Эластичные сердца

Глава тридцать четвертая

Николь

Я СИДЕЛА на улице с Бонни, наслаждаясь хлопьями, когда мимо пробежал Брент.

Как бы он ни радовал глаз, я всерьёз начала задаваться вопросом, есть ли у него работа.

— Привет, хочешь пообедать сегодня? — спросил он, остановившись перед моим крыльцом, чтобы перевести дух.

Я прикрыла лицо рукой от солнца и посмотрела на него.

— Нет. У меня...

— Есть парень, — сказал Виктор, и его внезапное появления заставило меня подпрыгнуть на месте.

Мы с Брентом резко обернулись к нему. Моё сердце учащённо забилось, когда я увидела его в джинсах и рубашке-поло. Тот факт, что он был не на работе и носил такую одежду, не сулил ничего хорошего.

— Что ты здесь делаешь? — спросила я, часто моргая.

— Разве ты не её адвокат? — спросил Брент, нахмурившись.

— Был.

У меня внутри всё сжалось. Был?

— Да. Был. У тебя ещё есть ко мне вопросы или ты всё-таки собираешься закончить пробежку? — спросил Виктор.

Мне хотелось, чтобы земля разверзлась и поглотила меня целиком.

— Может, в другой раз, — сказала я Бренту, который медленно кивнул.

— Увидимся позже, — сказал он, убегая.

— Это было очень грубо, — сказала я, как только он отошёл достаточно далеко.

Я взяла горсть хлопьев и начала жевать.

Виктор покосился на чашку в моей руке, когда садился в кресло рядом со мной и похлопал Бонни по голове.

— Да пошёл он нахуй.

Я широко раскрыла глаза.

— Он славный парень.

— Славный парень, который хочет тебя трахнуть.

Я улыбнулась, покачав головой.

— Разве можно его за это винить?

В его глазах появился порочный блеск, когда он медленно окинул меня взглядом.

— Блядь, нет. Но это не значит, что я хочу смотреть, как он пытается.

— Теперь я понимаю, почему у тебя никогда не было девушки, — сказала я, подняв бровь.

Он снял мою ногу с маленького столика, на котором она лежала, и положил к себе на колени, массируя её. Я закрыла глаза и откинула голову назад, поставив чашку с хлопьями на пол рядом с собой.

— О чём ты там говорила?

— М-м? — спросила я, открыв глаза и посмотрев на него. Он всё ещё улыбался, поднимая мою ступню и кусая меня за палец ноги. — Ай! Больно!

Он усмехнулся.

— Ты говорила, что знаешь, почему у меня никогда не было девушки.

— Ах. — Я немного выпрямилась на стуле. — У тебя очень властные замашки. Не думаю, что женщины их выдержат.

— Ты выдержишь? — спросил он, приподняв бровь.

Я посмотрела на него, не в силах оторваться от интенсивного взгляда его глаз. Вызов.

Мне это чертовски нравилось. Я любила его. Пока он массировал мои ступни — явно не на работе, в отличие от тех случаев, когда он творил своё волшебство с моим отцом и кем-либо ещё, с кем встречался, — я осознала, что в мире, полном Габриэлей, такие мужчины, как Виктор редкость.

— Думаю, да, — тихо сказала я.

Я улыбнулась, когда он отпустил мои ноги и встал, возвышаясь надо мной, обеими руками сжимая подлокотники по обе стороны от меня.

— Если кто и сможет, то только ты, — сказал он, прильнув своими губами к моим и глубоко целуя меня, его язык проник в мой рот так, что у меня перехватило дыхание. Он прервал поцелуй и немного отстранился, продолжая держаться за подлокотники. — У меня есть для тебя подарок, но теперь, когда ты такая дерзкая, не уверен, что хочу тебе его дарить.

— И что ты сделаешь? Отшлепаешь меня? — спросила я, ухмыляясь.

Его взгляд мгновенно стал испепеляющим.

— Не искушай меня.

— Может, я этого хочу, — сказала я, поднимая ногу и задевая ею его пах, который уже затвердевал.

Он тяжело выдохнул.

— Ты любишь играть с огнём, Николь, — сказал он низким хриплым голосом, прижимаясь своим лбом к моему.

— Я люблю играть с тобой, — ответила я, прижимаясь губами к его губам.

Он наклонился и поднял меня. Стул со скрипом проскрежетал по бетону, когда он отодвинул его в сторону.

— Погоди, — сказала я, пока мы ждали, когда Бонни войдет, прежде чем закрыть за нами дверь. — Тебя что, уволили?

Он усмехнулся, усаживая меня на диван.

— И ты только сейчас спрашиваешь меня об этом?

— Я отвлеклась.

— Тем, какой я красивый и властный? — спросил он, ухмыляясь.

