Маалик

Впервые за многие столетия Маалик собрал за своим великолепно резным столом в замке глав всех вампирских кланов. Окидывая взглядом собравшихся вампиров, он чувствовал умиротворение среди своей второй семьи. Каждый прибыл, чтобы услышать, что скажет им их создатель, и все знали, что это нечто чрезвычайно важное, раз с их последнего подобного собрания прошло столько лет. Его напряжённый взгляд встретился с девятью вампирами, сидевшими молча, неподвижно, словно статуи, терпеливо ожидая его слов.

— Прошло много времени, друзья мои. Благодарю вас всех за то, что проделали долгий путь от своих кланов, чтобы встретиться со мной. Я бы не созвал вас всех сюда, если бы это не было важно, — сказал им Маалик.

— Приятно снова видеть тебя. Прошло слишком много времени, — голос Димитрия прокатился вдоль стола, а его русский акцент оставался таким же густым, как в тот первый день, когда Маалик встретил его тысячи лет назад.

Его светлые волосы были зачёсаны назад, а виски выбриты, открывая татуировки, тянувшиеся по бокам головы. Его тёмно-синие глаза внимательно изучали его.

Наверное, замечает, как измождённо я выгляжу, — подумал Маалик.

Маалик кивнул, улыбаясь в ответ.

— И мне приятно видеть тебя, Димитрий. Приятно видеть вас всех. Прошу прощения за своё отсутствие. В последние несколько месяцев меня сильно отвлекали разные дела.

— Не нужно извиняться, Маалик. Ты наш король и не обязан ничего объяснять, — заговорил Конан, глава Немецкого Клана.

Его тёмно-каштановые волосы до плеч спадали волнами, а светло-голубые глаза смотрели на него. Точная копия своего брата-близнеца, Киарана. В памяти Маалика на миг всплыл образ братьев-близнецов с их последней встречи.

Маалик кивнул ему, всем им, пока они негромко переговаривались и соглашались со словами Конана.

— И всё же, как только мы разрешим нынешнюю ситуацию, я вернусь и сосредоточусь на вампирских кланах и дворах. Я благодарен вам всем за то, что вы поддерживали порядок в кланах во время моего… отсутствия, — сказал он. — А теперь к более насущным делам. А̀ну вновь объявился после всех этих лет и, похоже, затаил против меня личную вендетту. Он похитил женщину в Америке. Я и мои братья в Лос-Анджелесе месяцами искали её и ничего не нашли. Будто она исчезла с лица земли. Происходило ли что-нибудь необычное, о чём кто-то из вас знает?

— За последние несколько десятилетий по всей Европе начали появляться вампиры-изгои, сея хаос. Все мы крепко держим в узде своих обращённых и их линии. Все они знают правила и наши порядки, а также наказание за то, что выйдут из повиновения. Мы недоумевали, кто их создаёт, — заговорила Лорена.

Красавица с песочно-светлыми волосами и ореховыми глазами была главой Французского Клана.

— Вампиры-изгои? Как я мог об этом не слышать? — нахмурился Маалик.

— Мы сами с этим разбирались. Не было нужды беспокоить тебя из-за этого. Они появляются, мы разбираемся с ними и зачищаем следы их беспорядка. Проблема решена, — небрежно сказал Виллар.

— Впредь я бы хотел знать, когда происходит что-то подобное. Кто эти изгои? Какова цель их появления? — спросил он.

— Мы думаем, кто-то пытался собрать армию, — серьёзно ответил Такеши. — Всё началось с редких одиночек тут и там, нападавших на деревни и маленькие городки. Потом, когда их число выросло, они начали появляться в городах и привлекать к себе всё больше внимания, и стало очевидно, что кто-то создаёт их намеренно. Теперь, когда ты говоришь, что А̀ну вернулся, думаю, мы получили ответ, кто за этим стоит.

Маалик яростно замотал головой.

