – Я кое-что нашел. Недвижимость, которую Трой недавно приобрел. Черт, а он умеет заметать следы. Купил через подставную компанию, между ним и этим домом нет никакой связи. Но он принадлежит ему. Я в этом уверен.

– Ты о чем? – спрашиваю я, переходя сразу к делу.

– О том, что у него есть место, о котором мы раньше не знали. Я почти уверен, что оно принадлежит ему.

Мы все напрягаемся, обдумываем.

– Можешь получить снимки камер с этого места? – спрашиваю я Вика, вцепившись в спинку его стула. – Нужно быть уверенными, что этот дом его. И там ли он.

Пока я говорю, Вик, сузив глаза, уже работает.

– Место отдаленное, за пределами города, – говорит он, медленно выговаривая слова и одновременно просматривая информацию, которую собирает в режиме реального времени. – Похоже на какую-то хижину в лесу. Возможно, он купил этот дом как своего рода убежище на случай, если ему когда-нибудь понадобится залечь на дно. Или как место, где он мог бы заниматься своими темными делишками, оставаясь незамеченным. Посмотрим, что я смогу нарыть.

Еще несколько напряженных минут мы наблюдаем за работой братишки. Я знаю, что торопить его бесполезно. Но в то же время чувствую нетерпение, хочу, чтоб он поторопился. Отчаянно желаю, чтобы из его поисков что-то вышло.

Наконец Вик показывает несколько размытых кадров.

– Вот это сделано примерно неделю назад, – говорит он. На кадрах пара машин с тонированными стеклами едут по извилистой дороге, которая, как я полагаю, ведет к хижине.

– В этом районе не так много машин, – объясняет Вик. – По этой дороге почти не ездят машины. И время выбрано подходящее. Так что…

– Так что это наверняка она, – заканчивает Рэнсом.

– Это самая надежная зацепка, которая у нас есть, – соглашается Вик.

Мышцы, готовые к действию, напрягаются. Я, черт возьми, больше не могу ждать.

– Этой инфы уже более-менее достаточно, можно начать действовать, – говорю я им, после чего хлопаю ладонями по спинке стула Вика и отступаю назад. – Поехали.

Рэнсом бросает на меня взгляд, хотя уже направляется к шкафу, где мы храним оружие, купленное за последние несколько дней до этого.

– Ты же знаешь, что это будет нелегко, правда? С Троем будет охрана. И, учитывая, насколько хорошо была обучена команда, которая приехала за нами в Мексику, он, вероятно, не станет рисковать.

Я одариваю его мрачной улыбкой, хрустя костяшками пальцев.

– Ладно. Сегодня я в настроении убить не одного ублюдка.