Секлетея. Восток

Москва, апрель 2005 года

Рано утром, в аэропорту Ханты-Мансийска Лита купила билет из Москвы до Питера. Самолет прилетел во Внуково в шесть часов утра по Москве. Она транзитом пересела на следующий рейс и уже в одиннадцать утра, к огромной радости своих близких, неожиданно появилась на Большой Морской. В понедельник Лита посетила офис «Витафармы» и убедилась, что фирма без неё работает как часы. За кофе они с Маргаритой Васильевой обсудили текущие вопросы, потом она заглянула в бухгалтерию и откланялась. На вечер было выкуплено купе в поезде «Гранд-Экспресс» для неё, Максима, Эви и кошки Барсы, а Юхур уже в понедельник днем выехал в Москву.

Марина встретила их блинами и изысканным оливье. Виктор Петрович рано утром прибыл из Фрязино и с удовольствие разделил с ними трапезу. Затем Лита удалилась с коллегами в кабинет и после нескольких общих фраз они начали системно обсуждать ситуацию с «Полимедом» в надежде найти верное решение.

– Как там у них обстановка в штаб-квартире? – обратилась Лита с вопросом к Марине.

– Все очень напряженно, сотрудники в состоянии легкого шока. Поступило несколько заявлений об увольнении.

– А от кого?

Марина протянула ей тоненькую папку.

– Вот, секретарша Грача хочет уйти, потом еще два менеджера по закупкам, три продавца, и в довершение всего – главный бухгалтер.

– Ну, хорошо, мы всех отпустим с миром, а вот главный бухгалтер должна отработать минимум месяц. Что у неё в контракте?

– Там месяц отработки.

– Ну, так пусть отрабатывает. А есть там в бухгалтерии кто-то на замену?

– Там есть несколько возрастных теток, но не знаю, как они смогут её заменить.

– Лучше нам привести своего человека со стороны. Виктор Петрович, вы сможете нам кого-то подыскать?

– Мне понравилась заместитель главбуха в «Истоке». Там вообще дружный коллектив – все жители Фрязино и окрестностей.

– А она согласится ездить в Москву?

– Думаю, что согласится. Конечно, при соответствующем повышении зарплаты.

– А что там во Фрязино, есть желающие уволиться?

– У меня папка потолще будет, чем у Марины, – с хитрой улыбкой изрек Виктор Петрович. – Я там уже две недели провожу разные внезапные проверки и выявил целый взвод «подснежников». Вот их заявления об уходе по собственному желанию – в папке двадцать девять документов.

– Как много! Расскажите подробнее об этих ваших внезапных проверках.

– Сначала я проверил всех, кто обращался с жалобами в трудовую инспекцию. Выяснилось, что почти все они на работу не ходят, а только номинально получают зарплату. Я поговорил с ними, пояснил, что это мошенничество, и может случиться уголовное дело, и вот они подали заявления об уходе по собственному желанию и отозвали свои жалобы. А некоторые и вовсе не в России: трудовая книжка у них здесь лежала – на пенсию зарабатывала.

– Да, это серьезные нарушения. А куда же смотрел их директор?

– Валерий Иванович Кузнецов мужик хороший, и как мне показалось – честный. По крайней мере, я ему поверил.

– Мне он тоже понравился, – поддержала Лита.

– Так вот, с его слов он об этих нарушениях не знал. У начальницы режимного отдела было право подписи на кадровых документах. Там в папке её заявление об увольнении лежит первым.

– Давайте мы так поступим. Пусть Валерий Иванович подписывает все эти заявления. И подготовьте вместе с Мариной приказ о необходимости второй подписи на банковских документах, назначьте её этим подписантом на срок проведения аудита. Это будет, вероятно, конец августа.

– Да, все процессы идут медленней, чем мы планировали. А как там производство работает? Вы были в их цехах?

– Работает нормально, без сбоев. За этим следит Валерий Иванович. И отгрузка готовой продукции идет на удивление ритмично.

– Нам нужно планировать у них реконструкцию, а прежде всего элементарный ремонт и уборку территории. Виктор Петрович, подготовьте вместе с Валерием Ивановичем задание на ремонт, уборку и установку забора. А то стыдно туда кого-то привести. Сколько времени вам потребуется?

– До конца недели, думаю, с этим заданием мы управимся. А дальше нужно выбирать подрядчика.