— Грёбаная армия новообращённых вампиров. Он что, совсем, блядь, идиот? Неудивительно, что они сеют хаос. Без должного надзора со стороны своего создателя они совершенно неуправляемы.

— В последнее время ходят и другие слухи, и они довольно тревожные, — теперь заговорила Аделина, глава Румынского Клана. Её длинные каштановые волосы были заплетены в толстую косу, свисавшую через плечо, а жутковатые ледяные голубые глаза обвели взглядом стол, прежде чем снова остановиться на Маалике.

— Какие? — спросил он у неё.

— Ходят слухи, что на Земле находится высокопоставленный демон из Ада и что эта вампирская армия — для него, — она склонила голову набок, наблюдая.

Маалик застыл, глядя на Аделину, и ледяная дрожь поползла у него по позвоночнику.

Высокопоставленный или Архидемон? — подумал он, встревоженный всем этим.

В его сознании пронеслись картины Азазеля. Он и другие падшие ангелы, отчаянно пытающиеся удержать тёмного демона.

Пытающиеся убить его.

— Если этот слух правдив, тогда мы все по уши в дерьме. У меня есть ощущение, что этот демон — Архидемон. Это самые высокие и самые могущественные демоны в Аду. Несколько месяцев назад мы, падшие и я, столкнулись с одним из них, и даже когда мы все сражались с ним вместе, он всё равно мог одолеть нас. Их сила не похожа ни на что из того, что я когда-либо видел.

По столу прокатился ропот. Вампиры быстро заговорили на своих родных языках, и на их прекрасных лицах отразилось беспокойство. Маалик прекрасно знал, о чём они думают. Если он и ангелы не могли одолеть такого демона, тогда какого чёрта им делать, если придётся столкнуться с одним из них?

— Мы слышали о заварушке на вашей стороне мира. Демоны, врата в Ад и Люцифер, — сказала Каллиас, глава Греческого Клана, одарив Маалика лукавой улыбкой.

Её длинные волнистые чёрные волосы ниспадали на плечи, а глубокие карие глаза сияли, глядя на него.

— С ангелами никогда не бывает скучно, да?

Маалик не смог сдержать ответной усмешки. Каллиас всегда с тёплым любопытством относилась к ангельской стороне Маалика и его падшей семье.

— Это было немного больше, чем просто заварушка, дорогая Каллиас. Армагеддон никому бы не пришёлся по вкусу, — уверил он, приподняв бровь.

— Говори за себя, — Каллиас ухмыльнулась, сверкнув клыками, а Круз, темноволосый кареглазый мужчина, глава Испанского Клана, сидевший рядом с ней, усмехнулся.

Маалик ухмыльнулся, несмотря на тему разговора. Он легко мог представить Каллиас и двух её сестёр, Афину и Офелию, сеющих хаос и с улыбкой до ушей прорубающихся через орду демонов. Они просто не могли иначе, обожая жизнь, полную крови, сражений и секса.

— Что за женщина, о которой ты говоришь? Почему она важна? Что А̀ну от неё нужно? — с любопытством спросил Димитрий.

Маалик глубоко вздохнул, проведя рукой по волосам. Он украдкой бросил взгляд на Виллара, и тот ободряюще кивнул.

— Она моя… кажется, — сказал Маалик, нахмурившись.

— В твоих словах нет никакого смысла, Маалик. Ну же, выкладывай. Что происходит? — спросил Димитрий, махнув на него рукой.

— Она точная копия Илины, — сказал им Маалик, и перед его мысленным взором всплыло прекрасное лицо возлюбленной.

— Илины? — прошептала Аделина, и её большие голубые глаза широко распахнулись.

Много лет назад Аделина была одной из самых близких подруг Илины. Они были как сёстры. Всякий раз, когда кланы собирались вместе, эти двое были неразлучны.

— Как? — спросила она, задыхаясь.

Все взгляды были устремлены на Маалика.

