Секлетея. Восток

Москва, апрель 2005 года (продолжение)

Вместе с Мариной в кабинет ворвался взъерошенный Виктор Петрович.

– Секлетея Владимировна, докладываю, провел внезапную проверку присутствия на рабочих местах. Вот список отсутствующих, которые находятся на рабочем месте согласно данным системы электронного контроля. Обманывают русские менеджеры эту недоделанную иностранную систему!

Он протянул начальнице распечатку, где галочкой были помечены отсутствующие в офисе.

– А как они обманывают?

– Пока еще доподлинно не знаю. Но думаю, что проходят как-то по одному пропуску – через турникеты в метро тоже так умельцы проходят. Как ваша встреча с главной бухгалтершей?

– Ничего, она женщина опытная и неглупая. Полагаю, что все поняла. Давайте поступим так. Командируем с понедельника вашу протеже сюда дела принимать, установим ей достойную заработную плату. Если главный бухгалтер останется, то сделаем её замом. А уж если решит уйти, то скатертью дорога.

– Хорошо, я завтра этот вопрос проработаю. А вы готовы к встрече с эффективными менеджерами?

Лицо Виктора Петровича исказила презрительная гримаса: он очень недолюбливал этих новоиспеченных менеджеров и считал их высокообразованными слугами при наводнивших Россию в лихие девяностые мафиози и нуворишах.

– Да, я как пионер всегда готова26.

– Ну, тогда, вперед. Скажу Марине, чтобы запускала их. Как раз без одной минуты три.

В кабинет вошло несколько аккуратно подстриженных молодых людей в отглаженных костюмах, белых или полосатых рубашках и галстуках в тон. «Здесь у них в «Полимеде» просто униформа какая-то. Нужно узнать, есть ли в компании какие-то нормы по дресс-коду?» – подумала Лита.

Сначала повисло неловкое молчание, а потом, очкарик с набриолиненными волосами, который назвался старшим от группы, начал свое выступление. Он говорил эмоционально и несколько сумбурно, а другие члены делегации молча выжидали, что будет дальше.

– Я вот тут представляю группу ведущих менеджеров «Полимеда» и мы хотим у вас спросить: почему вы не проводите наши платежи? Скоро наступят штрафные санкции по договорам!

– Я действительно остановила в «Полимеде» все платежи в адрес третьих лиц, потому что хочу разобраться, за что мы платим.

– Как это за что? – Очкарик закатил глаза и глубоко вздохнул. – Все платежи идут по договорам, прочитайте договор и узнаете, за что проводится платеж.

– Я прочитала несколько договоров! И знаете, везде «Полимед» платит за консалтинговые услуги и маркетинговые исследования. Но полагаю, что в компании достаточно высококвалифицированных консультантов, а одним из направлений работы менеджеров по продажам и есть маркетинговые исследования. Почему мы не можем выполнить эту работу своими силами?

Менеджеры заулыбались, стали переглядываться, а очкарик заерзал на стуле.

– Не делайте вид, что вы не понимаете.

– Да нет, я понимаю. На счет «Полимеда» поступают деньги за проданные лекарства. Они произведены на предприятии «Исток». Так и давайте им платить по договорам за эти лекарства. Ведь «Полимед» здесь посредник. У нас есть долги перед «Истоком», перед «Глорией», перед «Витафармой», наконец, которая давала беспроцентные ссуды на выплату заработной платы. И эти платежи я с удовольствием проведу. Но такие платежки мне не приносили. А почему?

– А потому, что у нас есть обязательства! Во-первых, по выплате второй части заработной платы менеджерам, а во вторых, по оплате посреднических услуг нашим внештатным сотрудникам.

– По второй части – это премия?

В глазах менеджеров появилась безнадега.

– Нет, это вторая часть зарплаты – она выплачивается в конверте.

– Понятно. Но полагаю, все понимают, что это незаконно.

– А что вы предлагаете?

– Я предлагаю премию. У нас введена плоская шкала подоходного налога, выплаты в пенсионный фонд также ограничены за год определенной суммой. Я полагаю, что мы будем платить премии!

– А как же налог на добавленную стоимость? Мы что, его тоже с премии будем платить?