– Посмотрите местных из Фрязино. Лучше какую-нибудь небольшую частную компанию типа артели. А потом будем разворачивать там косметическую линию, последнюю, которую привезли из Дзинтарс.

– Думал, что вы эту линию для Тюмени прибережете.

– Там в Тюмени тоже все не просто, но они пока эффективно работают на своих рынках, слава Богу. Их генеральный директор сбежал, так что я пока временно поставила прежнего, которого сняли эффективные менеджеры. Неплохой мужик, но пьющий.

– Да кто у нас в России не пьющий! – воскликнул Виктор Петрович. – И даже мне подозрительно, когда не пьющий – либо монах, либо болеет.

– Я также подумала, когда принимала решение. – Лита широко улыбнулась, оценив очередную шутку Виктора Петровича: – У меня остался единственный вопрос: как менеджеры в «Полимеде» отреагировали на моё решение заблокировать на время все платежи, кроме заработной платы, налогов и эксплуатации?

– Очень эмоционально отреагировали. Они сегодня с вами встречаться хотят, протестуют и грозятся выйти на забастовку, – вступила в разговор Марина.

– Ну что же, я готова. Назначайте днем встречу.

– Я вас туда одну не пущу, с вами поеду, – Виктор Петрович, как всегда, проявлял свои лучшие мужские качества.

– Хорошо. Договоритесь с ними часа на три. А что Александр Солнцев?

– А он до сих пор на больничном!

– Значит, выжидает Александр Александрович. Может быть, в его положении это и правильно. И Марина, а что там с моим кабинетом? Мне есть, где людей принять?

– Да, я его подготовила, правда, очень скромный, совсем не такой, как у Грача.

– Ну и что, я непритязательна. Главное, чтобы все было чисто и аккуратно, а остальное не столь важно.

– А что будем делать с кабинетом Михаила Юрьевича? – вступил вновь в разговор Виктор Петрович.

– Пока будем ждать, что он решит. Я обещала ему место председателя совета директоров и от своих слов не отказываюсь. Кстати, а как он там? Не звонит и не пишет?

– Не знаю, мне об этом ничего не известно.

– Ну, да и Бог с ним. Предлагаю, выпить чая на дорогу и ехать в «Полимед». Я хочу еще поговорить с главбухом – назначьте ей, Марина, на два часа.

– У меня еще есть борщ и кремовая сметана с рынка! – с сияющими глазами объявила Марина. Было видно, что она вжилась в новую роль помощницы хозяйки крупного бизнеса, почувствовала свою значимость и власть над людьми. Все это, а также резко возросшее материальное благополучие ей очень нравились.

В «Полимеде» было на удивление тихо. Охранник безо всякого пафоса пропустил их внутрь здания, и Лита заметила, что в коридорах народу совсем нет.

– Виктор Петрович, пока я буду говорить с главбухом, пожалуйста, пройдитесь по комнатам, посмотрите, где люди? Я не очень доверяю их дорогой импортной системе контроля присутствия на рабочем месте.

Ровно в два часа дня Марина впустила к ней главного бухгалтера.

– Здравствуйте, – начала разговор Лита. – Рада с вами познакомиться. Точность – вежливость королей.

– Здравствуйте, – несколько надменно ответила женщина. Она была ухожена, накрашена, тщательно причесана и одета в модный костюм. Шлейф от её сладких дорогих духов наполнил непривычными запахами кабинет, но лицо женщины было недовольным и напряженным.

– Вам передали моё заявление об уходе?

– Да, я его подписала, но согласно контракту вы должны отработать месяц и передать дела. До конца недели я определюсь с кандидатурой вашей преемницы. А пока расскажите мне, и по возможности как можно проще и доходчивее, куда вы с Михаилом Юрьевичем потратили пятнадцать миллионов долларов, полученных «Полимедом» по результатам проведенного IPO.

– Я не обязана вам здесь отвечать. Генеральным директором «Полимеда» является Плетнева Лидия Георгиевна.

– Я полагаю, что вы женщина умная, и понимаете, кто здесь является генеральным директором. Хочу вам сказать, что мы проводим аудит и пока видим, что финансовое положение у «Полимеда» оставляет желать лучшего. А уж техническое состояние вашей фабрики «Исток» во Фрязино, по моему мнению, просто чудовищное. Вы там когда-нибудь были?

– А это не входит в мои должностные обязанности.