— Не знаю. Сначала я подумал, что она переродилась. Но она пахнет иначе… на вкус тоже другая. Но выглядит точь-в-точь так же. Я не знаю, может быть, она двойник. У меня сейчас нет ответов. Всё, что знаю, — А̀ну забрал её, и я даже не хочу знать, что он с ней делает. Мы должны вернуть её.

По столу прокатились согласные голоса, и вампиры снова погрузились в собственные обсуждения того, что значит эта женщина и что задумал А̀ну.

— Мне нужно, чтобы вы все поймали кого-нибудь из этих изгоев и вытрясли из них ответы. Нам нужно выяснить, какого хрена добивается А̀ну. Если он работает на Архидемона или связан с ним, тогда мы все в беде. Нам нужно узнать, для чего нужна эта так называемая армия, и нужно выяснить, где, блядь, он находится и где держит Аву. Мне следовало выследить его ещё столетия назад, — последнюю часть он сердито пробормотал себе под нос.

— Это не твоя вина, Маалик. А̀ну умеет исчезать лучше кого бы то ни было. Мы, вероятно, никогда бы его не нашли, если бы он сам этого не захотел. Но теперь, если именно он стоит за обращением стольких вампиров, выследить его не должно быть слишком трудно, — сказал Виллар.

— Дай нам немного времени, чтобы вернуться в свои кланы и разослать наших воинов на поиски. Мы свяжемся с тобой, как только что-нибудь услышим, — сказал ему Димитрий, поднимаясь со своего места, кланяясь Маалику перед тем, как исчезнуть, молниеносно вернувшись домой.

Остальные главы тоже поднялись со своих мест, все попрощались и тоже исчезли из зала, пока не остались только Виллар, Такеши и Каллиас.

— Эта женщина, о которой ты говоришь… копия Илины. Из-за неё ты выглядишь таким измождённым? — спросила Каллиас, с любопытством глядя на него.

Маалик слегка кивнул, слишком уставший, чтобы всё объяснять.

— Что ж, тогда этого мне достаточно, чтобы понять, насколько важна для тебя эта Ава. Мы должны найти её. Ты не зря беспокоишься о том, как А̀ну с ней обращается. Если она похожа на Илину, он будет беспощаден. Уверена, вы все помните его странную одержимость Илиной. Нам нужно найти её быстро, — сказала она, на её тонких тёмных чертах проступила лёгкая хмурость.

Маалик в сотый раз провёл руками по волосам.

— Теперь вы понимаете, почему я так тревожусь. Я должен вернуть её любой ценой.

— Мы найдём её, Маалик. Просто дай нам немного времени, — успокоил Виллар, сжав плечо Маалика.

— Прошло уже слишком много времени. Я знаю, что он причинил бы ей боль, просто не знаю, насколько всё плохо, — тихо сказал Маалик.

— Что ж, значит, нам лучше поторопиться, — Такеши грациозно поднялся из-за стола, и Виллар с Каллиас сделали то же самое.

Они все попрощались и исчезли, оставив Маалика сидеть в одиночестве за гигантским деревянным столом, пока за его спиной потрескивал огонь, а тревожные мысли полностью завладевали им.

Должно быть, он просидел так, погружённый в себя, добрых полчаса, прежде чем нахмурился и выпрямился в кресле.

Оглушительный раскат грома потряс ночь, а затем он увидел, как за окном вспыхнуло небо, и молния прочертила тёмный небосвод. Что-то не так. Он чувствовал это.

Что-то приближалось.

Он не знал, кто это и что, но чувствовал, как всё ближе подступает чьё-то могущественное присутствие.

Вампир напрягся, склонив голову набок и напряжённо вслушиваясь, но в замке стояла тишина. Он поднялся со своего места, когда над замком снова прогремел раскат грома, а тревожное ощущение чьего-то могущественного присутствия всё приближалось.

