Колючее сердце

2. ТОРН

Девушка напротив меня, наверное, на сорок процентов состоит из пластика. Если у нее хоть раз в жизни была оригинальная мысль, я сильно удивлюсь. А пока она ходит по кругу, обсуждая одни и те же три темы: тренды в соцсетях, свои планы на будущее и футбол.

Я почти отключился, когда она заговорила о соцсетях. В последнее время почти все девушки только и делают, что снимают дурацкие видео с танцами или вопросами к парню. Но она подробно описывает каждый тренд, а потом делает паузу, будто ждет, что я предложу снять с ней такое же дерьмовое видео. Нет уж, спасибо.

Я бы лучше прошелся босиком по раскаленным углям.

Ее планы на будущее до тошноты скучные. Она хочет детей — то ли двоих, то ли восьмерых, я так и не понял — но почти уверен, что девушке с двумя извилинами не стоит спешить с размножением. Она не из тех, кто будет делать дырки в презервативе, но, скорее всего, просто не верит в контрацепцию.

Мое внимание раз за разом цепляется за сверкающий крестик, болтающийся у нее на груди. Тот так блестит, что даже ее декольте не выдерживает конкуренции.

Почему это всегда самые набожные?

Хотя, стоп, она еще не заикалась о Боге…

Девушка наклоняется вперед и касается моей руки.

— Я каждый день благодарю Господа...

Ну вот, началось.

Я слегка поворачиваю запястье, чтобы взглянуть на массивные часы. Мы пробыли здесь всего двадцать минут, а я уже готов сбежать. Тем не менее, я настроен выдержать положенные полтора часа — хотя бы ради спокойствия родителей.

Вместо того чтобы сместить свой вес или как-то иначе продемонстрировать скуку, я сосредотачиваюсь на ее лбе. Ее брови не дрогнули ни разу за все это время.

Где мои родители вообще откопали эту особу?

Впрочем, у меня есть догадки. Они вращаются в высоких кругах среди потомственной элиты. Так что она, скорее всего, дочь одного из папиных приятелей по гольфу. Если бы мне пришлось гадать... ее родители владеют компанией из списка Fortune 500¹, у нее трастовый фонд, сравнимый с моим, а сама она плывет по течению университетской жизни, чтобы в итоге получить пафосный бесполезный диплом и мужа.

Одно я могу сказать точно: этим мужем буду не я.

Эти встречи служат своего рода утешением для моих родителей. Их отчаяние тонко завуалировано, и я бы ни за что не осмелился произнести данное слово вслух, но это именно то, что чувствуется. Отчаяние. Им позарез нужно, чтобы я нашел себе жену — ради сохранения безупречного имиджа.

Я морщу нос.

— Ой, что-то не так? — девушка тянется ко мне.

Я ловко уворачиваюсь, хватая бокал, и вру без тени смущения:

— Просто размышляю о предстоящей неделе.

Она улыбается, но щеки при этом остаются неподвижны.

— Я так жду пятницы! Папа достал билеты на твой матч. Футбол… в нем есть что-то волшебное, правда? — Пока она продолжает, мой взгляд становится стеклянным.

Не поймите меня неправильно — я чертовски люблю футбол. Но слушать, как она без конца тараторит о нем, — физически больно. Уверен, она ходила на все школьные матчи. Была в группе поддержки, встречалась с капитаном команды. А потом, по какой-то причине, бросила его и оказалась в Шэдоу Вэлли.

Черт.

Я, если подумать, даже не уверен, что она вообще учится в моем университете.

Она продолжает трещать о «Рыцарях ШВ», о том, какой замечательной будет эта неделя.

У меня начинает пульсировать висок.

Следующий взгляд на часы, и я понимаю, что честно отсидел положенный час. Еда почти съедена. Официантка исправно доливала нам напитки.

— Извини, мне нужно отлучиться на минуту.

Я бросаю салфетку на стол рядом с приборами и направляюсь прямиком в туалет. В этом заведении отдельные кабинки, так что, когда я закрываю за собой дверь, то остаюсь один впервые за...

Шестьдесят три минуты.

Я делаю вдох и достаю телефон.

Риз: Живой?

Мой лучший друг и товарищ по команде Риз Андерсон — единственный, кто способен вызвать у меня улыбку, даже когда хочется кричать.

Я: Не факт, что доживу до конца.☠️

Риз: Это всё такой бред.

И добавить нечего.

Риз: Тебе нужна девушка на твоих условиях.

Я фыркаю. Девушка на моих условиях... да, конечно. Я еле выкраиваю эти девяносто минут в неделю на дурацкие свидания. Кроме футбола, есть еще учеба. А кроме учебы — сон.

Вот и всё.

Ладно, иногда я выпускаю пар, делая что-то веселое или откровенно тупое — например, напиваюсь на тусовках с парнями из команды. Но такие моменты — редкость.