– Понятно. Если вы не хотите говорить со мной, то будете говорить с другими людьми и в другом месте. Хочу вам напомнить, что вы являетесь материально ответственным лицом и за это получали надбавку к заработной плате. Так что, предлагаю сегодня не тратить попусту время и закончить встречу.

Женщина вздрогнула и покрылась красными пятнами. Она как-то вся сжалась и стала похожа на загнанную в капкан красивую рыжую лисицу.

– Я ничего такого не делала, я только исполняла указания Михаила Юрьевича и Александра Александровича.

– Вот это я как раз понимаю, иначе бы с вами не разговаривала.

– Разве вы не знаете, что мы купили «Глорию»?

– Да, знаю. «Глория» обошлась «Полимеду» в семьсот тысяч долларов, причем большая часть денег до сих пор не выплачена.

– Вы не понимаете, а сопутствующие затраты! Над сделкой работали высокооплачиваемые дипломированные менеджеры и юристы! Они нам очень дорого обошлись.

– Хорошо, а кроме «Глории» есть какие-то приобретения?

– Мы провели конференцию в департаменте фармации Москвы, это очень дорогое мероприятие. Еще оплатили работу лоббиста, который подписал «Полимеду» договор с сетью аптек – ведь мы должны были расширять сбытовую сеть.

– Понятно. Пожалуйста, подготовьте мне такую справку. Ответьте на вопрос: какие траты из этих пятнадцати миллионов были проведены на развитие «Полимеда», естественно, с вашей точки зрения.

– А наличные траты писать?

Лита поёжилась и осторожно ответила.

– Пожалуйста, опишите все траты. «Полимед» не ведет торговлю, вы не инкассируете наличность, так что мне ваш вопрос не понятен.

– Вы что, с луны свалились? Как вы будете в России работать без обналички?

– Пока в компании «Витафарма» мы как-то справлялись. Попробуем и здесь поработать в белую.

– Ну, не знаю. Я о таком впервые слышу. Все проводят обналичку.

– Я поняла вашу позицию, и вероятно, на вашем новом месте работы вы будете продолжать работать по-старому. А здесь мы работу будем перестраивать.

– Но это утопия! – женщина расправила плечи, порозовела, её глаза заблестели, и она на мгновение превратилась в красавицу.

– Знаете законы диалектик? Так вот вам третий закон: практика критерий истины. Как я понимаю, мы с вами договорились. Сколько на эту работу потребуется времени?

– У нас сейчас баланс! Вы предлагаете сорвать сроки баланса?

– Я предлагаю, во-первых, прекратить скрытый шантаж, а во-вторых, распланировать свое время так, чтобы успеть подготовить справку.

– А если я понервничаю, и мы сдадим неправильный баланс?

– Не волнуйтесь, в «Полимеде» с понедельника будет проводиться аудит, и если вы сдадите баланс с ошибками, то мы, по результатам аудита, сдадим в налоговую уточненный баланс. И доплатим налоги при необходимости.

– Но у Михаила Юрьевича знаете, какая знакомая в налоговой, она представляете, что вам здесь устроит!

– А вот его знакомую я знаю не понаслышке, она у нас в «Витафарме» проводила налоговую проверку и военизированную выемку документов несколько лет назад.

Главный бухгалтер удивленно вскинула бровями, передернула плечами и вдруг сдулась, как воздушный шарик. Она моргала, теребила носовой платок и нервно покачивала ножкой в модной туфельке на высоченном каблучке.

– Проплачивать налоговую проверку «Полимеда» сейчас не в интересах самого Михаила Юрьевича, он же не будет рубить сук, на котором сидит. И еще – моя ответственность за «Полимед» отсчитывается ровно от того дня, когда я лишила Михаила Юрьевича права подписи, а также заблокировала все платежи, кроме заработной платы и налогов. Так, что полагаю, мы друг друга поняли. А по платежам у меня в три часа встреча с нашими эффективными менеджерами.

Лита посмотрела на часы и нажала на кнопку коммутатора, чтобы вызвать Марину. Этим жестом она показала, что встреча закончена.

«Черт возьми, – думала главный бухгалтер, возвращаясь на своё рабочее место. – Это какая-то женщина нового типа: бесчувственная, холодная и жесткая. А мне про неё говорили как про трепетную лань. А она никакая не лань! Это овчарка, нет тигрица, или еще похлеще». Заключив, что Лита больше всего походит на белую медведицу, она вернулась на рабочее место и стала звонить Александру Солнцеву.