Секлетея. Восток

Шанхай, январь 2006 год

Она не признавалась себе в том, что очень ждала и надеялась на эту поездку. Она не могла противиться природе и хотела его любви. Андрей заблаговременно прислал в «Полимед» курьера, взял ее загранпаспорт и все оформил: и авиабилеты, и гостиницы и визу. Симпатичная девушка из газеты «Коммерсант» привезла ей паспорт с визой и билеты на рейс Аэрофлота 27 января.

За день до отъезда он позвонил, и сказал, что заедет в шесть вечера. Самолет вылетал в десять и прибывал в Шанхай в семь утра следующего дня. «Что же мне надеть? И что брать с собой, ведь там, в Шанхае, как и у нас зима», – она тщательно подбирала гардероб, принимая в расчет то что Санья – это тропический остров на берегу Южно-Китайского моря. Наконец, огромный чемодан был собран, а многочисленные поручения по «Полимеду» и «Глории» розданы.

Она сидела в гостиной и ждала его приезда. Ровно в шесть вечера раздался звонок в дверь, он вошел и стал нежно целовать ее. Потом они оба почувствовали, что теряют голову, но Андрей по-мужски четко сказал:

– Дорогая, нам нужно ехать на Савеловский вокзал. В городе сегодня пробки и мы можем опоздать на самолет. Поедем на электричке – там, в Шереметьево, остановка поезда как раз рядом с терминалом F.

Он с любовью подал ей пальто, подхватил тяжелый чемодан, и они вместе оказались в лифте. Близость кружила голову, а ожидание совместного путешествия еще больше распаляло их. Водитель джипа спустил их с небес на землю: «Андрей Викторович, электричка вас ждать не будет. До Савеловского отсюда еще минут сорок, так что едем совсем впритык».

Электропоезд в аэропорт Шереметьево отправлялся с отдельной платформы. Они влетели в последний вагон, помахали водителю, и поезд буквально через минуту отправился в путь. На территории города он ехал неспешно: менял пути на стрелках и тормозил около станций. Примерно через сорок минут поезд остановился в новеньком терминале «Шереметьево», Андрей подхватил оба чемодана и они заспешили к выходу.

В терминале F была большая очередь на регистрацию: они обнаружили, что летят на двухэтажном Боинге 747. Китайский Новый год становился в России новым модным праздником, и состоятельные россияне стремились купить путевку в Китай именно на это время.

– Знаешь, дорогая. Мы летим с тобой на первом этаже, но это не первый класс, а какой-то промежуточный бизнес. Самолет переоборудован и там установлены дополнительные кресла.

– Ну и хорошо, что бизнес класс. Никогда не летала на верхнем этаже Боинга.

Они долго простояли на регистрацию, а когда вошли в зону вылета, то сразу же началась посадка. На первый этаж со второго, где был сплошь эконом класс, шла немного закругленная лестница. Там наверху салон первого класса находился над кабиной пилотов, откуда открывался ошеломляющий вид. Они устроились неплохо: Лита сидела у окна, а Андрей – на среднем месте рядом с ней.

После сытного ужина, хорошего вина и рюмочки старого коньяка сон сморил их. Андрей бережно укрыл любимую женщину своей курткой, и только убедившись в том, что ей тепло, смог уснуть сам. За время полета стюардесса несколько раз проходила по салону и предлагала напитки, но все русские крепко спали после тяжелых рабочих будней в предвкушении экзотического праздника.

В три часа ночи по московскому времени командир объявил о том, что они готовятся к посадке. Стюардессы стали будить пассажиров, а те с неудовольствием смотрели на часы и нехотя пристегивали ремни. Наконец, самолет приземлился в шанхайском аэропорту Пудун. Командир объявил, что местное время – без пятнадцати восемь утра, а температура за бортом плюс пять градусов по Цельсию.

Они вышли через рукав и оказались в огромном зале с высоченными стеклянными стенами. Две стены имитировали водопады – по ним стекала вода, которая падала с высоты в небольшие искусственные водоемы. Две другие были похожи на висящие сады: цветочные лианы мерно раскачивались за толстым стеклом, ветки с сочными зелеными листьями перемежались с цветущими тропическими растениями всех цветов радуги.

Служащая аэропорта указала им направление движения, и полусонные пассажиры засеменили к выходу. В следующем длинном зале в форме трубы все было просто: на стенах висели многочисленные рекламные плакаты на английском и с иероглифами, а траволаторы мчали спешащих пассажиров к залу выдачи багажа. Они получили багаж и вышли в зал для встречающих, который поразил Литу. Стены были увиты висячими традесканциями различных цветов, а вдоль проходов стояли тысячи цветущих алых, лососевых и молочных пуансеттий, которые символизировали наступающий китайский новый год.

