Маалик

Шарлотта усадила Аву на табурет в прекрасно оформленной кухне, отделанной белыми шкафами и гладкими чёрными мраморными столешницами. Холодильник был почти такого же размера, как квартира Шарлотты и Авы. Всё в этом особняке буквально кричало о богатстве. После того, что произошло с Авой в душе, Шарлотта не переставала суетиться вокруг неё. Пока Ава осматривалась, Шарлотта грела для неё пакет с кровью в микроволновке. Ава уже по одному запаху, доносившемуся со стороны микроволновки, понимала, что ей это не понравится.

— Шарлотта, расскажи мне про ребёнка. Какого чёрта ты уже на таком сроке? И ты выглядишь… по-другому, — она плотнее закуталась в одеяло на плечах, опираясь локтями о столешницу.

С тех пор как Шарлотта привела Аву сюда, это, наверное, был первый момент, когда Ава была спокойна, а её разум — свободен от хаоса, обычно затягивавшего все мысли. Она всё ещё была в лёгком шоке от того, что находится здесь, рядом со своей лучшей подругой, и что она в безопасности. Аве приходилось постоянно напоминать себе, что всё это реально. Она в порядке. Шарлотта в порядке, она рядом, и можно расслабиться… чем бы это, мать его, ни было. Ава была почти уверена, что никогда больше не узнает, что такое расслабиться. От каждого громкого звука, от каждого неожиданного движения она буквально подскакивала на месте.

Шарлотта обернулась, одарив Аву ослепительной улыбкой, и с любовью провела руками по своему животу.

— Ну разве это не чудесно? — просияла она.

Ава искренне улыбнулась Шарлотте. Если Шарлотта счастлива из-за ребёнка, значит, счастлива и Ава. Если кто-то на этой планете и был рождён, чтобы стать матерью, так это Шарлотта.

— Мне так много нужно тебе рассказать, Ава. Бо̀льшая часть, наверное, прозвучит безумно, — сказала Шарлотта, нахмурившись.

— Ты можешь удивиться, детка. После всего, через что я только что прошла, я сомневаюсь, что хоть что-то из того, что ты скажешь, покажется мне безумным, — ответила Ава с натянутой улыбкой, пытаясь чуть-чуть пошутить.

После того как Шарлотта помогла Аве выбраться из душа и привела её в порядок, Ава, всё ещё пребывая в сломленном состоянии, рассказала лучшей подруге, что с ней делали вампиры, державшие её в плену. Хотя в её памяти зияли огромные пустоты. Она не могла вспомнить лиц никого из тех, кто причинял ей боль. Когда она пыталась представить их черты, лица расплывались. Она помнила, во что они были одеты, и такие детали, как татуировки, шрамы, часы и украшения. Но как бы ни старалась, она не могла вызвать в памяти чёткий образ их лиц. Или вспомнить их имена. Самым ярким её воспоминанием были жестокие, абсолютно чёрные глаза. Каждый раз, когда она их вспоминала, её пронзал разряд ужаса.

После того как Ава рассказала о своём заточении, Шарлотта объяснила, что её похитителями были вампиры.

Ну надо же, — подумала Ава.

И что той ночью, ещё тогда, когда они были у себя в квартире, её забрал безумец по имени А̀ну.

— Знаешь, Ава, ты не одна. Я теперь тоже как ты. Ну, вроде того, — нервно сказала ей Шарлотта.

— Что значит вроде того? — нахмурилась Ава.

— Я наполовину вампир… наполовину ангел.

У Авы отвисла челюсть.

— Ангел? Да ну нахрен. Серьёзно? — она никогда в жизни ещё так не поражалась.

Ангелы? Ну а почему, блядь, нет? — подумала Ава. Если существуют вампиры, то кто сказал, что не могут существовать и другие существа? Чёрт, все любимые сериалы Шарлотты и Авы были о сверхъестественных существах, так что нельзя сказать, что они раньше о таком не слышали.

Шарлотта кивнула и обернулась, когда микроволновка пискнула, сообщая, что ужин Авы, как называла это Шарлотта, готов.

Ава умирала с голоду, и от мысли о тёплой крови, которую Шарлотта вот-вот собиралась ей подать, у неё во рту выступила слюна, несмотря на отвратительный запах, расползавшийся по кухне.

Шарлотта подошла и поставила перед ней чёрную кофейную кружку. Запах крови ворвался в чувства Авы. Её взгляд тут же приковало к густой жидкости.

— Если вкратце, Люцифер, самый настоящий Люцифер из Ада, — мой отец, а моя мать была ангелом. В ту ночь на нас напали демоны, Ава. Они пришли за мной. Люцифер послал их, чтобы убить меня и использовать для открытия врат, через которые он смог бы выбраться из Ада. Единственная причина, почему я сейчас не мертва, — Маалик. Он вампир. Он и обратил меня, наверное.

