Я вздрогнула и захлопнула дверцу холодильной камеры так резко, что металл глухо отозвался эхом в пустой кухне.
Адриан стоял у стены, опираясь на неё плечом. Руки скрещены на груди, черный халат накинут небрежно. Лунный свет, пробивающийся через высокое окно, скользил по его шее, ключицам, цеплялся за резкие линии груди.
Он выглядел спокойным.
И всё же я уловила напряжение в его глазах.
— Почему ты не поужинала? — спросил он с лёгким укором. — Я ведь ушёл.
Я машинально отвела взгляд в сторону. К окну. К серебристым бликам на каменном полу. К чему угодно — только не на него.
— Не было аппетита, — буркнула тихо.
Повисла тишина.
Такая, в которой слышно собственное дыхание и шорох мыслей.
Прошло пять секунд. Потом десять. Двадцать. Тридцать. Он всё еще молчал, а напряжение между нами росло.
Я сдалась первой. Не вынесла эту давящую тишину.
— А ты что тут делаешь? — спросила, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Тоже проголодался?
— Нет, — раздался сбоку спокойный ответ. — Просто не спится.
— Яя-я-ясно… — протянула, не зная, что ещё сказать.
Снова тишина.
Я по-прежнему смотрела в сторону окна, где луна висела над садом, заливая ветви деревьев холодным светом. Казалось, если я повернусь к Адриану — что-то изменится. А к этому я была не готова.
Послышался тяжелый глубокий вдох. Не мой. Его.
— Ариана, — произнёс он наконец, — давай начистоту. Что с тобой происходит?
— Ничего, — ответила я слишком быстро.
— Ничего? — в его голосе прозвучал короткий смешок. — То есть из-за этого самого «ничего» ты вдруг возвела между нами стену?
И снова тишина.
Я не спешила отвечать, потому что не знала, говорить ли ему правду или соврать. Ну, а он молчал, потому что ждал ответ.
А пауза всё затягивалась и затягивалась..
— Ладно. Скажу как есть. — Я всё же решила выбрать первый вариант - правду. Выдохнула и посмотрела на него. Прямо. — Я просто не могу дать тебе то, что ты от меня хочешь. Удовлетворить твои желания.
— Желания? — переспросил Адриан, чуть приподняв брови.
Я кивнула, уже не отводя взгляда.
— Я же не глупая. Всё прекрасно понимаю. Эти свечи, ужин… Всё это ради одного – ты пытаешься меня затащить в постель.
— Вот как… — протянул он задумчиво. — То есть ты уверена, что мне нужен от тебя только секс?
Я растерялась.
Просто он произнес словно “секс” настолько просто. Прямолинейно. Резко. Прямо в лоб, так сказать.
Даже я, девушка из современного мира, двадцать первого века, постеснялась говорить так прямо. А он - нет.
Но моя растерянность длилась недолго. Я быстро пришла в себя. И, стараясь вновь выглядеть спокойно, кивнув ему в знак подтверждения, добавила:
— Поэтому, не стоит демонстрировать мне свои желания.
Он почему-то усмехнулся. После чего неожиданно сделал шаг ко мне. Ещё один. И еще.
Отступать от него не стала. Не хотела, чтобы он думал, что я убегаю или боюсь. Нет. Я выслушаю всё, что он мне скажет. Нужно расставить все точки по местам.
— Не стоит демонстрировать желания? — повторил он мои слова, понизив голос. По моей коже от его бархатной интонации пробежались мурашки. — Ариана, признаюсь тебе тоже честно. Я их не демонстрировал. Я их сдерживал.
Он остановился совсем близко. Слишком близко. Наклонился так, что расстояние между нашими лицами составляло сантиметров десять. Максимум.
— Если бы я захотел продемонстрировать, — прошептал он всё той же гипнотизирующей и вызывающей табун мурашек интонацией, — то сделал бы это так.
И в следующий миг, его рука зафиксировала мой затылок, удерживая и не давая отшатнуться. Чужие губы накрыли мои.