– Дорогая, мы в Шанхае только на одну ночь. У нас завтра в два часа отсюда самолет до Саньи. Давай оставим вещи в камере хранения. У меня есть складная сумка – возьми только то, что тебе необходимо на ночь.

– Да, хорошо, я сделаю так, как ты хочешь.

Андрей лучезарно улыбнулся, а Лита открыла чемодан и достала вечернее платье, туфли и немного косметики.

–Это все?

– Да, а ты что возьмешь?

– У меня тоже есть небольшой сверток. Пошли по направлению указателей, оставим чемоданы.

Они шли по висячим садам с цветущими пуансеттиями в горшках на обочине, и Лите казалось, что они очутились в сказочной и диковинной стране. Оставив вещи в автоматической камере хранения, они вернулись чуть назад в совершенно пустой зал ожидания. У выхода стояли две красивые китаянки, которые держали в руках рекламные плакаты с изображением поезда.

– Мне в турагентстве говорили, что из аэропорта идет поезд в центр Шанхая. Давай поедем!

– Конечно, давай, эти девушки, вероятно, рекламируют этот поезд.

Андрей купил билеты, а Лита с любопытством става переводить цены в рубли.

– Смотри, билеты стоят столько же, сколько на электричку в Москве. А ты не знаешь, сколько времени нам ехать.

– Слышал, что поезд скоростной, но сколько времени не знаю.

– Смотри, здесь нет рельс.

И действительно, вместо рельсов в центре железнодорожного полотна была какая-то загадочная выемка.

– Это, наверное, поезд на магнитной подушке, – глубокомысленно заключил Андрей.

Приехал поезд: у него были скромные сиденья по три места с двух сторон. Билеты никто не проверял, и вообще в их вагоне не было никаких пассажиров. Они сели друг напротив друга и их колени соприкасались. Через несколько минут двери закрылись и поезд поехал. Над входной дверью весело электронное табло, которое показывало текущую скорость. Сначала оно показало 150, потом 200 километров в час. Но поезд все набирал и набирал скорость, а табло увеличивало показания. На 350 километрах Лита почувствовала, как центробежная сила ее буквально вдавила в сиденье. Но поезд не успокаивался: она увеличивал скорость еще и еще. На 420 километров в час он перестал ускоряться, проехал так с минуту или две и стал медленно тормозить.

Все это было похоже на сцены из фильма Тарковского «Солярис», но там это был автомобиль без водителя. Они вышли из вагона в центре Шанхая: на перроне, кроме них было всего несколько пассажиров и они не поняли, зачем тратить столько энергии для их перемещения в центр города.

– Мы проехали семь минут и преодолели расстояние 35 километров. Это какая-то фантастика!

Лита еле дышала от зашкаливающего адреналина:

– Я в Европе ничего подобного не видела. Ни во Франции, ни в Швейцарии ничего такого нет.

– Но поезд немецкий, его фирма Сименс сконструировала. Как тебе?

– Это какое-то новое чудо света, – Лита оглядела почти пустой перрон. – Давай искать такси. У тебя есть ваучер на гостиницу?

– Да, что то такое есть.

– Давай мне. Не знаю, на каком языке здесь говорят.

Они вышли на площадь, где в ровный ряд стояли небольшие машинки с шашечками такси на крыше.

– Какие здесь маленькие машины! – промолвил Андрей.

Он положил сумку в багажник, и они вместе с трудом разместились на сиденье. Она вежливо спросила по-английски о том, что им нужна гостиница Пенисула: водитель даже не повернулся в ее сторону. Сложилась комическая ситуация: Лита сказала еще несколько слов по-английски, переформулировав фразу о гостинице – ничего, водитель даже к ним не повернулся.

– Андрей, водитель меня не понимает! Нужно что-то делать.

И тут Андрей пересел на место рядом с водителем, взял у Литы ваучер, где рядом с английской транскрипцией было наименование отеля китайскими иероглифами, и протянул его водителю.

– УУУ…, – Андрей старался быть очень убедительным. Он протянул водителю ваучер и указал пальцем на китайскую надпись.

– МУУ …, – ответил водитель и поехал.

– Нужно было заказать трансфер, – глубокомысленно изрек Андрей.

– Не нужно, мне так нравится наше путешествие. Мы попали в другой мир!

Маленькая машинка выехала на эстакаду, и стала взбираться по искусственному серпантину на верхотуру трехуровневой развязки.

– Ты когда-нибудь такое видел? – Лита с восторгом смотрела по сторонам. – В Южней Корее ничего подобного нет, да и в Европе тоже.