Что. За. Хрень?

Ава уставилась на Шарлотту, совсем забыв о кружке с кровью. Шарлотту тоже похитили? Только её постигла совсем иная судьба, чем её саму.

— Дьявол — твой отец? — Ава усмехнулась, вскинув на неё брови. — Ты? Которая и мухи не обидит?

Шарлотта рассмеялась.

— Знаю, звучит безумно. Вся эта ситуация безумна. Но клянусь, это правда, — потом её лицо потемнело, а глаза наполнились слезами. — Это из-за меня с тобой всё это случилось, Ава. Мне так жаль. Пожалуйста, прости меня.

Ава моргнула, и сердце болезненно сжалось при виде страданий подруги. Потом она покачала головой, поднялась и, вместе с одеялом, обняла Шарлотту.

— Даже не думай так. В этом нет твоей вины. Ты даже не знала, кто твои родители. Мы обе понятия не имели, что все эти… существа вообще существуют, — сказала она, махнув рукой.

Шарлотта отстранилась, и несколько слёз скатились по её щекам.

— Но они бы не забрали тебя. Ты бы не прошла через все те ужасные вещи, что с тобой случились, если бы искали не меня.

Ава выпрямилась. Всю свою жизнь она была одна. Ни семьи, ни друзей — только Шарлотта и её бабушка. Шарлотта была её семьёй. Её младшей сестрёнкой. И Ава ни за что, чёрт возьми, не позволила бы самому доброму и заботливому человеку на свете тащить на себе такую ношу, как её боль и её разбитое сердце.

— Шарлотта, — сказала Ава, вытирая слёзы с её щёк.

Ава нахмурилась, глядя на лучшую подругу какое-то мгновение. Если Шарлотта не чудовище, то, может быть, и она тоже?

— А теперь слушай меня, и слушай очень внимательно. Это не твоя вина. Ты меня слышишь? Во всём этом нет твоей вины. То, что случилось со мной, не имеет к тебе никакого отношения. Я мало что помню о том, кто меня забрал, но помню, что он принял меня за кого-то другого. Этот мужчина, то есть вампир, судя по всему, уже какое-то время следил за мной и преследовал. И это вообще никак не связано с тобой.

Ава вздрогнула, когда дверь кухни распахнулась. Высокий мужчина с распущенными чёрными волосами до плеч вошёл внутрь так, словно ему вообще не о чем было беспокоиться. Ава одним прыжком перемахнула через остров посреди кухни, уронила одеяло и, оскалив клыки, отступила к дальней стене. Её новые вампирские инстинкты сработали так быстро, что Ава не успела даже осознать, что сделала, пока не заговорила Шарлотта.

— Григори, сейчас не самое подходящее время, — сказала Шарлотта в панике, переводя взгляд с Авы на мужчину.

Григори остановился, подняв руки, а его тёмно-карие глаза остановились на Аве.

— Прости, я не понял, что она здесь, — сказал он Шарлотте, внимательно наблюдая за Авой. — Я друг, моя дорогая. Я ни в коем случае не причиню тебе вреда. Обещаю, — на этот раз он говорил уже с Авой, слегка кивнув ей.

— Сколько, блядь, мужчин вообще в этом доме? — огрызнулась Ава на Шарлотту.

Одно лишь присутствие этого мужчины ввергало её в панику. Её разум изо всех сил пытался различать, где добро, а где зло. Её инстинкты воспринимали каждого мужчину как опасность. Хотя, если подумать, был один-единственный раз, когда она не ощутила вспышки тревоги, — от зеленоглазого мужчины в ванной ранее. Если уж на то пошло, эффект был прямо противоположный. Его присутствие успокаивало её разум. Отгоняло навязчивые мысли.

Из-за этого она нахмурилась, не до конца понимая, что всё это значит.

— Думаю, я зайду позже. Дай знать, когда захочешь ужин, и я приготовлю тебе и малышу такое, что у тебя крышу снесёт, — сказал Григори Шарлотте с улыбкой, медленно пятясь из кухни.

— Здесь живёт много ангелов, Ава, — Шарлотта медленно выдохнула.

— Подожди, что? Ангелов? — растерянно спросила Ава.

— Да, ангелов. Они все падшие ангелы. Они знали мою мать… и отца, если уж на то пошло.

— Сколько? — снова спросила Ава, всё ещё напряжённо прижимаясь к стене.

— По-разному. Они приходят и уходят, когда хотят. Это их дом. Обычно здесь живут по меньшей мере четверо или пятеро одновременно.

Ава покачала головой

— Не знаю, смогу ли я сейчас с этим справиться, — прошептала она.