Ничто не должно было суметь проникнуть на территорию или пройти за ворота. Он укрепил всё могущественной магией. Сам Гедеон заново поставил и тщательно проверил защитные чары.

Маалик молниеносно спустился к главному входу как раз в тот момент, когда у парадной двери появился Гедеон. Волосы вампира были влажными, и на нём были только чёрные спортивные штаны. Вдоль позвоночника Гедеона вилась татуировка в виде закрученного письмена на языке, которого Маалик не знал, переплетённого с замысловатыми символами. Вампир повернулся и нахмурившись впился взглядом в Маалика.

— Ты это чувствуешь? — спросил он.

Маалик кивнул и, не теряя времени, ввёл код в систему безопасности и открыл входную дверь.

И тут же застыл, широко распахнув глаза и затаив дыхание.

Маалик услышал, как за его спиной Гедеон потрясённо втянул воздух.

Невозможно.

Там кто-то был… нет… что-то стояло у двери и молча ждало его.

С виду это была женщина. Её длинные иссиня-чёрные волосы спадали на обнажённую грудь, вокруг тонкой талии висел золотой пояс из цепочек и амулетов, а тёмные складки чёрного шёлка струились слоями, ниспадая на каменные ступени. Кожа на её лице, руках и обнажённой верхней части тела была такой бледной, что в сиянии полной луны, выглядывавшей сквозь разрывы в грозовых тучах, казалась белой. Подбородок и нижнюю челюсть покрывали мистические символы, вытатуированные тёмно-индиговыми чернилами, губы были кроваво-красными. Маска из глубоких чёрных перьев, расходившихся над её головой веером, закрывала глаза и верхнюю часть головы. Перья переходили в новые золотые цепочки, кристаллы и амулеты, а затем превращались в замысловатую корону, вытягивавшуюся острыми золотыми шипами.

Это существо было одновременно пугающе прекрасным и устрашающим.

Маалик не мог понять, скрыты ли её глаза маской, делая её слепой, или магия позволяет ей видеть. Она склонила голову, открывая рот.

— Король Ночных Странников, я искала тебя, — её голос отдавался эхом, будто в нём шептало больше одного голоса, столь же жутко прекрасный, как и её внешность.

— Что ты такое? — настороженно спросил он.

И всё же он не чувствовал ни зла, ни опасности. Только необъятную силу.

— Я жрица Мойр, — говорила она этим магическим шёпотом.

Маалик втянул воздух, и его глаза широко распахнулись.

Она была жрицей Судеб, древних греческих богинь. В ней была сила трёх Судеб, и всё, что она говорила, звучало магией и истиной. Неудивительно, что он чувствовал её присутствие. И неудивительно, что защитные чары не смогли её сдержать.

Она была не из этого мира… она была между мирами.

— Зачем ты искала меня? — спросил он, сбитый с толку.

— Предсказанное будущее, послание от друга, тёмный ангел, пьющий кровь, брат без крыльев, — ответила она, склонив голову в противоположную сторону.

— Почему ты здесь, Жрица? Я не присягал на верность вашим богам и богиням.

— Меня послали с предупреждением, Король Ночи. С историей о грядущем, о том, что уже было, и о том, что сливается с настоящим, — её призрачный голос пустил дрожь по его позвоночнику.

Медленно, в неестественном движении, она склонила голову набок, словно глядя через плечо туда, где стоял Гедеон, неподвижный, как статуя.

— Эти слова не для тебя, Охотник за Тенями, — сказала она, а затем взмахнула кистью, и Гедеон за его спиной исчез.

Охотник за Тенями?

Маалик напрягся, резко обернувшись, чтобы уставиться на Жрицу, но она заговорила так, будто только что не отправила Гедеона неведомо куда.

— Слушай внимательно, ибо моё время на исходе. Ты слышишь меня? — спросила она, жутко повернув своё безглазое лицо так, чтобы смотреть прямо на него.