– Если законом предусмотрен этот налог, то будем платить. И потом, премии выплачиваются по достигнутым результатам. А у «Полимеда» очень скромные достижения, мы балансируем на грани убыточности, так что пока рано судить о каких-то достигнутых результатах.

– А вам передали заявления об увольнении наших коллег? Так вот, мы завтра все уволимся! Что вы на это скажете?

– Скажу вам то, чему учил меня еще мой покойный брат. Лекарства являются надежным товаром, они не портятся и всегда нужны людям. Так что если вы завтра все уволитесь, то мы пригласим других специалистов и продолжим работу.

–– Да если мы скажем, с «Полимедом» разорвут контракты все московские аптечные сети!

– Может быть, какие-то и разорвут. А может быть, и нет. Знаете, там в этих аптеках сидят такие же эффективные менеджеры, как вы. И если я снижу цену, например, на три процента, то они найдут способ получить с этого дивиденды. А если им будет выгодно, то почему они разорвут сотрудничество?

Менеджеры приуныли, стали перешептываться и в кабинете возник фоновый шум, похожий на шипение змей в серпентарии.

– Знаете, что я вам еще скажу, – продолжил очкарик. – Он стал говорить уважительнее, потому что все еще надеялся до чего-то приемлемого договориться. – У нас у всех дипломы MBA27, такие специалисты, как мы, сейчас на вес золота. А вы знаете, что акции «Полимеда» торгуются на бирже и управлять такой компании могут только дипломированные специалисты.

– Да, я это знаю. А вы знаете, что решением собрания акционеров прошедшей осенью принято решение о делистинге акций компании с московской биржи. Правда, его до сих пор никто не исполнил. Но я это доведу до конца.

Очкарик покрылся капельками пота и стал непроизвольно постукивать ботинком по полу. Тут второй, очень интеллигентный парень вступил в беседу.

– Спасибо вам, Секлетея Владимировна, за эту встречу. Мы вашу позицию поняли. Но я бы очень попросил вас пояснить экономическую подоплеку. Как вы собираетесь выжить?

– Хорошо, я вам кратко поясню. Если вы не платите налоги, то становитесь очень уязвимыми. И в далекой и не очень перспективе у вас будут неприятности с властями. Ваша так называемая обналичка требует оплаты процентов, нужны отдельные специалисты, чтобы это администрировать и вести двойную бухгалтерию. Нужно всегда иметь свободные средства для решения проблем. Так что одно тянет за собой другое. Мы в «Витафарме» работаем спокойно и платим налоги. И, между прочим, совсем не бедствуем. А то, что сотрудники должны будут платить 13 процентов со своих доходов – так это их обязанность. Знаете, в советское время служащие аптек очень немного зарабатывали, примерно как средний инженер. Люди жили небогато, но дружно, и была стабильность. А все проблемы пришли в лихие девяностые.

– А почему вы купили «Полимед». И как вам это удалось?

– «Полимед» я купила для того, чтобы защититься. Может быть, вы слышали о предполагаемом слиянии «Полимеда» и «Витафармы». Так вот, его хотели провести насильственным путем нечистоплотные очень образованные так называемые эффективные менеджеры. Такие же как и вы. И с «Витафармой» бы стало то же самое, что с «Глорией». Вам известно, что генеральный директор «Глории» сбежал?

– Да, я об этом слышал. Ответьте, пожалуйста, на мой второй вопрос.

– А на ваш второй вопрос я отвечу 30 декабря 2005 года, когда мы все будем праздновать приближение нового 2006 года. Так что если хотите получить ответ – оставайтесь в моей команде. Полагаю, молодые люди, у вас ко мне все?

– Нет, Секлетея Владимировна, – вступил в беседу Виктор Петрович. – У меня еще остался вопрос к нашим визави. Как вы обманываете электронную систему?

У очкарика забегали глаза, кто-то стал кашлять и сморкаться. Наконец, заговорил последний собеседник.

– Это просто: пропуск остается на столе, и выходим по одному пропуску. А потом, для входа ожидаем девушку с пропуском и галантно придерживаем для неё дверь.

– Как все просто и красиво. Давайте заканчивать встречу, потому что Секлетея Владимировна сегодня утром прибыла из Питера, а мне еще во Фрязино ехать.

Когда Лита вышла в приемную, Марина сказала, что ей звонил Андрей Никитин и просил перезвонить.