Падшие ангелы. Эти слова зазвучали у неё в голове, и к ней сразу пришли все истории, которые она когда-либо слышала об ангелах. Ангелы, павшие с небес, стражи из историй, которые она читала, или фильмов, которые смотрела. Хорошие. Плохие. Всё становилось всё страннее и, блядь, страннее с каждой минутой этой ночи.

— Маалик, ангел, которого ты видела раньше, в ванной, искал тебя без передышки все эти шесть месяцев. И он тоже подумал о том же. Что, возможно, будет хорошей идеей отвезти тебя куда-нибудь, чтобы ты могла восстановиться. Куда-нибудь подальше от вампира, который тебя забрал. Маалик — первый из нашего рода, — сказала ей Шарлотта, глядя на неё с тревогой.

— Нашего рода? — нахмурилась Ава в замешательстве.

— Вампиров, — осторожно ответила Шарлотта.

Точно. Я больше не человек. Я вампир.

— Подожди. Ты же сказала, что он ангел? — спросила Ава.

Шарлотта кивнула.

— Да, это так, но он ещё и вампир. Как я… в некотором роде.

Ава несколько секунд смотрела на Шарлотту, пока её слова оседали в сознании.

Как Шарлотта… значит, он должен быть хорошим.

— Маалик может научить тебя контролировать жажду крови. Чтобы ты никому не навредила. Он научил этому меня. Он ещё может научить тебя правильно о себе заботиться. Как… быть вампиром, — объяснила Шарлотта.

Ава прокрутила слова Шарлотты у себя в голове. Она не хотела больше никому причинять боль. Грудь болезненно сжалась при мысли обо всех тех людях, которых она растерзала в ночном клубе. Она не хотела быть чудовищем, как то существо, которое её обратило. Она хотела быть хорошей, как Шарлотта.

— Куда он меня увезёт? Ты поедешь со мной? — спросила Ава, и в ней снова начала нарастать паника.

А что, если и в следующем месте тоже будут другие такие падшие ангелы?

— У Маалика есть замок в Румынии. Он спрятан высоко в горах. О нём никто не знает. Он неприступен. Там никто не сможет причинить тебе вред. Обещаю, Ава, там ты будешь в безопасности, — заверила Шарлотта, подходя ближе и мягко беря её за руку. — Идём, сядь обратно. Выпей свой… ужин.

Ава позволила Шарлотте отвести себя обратно на место. Шарлотта снова набросила одеяло ей на плечи, а Ава взяла всё ещё тёплую кружку и сделала маленький глоток. Стоило ей проглотить, как она закашлялась, выплёвывая всё обратно.

— О боже, Шарлотта, это отвратительно, — сказала Ава, скривившись и отталкивая кружку. — Ты что, правда пьёшь эту гадость? Живёшь на ней?

Если это и есть то, что теперь придётся делать Аве, кто-нибудь мог бы просто сейчас же вонзить в неё кол. Это было мерзко, словно она хлебнула протухшего молока. Ни сладости, ни эйфорического ощущения в придачу. Просто откровенная гадость.

Шарлотта виновато посмотрела на Аву.

— Что? Я серьёзно. Ты правда пьёшь это дерьмо? — сказала Ава, снова морща нос при взгляде на кружку.

Она была просто голодна, а не умирала с голоду, вероятно потому, что в ночном клубе нажралась как обжора. Крики тех бедных, невинных людей угрожали снова просочиться в её сознание, но она их отогнала.

Но, господи, на вкус они были потрясающими.

— Вообще-то я никогда раньше не пила из пакета с кровью, — призналась Шарлотта.

— Что? А что ты тогда пьёшь? Почему я не могу просто пить то, что пьёшь ты? — нетерпеливо спросила Ава.

— Ты не будешь пить то, что пью я, — резко отрезала Шарлотта, её глаза заволокло чёрным, заставив Аву испуганно отшатнуться. — О боже, Ава, прости. С тех пор как я стала вампиром, мне иногда трудно контролировать свои эмоции. Уверена, ты прекрасно понимаешь, о чём я. Слушай, я пью у… Романа, — призналась Шарлотта, её щёки залил румянец, а глаза снова стали обычного серого цвета.

Ава скривилась, глядя на подругу, а потом до неё дошло, и брови поползли вверх. Она подняла руки.

— Я абсолютно, никогда, ни за что, и я имею в виду вообще никогда, не хочу пить у отца твоего ребёнка, Шарлотта… Никогда… Фу, — заявила Ава.

Теперь понятно, почему у Шарлотты… случился такой момент. Даже сама мысль об этом казалась уже чем-то за гранью. Слишком интимно. Что почти заставило её рассмеяться, потому что в клубе это ни секунды не было интимно. Те люди были для Авы просто едой — и ничем больше. Но по тому, как Шарлотта покраснела, Ава поняла, что, когда любишь кого-то, всё совсем иначе.

