Контракт на новую жизнь

БОНУСНАЯ ГЛАВА I: «Пламя для троих»

Ночь выдалась прозрачной, как дыхание стекла. Под балдахином чужих звёзд, между ветвями шепчущих деревьев, балкон сиял мягким светом лун и отсветов магического кристалла, встроенного в перила. Ольга стояла, опершись ладонями о каменную плиту, в тонкой серебристой тунике, едва касавшейся бёдер. Её волосы были распущены, а кожа светилась от свежести купания в лесном источнике. Легкий ветерок пробежался по её плечам, словно приглашая быть откровенной этой ночью.

Она не ждала их, но знала — они придут.

Первым шагнул из темноты Лир. Его походка была ленива, почти насмешлива, как у большого хищника. На нём не было рубашки — только мягкие брюки и длинный тёмный жилет, распахнутый на груди. Его рога, закрученные назад, поблёскивали в лунном свете, а чёрные глаза смотрели так, словно он видел её насквозь.

— Не спишь, хозяйка? — прошептал он, подходя ближе, будто проверяя, можно ли приблизиться ещё.

— А ты? — отозвалась она, не оборачиваясь. — Пришёл по первому зову, которого не было?

— Ты думаешь, твоё желание не зов? — Он провёл пальцем по её обнажённой руке. — Оно горит, как маяк.

Ольга повернула голову. Его губы были так близко, и в глазах плясал тот самый огонь, который она не могла забыть. Но в этот миг воздух сменился. Он стал плотнее, как перед грозой.

С крыши ступил второй — Эйвар. Безмолвный, как тень. Его белые волосы развевались, а за спиной раскинулись полупрозрачные крылья, похожие на лезвия, светящиеся изнутри. Он был обнажён до пояса, его грудь вздымалась от тихого, глубокого дыхания.

— Ты не одна, — сказал он негромко, но голос его отозвался в её костях. — И этой ночью ты не будешь выбирать. Мы пришли — оба. Как всегда.

Она улыбнулась. Это была улыбка женщины, знающей, что сейчас произойдёт нечто великое. Она взяла Лира за руку, потом подала другую Эйвару.

— Тогда пусть будет ночь пылающей правды.

Они вошли в комнату, где стены были затканы тканью, а подушки — разбросаны по полу. Магические светильники медленно гасли, оставляя их в тени танцующего пламени.

Лир стянул с неё тунику, целовал плечи, шею, оставляя поцелуи, как следы от искр. Его ладони были горячими, и от каждого прикосновения в ней вспыхивал огонь.

Эйвар подошёл сзади, его крылья сомкнулись над ней, отрезая её от мира. Его руки были холоднее, почти ледяные, но это только подстёгивало жар. Он прошептал на ухо древние слова — ритуал на связывание тел, разума и желания.

Ольга стонала, теряясь между двумя стихиями: страстью демона и глубиной ангела. Она таяла в их руках, то ли возносясь, то ли растворяясь в том, кем была. Не полковник. Не хозяйка. А женщина — живая, настоящая, желанная.

В их троих сплеталась магия. На её коже вновь вспыхнул клеймо контракта, но теперь оно пульсировало в такт её сердцу.

Их ночь длилась в вечности.

И лишь утром, когда первые лучи коснулись кровати, Ольга, прижатая к двум телам, с закрытыми глазами выдохнула:

— Так вот как выглядит вечность… когда она не пугает, а утешает.