Клянусь, ты моя

Глава 19

Злата

Влад рывком меня поднимает и вытягивает из машины. К себе жмёт и уже другим голосом произносит.

— Сейчас мы едем в больницу, тебя проверят, и ты будешь там, пока я не приеду. Ясно? С моим человеком будешь сидеть. Номер мамы дай, я позвоню и скажу, что остаёшься у меня.

— Влад.

— Я утверждаю, а не спрашиваю. Сегодня твоя проблема решена. Я успокоюсь, и займусь остальным. Только попробуй сейчас мне чёт сказать, клянусь, я сорвусь.

Он проезжается губами по лбу, касается носа и рвано выдыхает. На меня смотрит с жадностью.

— Все, садись, чувствуешь себя как?

— Нормально чувствую, все хорошо, — говорю как есть, врать смысла нет. Порой Белов так смотрит на меня, словно сканирует и в самую душу пробирается. Как ему удается?

Почему я поддаюсь?

— Я не знаю номер мамы, — произношу тихо, когда Влад садится за руль.

— Ясно, понятно.

Все это время я пакет с подарком сжимала с такой силой, что костяшки побелели. Вот что мне казалось важным, да? То, что удерживало меня от падения а тот момент. Наверное, я чокнутая.

Точно сошла с ума!

— Пакет открой.

Послушно делаю то, что мне говорят, когда вижу запакованный свёрток. Распаковываю и охаю.

Никакие не сладости, а смартфон последней модели, за который многие готовы отдать все, лишь бы заполучить на 8 Марта, например.

Боюсь представить, сколько стоит этот подарок. Принять его я, конечно, не смогу.

— Влад, я не приму.

— Кто тебя спрашивает? Симку куплю позже. Бой ещё отменить не могу, млять, так что прошу тебя, пока меня не будет, веди себя прилично, ладно? Сбежать не вздумай.

Губы кусаю и равно дышу

— Для меня это ничего не стоит, все. На меня смотри и не плачь больше. Черт, я может грубый был, но, сука, меня порвало на части, понимаешь? — с силой сжимает руль и ускоряется. Мы несёмся вперёд.

Я не злюсь, просто я все ещё в шоке. И этот подарок. Боже.

Кажется, что жизнь на части разваливается…

И начинает тянуть грудную клетку, пусть я и убежала себя в том, что вовсе не сердце болит, а душа.

Для меня никто таких подарков не делал, да и вообще мне мало что дарили, и дело может не столько в цене, сколько в самом внимании.

А ещё в том, что Влад столько этого внимания мне дарит, как будто я волную его по-настоящему.

Не так, как я думала изначально, а иначе. Словно у нас нечто настоящее, чего я так когда-то хотела, о чем мечтала.

Мы приезжаем под ворота клиники, и Влад одновременно звонит кому-то, коротко описывает ситуацию и в итоге выходит из машины, оставляя меня один на один со своими мыслями.

Влад открывает дверь и помогает мне выйти, мягко массируя кожу руки.

— Я дурак, извини меня, ладно? Нагрубил, — хмурится и жмёт ладонь к губам, продолжая шептать. — Я просто как увидел это все, меня и выгнуло в сторону пиздецов. Злой что собака бешеная. Я короче, извини, в общем.

Гладит мои волосы, всматривается взглядом побитой собаки, и настолько сильно волнуется, что мышцы играют.

В жизни бы не поверила, что это может быть Влад. Что он вот такой.

Нет, ни в коем случае.

Не производит впечатление парня, способного волноваться. Скорее парня, которому море по колено.

— Пойдем, — тянет в сторону больницы.

Идём молча, а напряжение клубится между нашими телами.

Вообще все без слов понять легко, особенно то, как наши ладони крепко переплетаются, словно мы пара.

Волнуюсь безумно, но продолжаю идти, периодически считывая неровный пульс.

Он отбивает в ушах набатом.

В дверях нас встречает женщина средних лет, встревоженно смотрит на Влада, затем на меня, на мою губу.

Допускаю, что это вполне может быть его мать.

Прекрасное знакомство, да?

— Влад, привет, а ты у нас?

— Девушка моя, Злата, — коротко рубит, отчего внутри все сворачивается в трубочку.

Девушка моя. Злата.

Губы кусаю, коротко здороваюсь и глаза в пол опускаю.

— Я Маша, птенчик. Пойдем…

Она меня уводит вперёд, Влад же тяжёлым шагом сзади замыкает процессию.

— Тошнота есть? Рвота была? — спрашивает погромче, так, чтобы и Белов услышал.

— Нет, Маш, тут надо все проверить целиком. И сердце в особенности проверить.

— Я с первого раза все поняла, успокойся, пожалуйста, — довольно грозное летит в него, а я чувствую, что характер у женщины пугающе жесткий.

Влад тут же кивает и руки в кулаки сжимает.

На меня периодами смотрит, в основном вперёд и взгляд при этом дикий.

На лице играют мышцы, словно их подключили к напряжению. Пульсируют, искрят.

Всю дрожащую меня уводят через широкие двери к аппарату КТ. Это знакомая ведь для меня ситуация, все продолжается по кругу…

Врачи осматривают, опрашивают, видят старые ссадины и синяки. Смешно пытаться обмануть их, ведь так?

Упала.

Упала и снова упала.

Тут я тоже упала, какая же я неповоротливая, выходит.

И только Маша во время опросов смотрит на меня так, как будто знает правду.

Она и так частично ее знает, конечно. Сомневаюсь, что Влад соврал или завуалировала правду.

Это не тот человек, разумеется.

— Злата, кардиолог посмотрит тебя утром, я уже договорилась. Сейчас ещё сделаем пару анализов и все. Ты будешь свободна, — с материнской нежностью произносит, поглаживая меня по руке.

Неловко это получать в таком формате. Ещё и мысли совсем не здесь, и даже не с Владом.

Когда мы выходим из смотровой, Белов тут же от стенки отталкивается и ко мне идёт, больше всматриваясь в Машу. Интересно, кто она ему?

— Ну, что?

— Сотрясения нет, губу обработали, кардиолог завтра с утра посмотрит. Натощак приезжай. Сдадим ещё раз анализы.

Нет сотрясения и хорошо, от такого удара его и быть не может, по правде говоря. Я уже могу быть врачом.

Влад молча кивает, меня за руку перехватывает и что-то Маше показывает рукой.

— Сейчас Маша отвезёт тебя ко мне, ты будешь там терпеливо ждать, а лучше ляжешь спать. Все необходимое там есть, и только попробуй сбежать. Я найду и сделаю так, что ты вообще никуда не сможешь выйти. Прикую к батарее, — последняя фраза вроде и произнесена с юмором, но до жути пробирает.

В глаза смотрит и угрожает своим авторитетом.

— Маме твоей я позвонил, она в курсе.

— Я бы хотела с ней поговорить.

— У меня дома при мне. Я все сказал. Мне хватило, блять.

Он целует меня в лоб и рывком отстраняется, чтобы резкими шагами уйти прочь. Я остаюсь одна и смотрю вслед парню, который размашистыми шагами идёт вперёд.