— У тебя от этого клыки встают? — заговорщически прошептала Ава и не смогла сдержать ухмылку.

— Ава! — глаза Шарлотты в ужасе расширились.

— Он у тебя типа клыкофил. Так это называется? — сказала Ава, уже смеясь, а потом у неё самой расширились глаза. — У него же от твоих клыков встаёт? Я и не знала, что в тебе это есть, — она захохотала, едва не соскользнув со стула.

— Я сейчас перемещусь и та-а-ак тебе врежу, Ава, клянусь богом, — Шарлотта сердитым шёпотом бросила это через всю кухню, но Ава видела, что та изо всех сил старается не рассмеяться.

— Слушай, детка, если не считать всех шуточек про любителя клыкастых, не думай ни на секунду, что я не заметила, как ты не ответила мне, поедешь ли ты в этот так называемый замок, если я соглашусь, — сказала Ава, впервые с момента своего плена начиная чувствовать хоть какое-то подобие нормальности.

Шарлотта в ответ широко улыбнулась и покачала головой.

— Я буду навещать тебя каждый божий день. Столько, сколько ты сама захочешь. Но ночевать буду здесь. Теперь это мой дом, Ава. Здесь, с Романом.

— На кой хрен ты собираешься каждый день приезжать ко мне в Румынию, а потом каждую ночь спать здесь? Это не имеет никакого смысла, — она нахмурилась, глядя на кружку и размышляя, стоит ли попробовать ещё раз.

— У вампиров есть определённые способности. Телепортация, или мгновенное перемещение, — одна из них. Смотри, я покажу, — в одно мгновение Шарлотта была по другую сторону кухонного острова, а в следующее уже стояла рядом с Авой.

— Да что, блядь, вообще происходит? — у Авы отвисла челюсть.

— Маалик и этому тебя научит, — сказала ей Шарлотта.

— То есть ты просто будешь делать так каждый день, чтобы меня навещать? — спросила её Ава.

Шарлотта кивнула.

— Клянусь. Каждый день. Обещаю, Маалик будет держать тебя в безопасности.

— Ты раньше сказала, что он меня искал. Он ведь даже меня не знает. Зачем ему вообще было пытаться меня найти? — спросила Ава.

— Это тебе нужно спросить у него самой. Не думаю, что мне стоит отвечать на это за него. Но ты правда его не помнишь? Вы уже встречались раньше. Ты после него была под впечатлением.

— Что? Когда? — Ава этого не помнила.

— В ту ночь в клубе. В ту ночь, когда нас обеих забрали. Ты сказала, что он пошёл за тобой в уборную, — тихо хихикнула Шарлотта.

Ава нахмурилась, возвращаясь мыслями к той далёкой ночи, когда они с Шарлоттой были просто двумя молодыми беззаботными девушками, вышедшими развлечься. Она начала вспоминать клуб. Они тогда много выпили. А потом воспоминание вернулось. Она зашла в уборную. Он вошёл следом, глядя на неё так, словно она была его самым драгоценным сокровищем. А потом он поцеловал её. Её щёки запылали от этого воспоминания, зря тратя ту малость крови, которую она только что выпила. Её тело обдало жаром при воспоминании о том, что они делали у стены. Никто и никогда не заставлял её чувствовать себя так. Никогда.

Ава встряхнулась, быстро снова схватила кружку и сделала большой глоток, только чтобы тут же скривиться и опять выплюнуть всё обратно.

Фу.

— Я видела этот взгляд. Теперь ты его вспомнила, да? — с тихим смешком сказала Шарлотта.

Ава бросила на неё сердитый взгляд.

— Ладно, да, я вспомнила. Но этого больше не будет. Ни один мужчина, ангел, вампир — да кем бы, блядь, ни были все эти существа на этой планете — больше никогда ко мне не прикоснётся.

Шарлотта склонила голову набок, и её улыбка погасла.

— Ава, мне жаль, что с тобой это произошло. Жаль всё, через что тебе пришлось пройти. Если бы я могла забрать это у тебя, ты же знаешь, я бы это сделала.

Ава прислонилась головой к Шарлотте, и та обняла её.

— Я знаю, что сделала бы, Шарлотта. Но, как я уже тебе сказала, в этом нет твоей вины.

Они ещё долго стояли так. Ава впитывала утешение, которое дарила ей подруга, и ту тихую безопасность, в которой она неожиданно для себя оказалась. И всё же где-то на заднем плане не исчезало странное чувство страха. Страха, что монстр, забравший её, знает, что она здесь.

Что он как-то всё это спланировал.

Может, Шарлотта права, и сейчас это место для меня небезопасно.