Знакомьтесь! Самая невезучая попаданка!

Глава 55

Вернувшись в кондитерскую, я мечтала лишь об одном — завалиться в кровать, уткнуться лицом в подушку и притвориться, что этого дня не существовало. Но, увы. Пирожные сами себя не продадут.

Вздохнув, я переоделась в свободное зелёное платье, в котором обычно работала, и спустилась вниз. На двери перевернула табличку с «закрыто» на «открыто» и приготовилась изображать приветливую хозяйку.

Посетители долго ждать себя не заставили. Впрочем, как и всегда. Один за другим они заходили в кондитерскую. Я рассказывала им про новинки, укладывала пирожные в коробки, старалась улыбаться, а в голове то и дело всплывали слова леди Арнэллы: «омерзительна», «отвратительна».

И ведь, казалось бы, должны они пролететь мимо — ну какое мне дело до её мнения, если моя помолвка с Кайеном всего лишь фарс? Но нет. Эти слова почему-то жгли изнутри, будто были выжжены каленым железом.

А ещё подливало масла в огонь то, что список ингредиентов для отворотного зелья за всё это время не сдвинулся ни на шаг. Стараюсь-стараюсь, а оно всё идёт… через пятую точку.

В общем, в таком не радужном настроении я проработала весь день. И только когда стрелки перевалили за восемь, наконец закрыла кондитерскую, с облегчением выдохнула и позволила себе стереть с лица фальшивую улыбку.

На кухне заварила чай, отрезала кусочек сметанного торта с желе и фруктами, уже предвкушала тихий, сладкий вечер, как вдруг в дверь постучали.

Нет, даже не постучали, а вломили кулаком так, что у меня сердце ушло в пятки.

И кто это там такой смелый? Неужели очередной бедняга, который не успел купить сладостей для любимой жены и теперь боится возвращаться домой с пустыми руками? Вот и ломится, спасает семейный очаг.

Но, нет.

Открыв дверь, я поняла, что сильно ошиблась со своим предположением по поводу очередного бедняги, так как на пороге стоял Кайен.

Мрачный Кайен…

Его алые глаза сверкали гневом, а губы были сжаты в тонкую линию. Серые штаны, тёмный камзол с высоким воротом, серебряная пряжка на поясе — всё идеально, как всегда. И всё же вид у него был такой, будто он пришёл убивать.

— Нам нужно поговорить, — сообщил он вместо приветствия, резким, холодным тоном.

Стало ясно, что пришёл поговорить он не о погоде. Более того, причина его визита мне была понятна — происшествие в храме. Его мама сто процентов обо всём ему доложила, раз уж я имею честь лицезреть злого Кайена на пороге своего дома. И так как я была не из тех девушек, которые любят выяснять отношения на людях, я отступила в сторону, давая пройти ему внутрь.

Хотя о правильности решения стоило ещё задуматься. Всё же пускать в дом на ночь глядя злого, вспыльчивого, а порою и весьма неадекватного мужчину(который однажды мне выломал дверь!) было весьма рискованно.

Но что сделано, то сделано. А значит, нужно ему как-то спокойно объяснить, что же на самом деле произошло в храме. Его мама ведь не знает всех «нюансов» наших с ним отношений, не знает, что я готовлю отворотное зелье и что наш союз — лишь фикция. Поэтому буду надеяться, что он меня спокойно выслушает и поймёт.

Дверь за его спиной закрылась, я сразу же перешла к активным действиям. А точнее – попыталась объясниться:

— Послушай, сегодня в храме…

— Сегодня в храме ты опозорила мой род, Ариана! — произнес он одновременно со мной. Только если мой голос был тих и спокоен, то его сочился гневом.

Я замерла, слегка растерявшись. Просто я ожидала обвинений, но не ожидала их… вот с такой прям сильной агрессией. Хотя ладно. Учитывая его вспыльчивый характер, это стоило предвидеть.

— На самом деле я вовсе не хотела…

— Матушка сообщила о произошедшем деду. — Меня вновь перебили, не став слушать. — Она сказала, что ей еще никогда так стыдно не было за наш род. Дед в гневе!