– Да, потрясающий город.

Они выехали на скоростную дорогу и через несколько минут уже вновь крутились на трехуровневой развязке. Наконец, машина остановилась на набережной Вайтань рядом с высотным зданием гостиницы Пенисула.

Там на ресепшене говорили на хорошем английском, и Лита почувствовала себя как рыба в воде.

– Андрей, у нас на сегодняшнюю ночь заказан ресторан?

– Дорогая Лита, в турагентстве сказали, что это невозможно, что нужно заказывать на месте.

– А мы и закажем.

Лита спросила, можно ли заказать столик в ресторане на новогодняя ночь? Девушка листала какую-то тетрадь, и через мгновение ответила, что да, есть столик в ресторане внизу на набережной.

– Ну, вот и отлично, девушка нам все заказала.

– Как ты хорошо говоришь по-английски. Я этого не знал.

– Бери ключи и поедем в номер.

Они поднялись на 14-й этаж. Из их номера открывался захватывающий вид на реку Янцзы.

– Добро пожаловать в Шанхай, дорогая. Чего ты сегодня хочешь?

– Давай посмотрим город, пообедаем и к вечеру вернемся в отель праздновать Новый год.

– Давай. Я очень рад тому, что мы вместе…

Шанхай, январь 2006 год (продолжение)

Они взялись за руки и пошли по набережной реки Янцзы. Светило холодное солнце, дул пронизывающий ветер, но, несмотря на непогоду, жители Шанхая высыпали к реке. Новенькие экскурсионные суденышки сновали между берегами, некоторые стояли на приколе и были превращены в ресторанчики. Небоскребы поражали воображение: их стеклянные грани замысловатых форм сверкали на солнце, а острые шпили устремлялись ввысь.

Китайцы оказались очень общительными: они подходили небольшими группами и просили с ними сфотографироваться. Некоторые махали им руками и кричали «Ленин» или «Путин». И везде развивались красные флаги с большой золотой пятиконечной звездой в верхнем левом углу, которую с правой стороны по дуге окружали четыре меньших звезды. Издалека флаг был похож на советский, и Лите вдруг показалось, что они оказались в СССР.

– У них здесь до сих пор во главе страны стоит коммунистическая партия, – заметил Андрей.

– И это никак не помешало им достичь такого расцвета. Ничего подобного нет даже в самой богатой европейской стране – Швейцарии.

Лита вспомнила своего мужа Максима и его экономическую программу преобразования СССР. «А если бы тогда ее приняли, может быть, и у нас сегодня в России было бы так, как здесь», – она не стала говорить свои мысли вслух, потому что боялась нарушить гармонию, которая установилась между ней и Андреем.

– Ты хочешь есть?

– Да, я бы перекусила.

Они наугад выбрали один из прибрежных корабликов и поднялись на борт: в небольшом зале ресторана было пусто. Не зная, как обратиться к официанту, Лита предложила просто сесть за столик у окна. К ним сразу же подошла девушка с красочным меню: она забрала верхнюю одежду и постелила белоснежную скатерть.

– Смотри, тут все по-китайски, – Андрей протянул Лите меню.

– Нет, есть мелкие английские надписи внизу под иероглифами. Но по ним нельзя понять, что это за блюдо.

– А какие китайские блюда ты знаешь?

– Утку по-пекински. Но я никогда не пробовала.

– Ну, тогда постарайся поискать здесь утку.

– Давай закажем разное, и будем пробовать друг у друга.

Лита указала официантке на блюдо, где было что-то про утку, и на баклажаны с мясом, которые показались ей похожими на греческую мусаку. Блюда готовили довольно долго, что указывало на высокий уровень ресторана. Они пили чай молочный улун, наслаждались видом из окна и держались за руки, совсем как молодожены.

Наконец, официантка поставила перед ними две огромные тарелки, и было не понятно, что приготовлено в каком блюде.

– Ты видишь здесь утку? – спросил Андрей, нежно глядя на нее.

– Нет, – Лита немного попробовала из своей тарелки. – О, это вкусно. Попробуй, это маленькие утиные язычки, приготовленные с какими-то травами.

Андрей пригляделся и по темно фиолетовой кожице признал баклажан.

– Знаешь, и у меня вкусно, здесь даже есть орехи.

Они поставили обе тарелки на середину и стали дружно поглощать содержимое, запивая душистым чаем. Принесли счет, который сильно удивил своей дешевизной.

– В Москве мы бы за это заплатили две или три цены. Удивительная страна.