— Я слышу тебя, Жрица. Я слушаю, — медленно кивнул он.

В ответ она чуть кивнула.

— Слушай же, Король Ночи. Ибо вот послание, предсказанное тебе Мойрами:

Три брата, сплетённые нитью одной,

И ключ их судьбы сокрыт под луной.

С Небес ангелы были низвергнуты в Ад,

В саму бездну, где мрак им был рад.

Один из братьев лишился Небес

И в вечный был ввергнут позорный арест.

Другого предали, ложью сгубя,

Крыльев его лишив навсегда.

Последний же брат ускользает от взора –

Где он теперь, за каким из затворов?

…три брата, сплетённые нитью одной…

Жрица закончила свою загадку, а затем просто отвернулась от Маалика и зашагала прочь, обратно в ночь.

— Постой, Жрица, что всё это значит? — взмолился Маалик, выходя за дверь вслед за ней, но она обернулась так стремительно, что он не уловил самого движения, и подняла руку, взмахнув кистью в его сторону.

Невидимая сила ударила Маалика с такой мощью, что его отбросило назад, дверь с грохотом захлопнулась, а он тяжело рухнул на пол, проехал по нему и врезался в каменную стену.

Какое-то мгновение он был оглушён, всё тело ныло от удара. Она была сильнее, чем Архидемон, с которым им довелось столкнуться. Он с трудом подтянулся в сидячее положение и прислонился спиной к стене, пытаясь перевести дыхание, когда в кармане зазвонил телефон.

Что, мать вашу, вообще происходит? — подумал он, с усилием поднимаясь на ноги.

Телефон зазвонил снова, и он вытащил его из кармана штанов, растирая ладонью заднюю сторону шеи.

Где, блядь, Гедеон?

— Что? — рявкнул он, разминая ноющую спину.

— Маалик, мы нашли её, — в трубке прозвучал голос Романа.

На секунду мысли Маалика опустели, а сердце замерло.

— Что? — переспросил он сдавленным голосом, не уверенный, правильно ли расслышал брата.

— Аву, мы нашли её… Всё плохо, Маалик. Тебе нужно прибыть сюда прямо сейчас, — сказал ему Роман.

Маалик кивнул, хотя Роман не мог его видеть. Облегчение и шок обрушились на него, как товарный поезд.

«Всё плохо, Маалик».

Эти три слова снова и снова прокручивались у него в голове, пока в сознании роились сотни возможных вариантов.

— Я выдвигаюсь, — сказал Маалик Роману, завершил звонок и резко провёл ладонью по лицу, пытаясь разобраться во всём, что произошло за последние десять минут.

Быстро найдя номер Гедеона, он нажал вызов. Вампир ответил после первого же гудка.

— Что это, блядь, вообще было, Маалик? — раздражённо рявкнул Гедеон.

— Где ты, чёрт побери? Ты в порядке? — спросил он.

— Я прячусь в деревьях в каких-то сраных джунглях, потому что эта грёбаная жрица телепортировала меня на какой-то тропический пляж… посреди, мать его, дня! Сказать, что моё внезапное появление ни хрена не напугало сотни людей вокруг, — это ещё мягко сказано, и по какой-то ёбаной причине я не могу телепортироваться, — сообщил ему Гедеон тихим, злым голосом.

— Попробуй сейчас, её больше нет. Я больше не чувствую её присутствия, — сказал ему Маалик.

Секунду спустя перед ним появился взбешённый Гедеон.

— Мне нужно в Лос-Анджелес, и прямо сейчас. Проверь защитные чары, — приказал Маалик, ничего больше не объясняя.

Теперь, когда он собственными глазами увидел Гедеона и убедился, что с ним всё в порядке, ему нужно было попасть к Аве.

Я иду, Ава. Его мысли успокоились, когда перед внутренним взором появился её прекрасный образ, а затем Маалик исчез, молниеносно переместившись в особняк брата в Лос-Анджелесе.