— Но там…

«Не случилось ничего такого, чтобы ей было стыдно», — хотела сказать я, но была в очередной раз прервана, гневным:

— Еще одна подобная выходка, и мне либо находят новую невесту, либо лишают статуса наследника!

— Я…

— И о чем ты только думала, когда пошла в храм?!

Агрх! Всё! Достал меня перебивать!

— Отворотным зельем думала, вот чем! — громко огрызнулась я, так как задолбалась уже пытаться что-либо ему сказать.

И вот стоило мне это произнести, как Кайен замер, замолчав. Я же, решив, что это мой шанс наконец-то объясниться, негромко кашлянув в кулак, уже намного спокойнее продолжила:

— Я пошла в храм, так как для приготовления отворотного зелья нужна святая вода. Вот только мне не было известно, что ведьмам вход в храм запрещен.

— Как ты могла об этом не знать? — на меня посмотрели, как на умственноотсталую.

— Не знала и всё, — буркнула недовольно. Не буду же я ему, в самом деле, объяснять, что в этом мире нахожусь совсем недавно, вот и не знаю всех тонкостей.

— Можно было попросить кого-то другого тебе принести эту воду, а не идти самой, не думая о последствиях, — он недовольно скривил губы. — Хотя о чем это я? Судя по тому, что ты меня посмела приворожить, думать о последствиях ты вообще не привыкла.

Очередное обвинение в привороте, который я не делала, проглотила. Не стала ничего отвечать.

А смысл?

Всё равно ничего не докажу.

В итоге мы молча стояли и смотрели друг на друга. Его взгляд — колючий, обвиняющий. Мой — обиженный до глубины души.

— Вот, — вдруг резко сказал он спустя минуту и поставил на стол маленькую картонную коробочку черного цвета. Раскрыл её. Внутри лежало кольцо — серебряное, изящное, с зеленым камушком по центру. — Как ты и просила.

Я недоуменно моргнула. Кольцо? То самое, о котором мы разговаривали у театра? Неожиданно. И тем не менее… принимать его не собираюсь. Точно не после всех тех обвинений и обзывательств, которые выслушала сегодня в свой адрес.

— Не нужно, — отказалась сухо, и в глазах Кайена вспыхнуло непонимание.

— Ты же его сама хотела, — он нахмурился.

— Перехотела.

Непонимание в его глазах сменилось, злостью.

— То есть ты отказываешься?

— Именно.

— Что ж, отлично, — коротко бросил он и развернулся к двери. — Сдам обратно, где купил, а полученные монеты отдам в качестве пожертвования в храм.

Сказал, и с оглушительным грохотом хлопнул дверью.

А я осталась стоять посреди комнаты, сжимающая в руках подол платья, и думала только об одном:

«Несправедливо. Всё это чертовски несправедливо».

Пить чай и есть торт, больше не хотелось. Я на негнущихся ногах, поднялась в комнату, рухнула на кровать, уткнувшись лицом в подушку.

— Всё нормально, Ари, — пробормотала я себе под нос, успокаивая. — Всё нормально. Ты жива, здорова, у тебя есть дом, волшебная кондитерская, сладости. Что ещё тебе надо?

Подушка промолчала.

Я перевернулась на спину, глядя в потолок. Горло сжало, словно кто-то обвязал его верёвкой. В груди щемило. Сначала я упрямо моргала, отгоняя влагу из глаз. Потом сжала кулаки. Но стоило вспомнить, как Кайен вечно смотрит так, будто я обуза, принижает меня, шантажирует, как вся моя жизнь застряла в бесконечных "надо", "обязана", "успей до тридцати"…

…как слезы потекли по щекам.

— Только не это, — выдохнула я и закрыла лицо ладонями.

Плакать не хотелось. Правда не хотелось. Но… не получалось.

Сначала последовал тихий всхлип. Потом громче. А потом я зарыдала, как ребёнок. Рыдала в голос, потому что нервы сдали. Я так устала, что держать всё в себе просто не было сил…