Потом они дошли до торговой улицы Наньцзинлу, которая оказалась пешеходной. Рекламные зазывалы раздавали листовки и приглашали посетить их заведение, которых тут было видимо невидимо. Кафе, магазинчики, бутики, рестораны и уличные киоски предлагали товары и блюда на любой вкус и кошелек. Бедно одетые мальчишки сновали вперед назад со «швейцарскими часами Ролекс», «кашемировыми шарфами от Dolce&Gabbana» и «крокодиловыми сумками от Hermes».

– Ты хочешь здесь что-то купить? – прошептал Андрей ей на ушко.

– Не знаю, может быть, пару отрезов крепдешина. Хочу сшить летние платья.

– Мне в турфирме сказали, что лучше всего покупать на Пекинском рынке.

– Я осенью была в Сеуле с чиновницами из Правительства Москвы и так устала там с ними ходить по магазинам. Так что, я согласна: поедем в Пекине на рынок и посвятим покупкам два или три часа.

– Понимаю, у меня от магазинов тоже голова болит. Но ты первая женщина, кто на моих глазах совершенно сознательно отказалась от магазинов.

– Неужели? Пойдем потихоньку по направлению к гостинице. Мне девушка из ресепшена сказала, что они начнут праздновать в девять вечера.

В конце улицы они взяли такси и предусмотрительная Лита вынула из сумочки китайскую визитку их гостиницы и показала водителю.

Для вечера Лита надела черное платье, вышитое ришелье и стеклярусом. Два года назад она уже надевала это платье на вечеринку в честь католического сочельника в Цюрихе. Андрей сменил джинсы на темно серые брюки, а толстовку на белую рубашку. «А мы с ним вместе неплохо смотримся: он красивый парень», – Лита засмотрелась на него, а Андрей галантно подал ей руку.

Пока они на лифте спускались с четырнадцатого этажа, он нежно целовал ее шею и губы, а потом взял за руку и так они дошли до ресторана. Их столик был у окна: оттуда открывался вид на реку Янцзы и разукрашенные огнями небоскребы на противоположном берегу, отражающиеся в воде.

Молодой официант подошел к ним и на плохом английском спросил, что они будут заказывать.

– Выпьем бутылку французского шампанского? – спросил Андрей.

– Давай, но у французов только брют. Ты любишь такое?

–Я люблю то же, что и ты: заказывай.

Лита заказала бутылку, официант стал переспрашивать, она еще раз сказала, чтобы он принес бутылку в серебряном ведерке. У молодого человека округлились глаза, и он побежал за девушкой с ресепшена.

– Пожалуйста, сделайте заказ, – по-английски нараспев предложила она.

– Мы хотим бутылку французского шампанского и традиционные китайские закуски, только не много: мы недавно обедали, – Лита сдержанно улыбалась девушке и официанту.

– Шампанское стоит сто двадцать долларов.

– Да, я понимаю. Мы заплатим.

Девушка перевела на китайский, и возбужденный официант побежал выполнять заказ.

– Что она хотела? – спросил Андрей.

– Она удивилась, что мы заказали целую бутылку. Странно, неужели русские обошли эту гостиницу стороной?

Принесли серебряное ведерко, лед, шампанское и бокалы из тонкого стекла на высокой ножке. Лита на мгновение вспомнила Париж, и то, как они с Игорем пили розовое вино в ресторанчике недалеко от Лувра, которое охлаждали в точно таком же серебряном ведерке. «И почему я никак не могу его забыть?» – не успела подумать она, как небо окрасилось причудливыми фейерверками, а по реке поплыли красные фонарики. Потом стали светить прожекторы, и величественные дирижабли повисли над городом.

– Посмотри, как красиво. Никогда я такого не видела.

– Там в дирижаблях, наверное, празднуют руководители китайской коммунистической партии, – пошутил Андрей. – В турфирме такой сервис не предлагали. А жаль!

Красные фонарики сменились красными драконами с огнедышащей пастью. В ресторане становилось оживленно: китайцы, одетые в джинсы и майки, пили пиво и закусывали чипсами.

– Посмотри, во что они одеты и что едят, – заметила Лита. – Я два года назад тоже была белой вороной на рождественской вечеринке в Цюрихе в своем черном платье.

– Ты не устала, дорогая? Давай возьмем остатки шампанского в номер.

– Давай.

Он аккуратно упаковал бутылку в полотенце, подал ей руку и они вышли из ресторана, крепко обнявшись. И позже они стали единым целым с бархатной китайской ночью, и рекой, освещенной огнедышащими драконами и красными фонариками.

– Как долго я тебя ждал, – прошептал Андрей, засыпая от усталости. Сегодня женщина его мечты, наконец, принадлежала ему.