Если бы вы спросили, каким я представлял себе колледж... это точно было бы не так.

Восприятие — всё. Квотербек, заваливший курс по английской литературе, стал бы посмешищем — если не для всего университета, то уж точно для своей команды. Так что я тщательно слежу за учебой и держу планку.

Я образцовый лидер. На поле и за его пределами.

И никаких, блядь, девушек.

Но когда у меня заканчиваются отговорки, чтобы оставаться в туалете, я начинаю всерьез сомневаться в собственных принципах. Должен же существовать вариант получше?

Когда я возвращаюсь, девушка тут же оживляется. Ее загар выглядит еще более искусственным после моего короткого отсутствия. Она закидывает обесцвеченные волосы за ухо и кокетливо наклоняет голову.

— Я заказала нам десерт, — сообщает она. — У них есть кокосовый пирог с лаймом, звучит просто восхитительно. — Я морщусь. — Что?

— Только язычники любят кокос. — Я сжимаю салфетку в кулаке. — Кокос? Это же спорный ингредиент. Почему не выбрать что-то обычное? Например… — Я выхватываю десертное меню и пробегаю глазами по списку. — Шоколадный торт без муки. Даже мороженое было бы вкуснее.

Она смеется, и ее смех действует мне на нервы.

— О, Торн. Ты такой смешной!

Я не смешной.

Я не хочу быть смешным.

К несчастью, официантка возвращается с пирогом. Я откидываюсь на спинку стула, пытаясь отдалиться от стола. И от проклятого запаха кокоса.

Она делает два осторожных укуса, затем хмурится, словно взвешивая, стоит ли продолжать.

Есть небольшой шанс, что я все равно ее трахну, несмотря на кокосовое дыхание. Хотя от одной мысли о поцелуях у меня начинается крапивница, так что этот пункт сразу мимо. Годы наблюдений за тем, как мои родители избегают физических контактов, видимо, не прошли даром.

Поцелуи — это для подростков. А я давно уже не подросток.

Если на то пошло, прикосновения в целом — отстой. Парни из команды быстро усвоили: если они хотят видеть капитана в хорошем настроении, то должны принимать на себя атаки фанаток. Единственный вид прикосновений, который я готов терпеть — напрямую связанный с моим членом. Да, некоторые вещи неизбежны, если хочешь перепихнуться, но это чистой воды сделка.

Я плачу за ужин, она не жалуется, что я отказываюсь обниматься.

В общем-то, единственный плюс во всех этих свиданиях, устроенных моими родителями…

Хотя, у меня есть подозрение, что ее сиськи окажутся каменными. Они торчат, соски направлены прямо на меня, как пара фар, переключенных на дальний свет, и вносят примерно двадцать процентов в ее общий пластиковый образ.

— Может, пойдем? — Она отодвигает тарелку в центр стола. — Мы могли бы поехать к тебе...?

Ко мне.

Точно.

Она кладет руку мне на плечо, и я замираю.

Сегодня днем я случайно столкнулся с одной девушкой. Совершенно ненамеренно, но когда потянулся, чтобы помочь ей подняться, она зарычала на меня. Я добровольно протянул ей руку, а она ее оттолкнула.

И это было таким гребаным облегчением, хотя мой живот скрутило от того, как медленно она поднималась на ноги. К тому же ее вещи рассыпались повсюду... Среди прочего были таблетки. Серьезные обезболивающие, которые назначали и мне. Полтора года назад я травмировал колено, и мне пришлось пройти жесткую физиотерапию, чтобы вернуться на поле. Я до сих пор фиксирую его на тренировках и играх, и регулярно делаю ледяные ванны, но сейчас оно уже почти не беспокоит.

Что же случилось с той девушкой?

Пальцы моей спутницы вцепляются в предплечье.

Я отгоняю воспоминание о том, как незнакомка медленно уходила от меня, и снова фокусируюсь на пластиковой стерве передо мной. Любые мысли о том, чтобы переспать с ней, мгновенно испаряются, уступая место раздражению.

Я медленно освобождаю руку из ее хватки.

— У меня планы. Может, в другой раз.

На ее лице мелькает целая гамма эмоций: разочарование, смущение, злость. Возможно, она слышала слухи о том, какая я легкая добыча, и теперь сомневается в себе.

И правильно делает. Этот ужин был настоящей пыткой.

Она промокает уголки рта салфеткой и бросает ее на стол.

— Если продолжения не будет, тогда… увидимся, Торн. На игре. Может, ты будешь в лучшем настроении.

Я хмуро смотрю, как покачивается ее задница, когда она уходит.

Неужели я действительно хотел такого исхода?

Трясу головой и достаю телефон.

Я: Умоляю, скажи, что где-то проходит вечеринка.

Риз: Хочешь утопить в алкоголе воспоминания о свидании?

Я: Именно. И найти кого-то поживее куклы Барби.

Риз: Знаю одно подходящее место.