— Ты такой самоуверенный.

— Мне часто это говорят, — сказал он, схватив себя за промежность рукой.

Я чуть не застонала при виде этого.

— Ну, так правда?

— Нет, я в отпуске, пока не придут документы о твоём разводе.

— Так... ты всё ещё партнёр? — тихо спросила я.

Он вздохнул и сел рядом со мной на диван, обняв рукой. Я положила ноги ему на колени и придвинулась поближе.

— Да, — сказал он, проводя пальцами по моим волосам. Если он продолжит в том же духе — с этими массажами и прикосновениями к волосам, — я точно его никуда не отпущу. — Я был там, когда тебе звонил отец.

Мои глаза расширились, встретившись с его взглядом.

— Я... ну, очевидно, он оставил тебя в команде, так что я ничего не испортила, но... — Я застонала. — Ненавижу, что он поставил меня в такое положение.

— Ты отлично справилась, Ник, — он притянул меня ближе к себе. — Ты отлично справилась, и, — он выдохнул, — всё было нормально. Просто Уилл не хочет, чтобы к этому было привлечено повышенное внимание, пока развод не будет завершён. Я могу лишиться лицензии. Это не шутки.

Я моргнула.

— Мы целовались на улице. Ты только что сказал Бренту, что ты мой адвокат, и намекнул, что ты мой парень.

— К чёрту Брента. Он не представляет угрозы.

— Ты этого не знаешь наверняка.

Он бросил на меня быстрый взгляд.

— Если он станет представлять угрозу, я позабочусь об этом.

— Так же, как ты позаботился о Дэрриле? — спросила я, приподняв бровь. Я поняла, что застала его врасплох, потому что его глаза расширились, и он слегка отстранился. — Я видела его в Аргентине. У него всё лицо было в ранах на той же неделе, когда ты носил повязку. Совпадение?

— Возможно. Уверен, что многие люди хотят расквасить ему нос, — сказал он.

— Ты собираешься сидеть здесь и врать мне? — он вздохнул, взъерошив волосы. Это был красноречивый жест. — Ты не можешь просто так ходить и избивать людей из-за меня, — сказала я. — Разве это не хуже, чем то, что мы проводим время вместе?

Виктор невесело усмехнулся.

— Только не в штате Калифорния.

— Он может выдвинуть обвинения.

— Пусть попробует, — усмехнулся он, затем посмотрел на меня. — Тебе не о чем беспокоиться, Николь. Доверься мне.

— Я доверяю. Просто не хочу быть причиной, по которой ты пройдёшь через все эти трудности и потеряешь отличную работу.

В его взгляде была серьезность, от которой у меня защемило сердце. Он ничего больше не сказал, вместо этого взял мою руку и поднес её к своим губам. Я прислонилась головой к его плечу, и мы немного посидели в тишине, просто в тишине. В комфортной, прекрасной тишине.

— У меня кое-что для тебя есть, — сказал он, отстраняясь, чтобы вытащить что-то из заднего кармана.

Он протянул мне сложенный конверт, который я взяла, выпрямившись. Я открыла бумаги и прочитала их, задыхаясь, моё сердце бешено колотилось. Слёзы начали выступать у меня на глазах ещё до того, как я закончила читать до конца.

— Мы едем в Исландию? — спросила я хриплым шепотом.

Виктор нежно улыбнулся.

— Мы едем в Исландию.

— Ты же знаешь, там снимают... — начала я, но он выхватил бумаги из моей руки и перевернул страницу, прежде чем я успела закончить. Я закричала. Громко. И сорвалась с места. — Боже мой! Боже мой! Мы едем? Мы на самом деле едем? Но как?

Виктор засмеялся и усадил меня к себе на колени.

— У меня есть связи.

— Ты рассказал сестре об этом? — спросила я после долгих минут тишины, в течение которых я прочитала всё, что он мне дал.

— Чёрт возьми, нет. Она меня убьёт. Можем прислать ей фотографии, когда доберёмся туда. Кстати, мы уезжаем через неделю, — сказал он, целуя меня в лоб.

— Через неделю. — Я замолчала, широко раскрыв глаза. — Мне нужно узнать, не закончился ли у нас перерыв на съёмках.

— Не закончился.

— Откуда ты знаешь? — спросила я, чувствуя, как в моих венах бурлит адреналин.

— Твоя подруга Тэлон сказала мне.

— Что? — У меня отвисла челюсть. — Как ты с ней связался?

Он усмехнулся, притягивая меня к себе, чтобы я оседлала его колени.

— Я же тебе говорил, у меня есть связи.

Я обхватила его шею руками и улыбнулась.

— Я правда тебя люблю.

— Лучше бы так и было, — сказал он. — Я даже не смотрю этот грёбаный сериал.