После сложного дня Ксиан оказался в узкой полутемной келье, вход куда располагался в юго-восточной стороне здания, что считалось благоприятным знаком. Он присел на низкую деревянную кровать канси. Она состояла из прочной рамы, на кровати лежал тростниковый матрац. Рядом со скамьей стоял небольшой деревянный столик, на котором горела лампа, больше похожая на плошку с горючим веществом и плавающим фитилем. Фитиль был скручен из рисовой бумаги, а для его горения использовалась смесь из насекомых и злаков.
Ксиан вздохнул, улегся на тростниковый матрас, и прикрыл глаза. Все его тело подрагивало от напряжения. Перед глазами мелькали образы: нежная, хрупкая Леана, похожая на цветок лотоса. У него есть один шанс, чтобы завоевать тело и сердце капризной принцессы империи Таотянь. А еще перед глазами прыгала лисичка, с девятью хвостами и капризной мордочкой Цзин. Демоница была красива, сексуальна и льнула к нему беззастенчиво, не замечая Леану.
«Ну, и примерещится же…» – мелькнуло в голове у Ксиана. И он провалился в сон.
Стоило Ксиану закрыть глаза, как он оказался в темноте. Только слабый островок света, падающий на него, позволял увидеть хоть что-то, хотя бы на расстоянии вытянутой руки. И вдруг в этой темноте показался нежный девичий силуэт. В белом ханьфу, нежная, как лепесток сакуры, это была Леана. Ее черные волосы струились по плечам, а одежда выглядела такой тонкой, что практически просвечивала насквозь.
– Ты скучал по мне, повелитель? – сладко промурлыкала она, делая шаг к Ксиану, проводя ладонями по его груди.
– А может, по мне? – вдруг раздался хрипловатый женский смешок над ухом, и на плечи Ксиана сзади легли когтистые ладони Цзин.
Демоница прижалась к нему сзади, потеревшись всем телом в темно-зеленом ханьфу, которое только подчеркивало ее рыжую шерсть.
Ксиан безвольно огляделся, чувствуя себя игрушкой в хрупких, но сильных руках. Ведь сила девушек была в другом: не в стальной крепости их мышц, а в сладких, заводящих касаниях по его телу.
Сначала его дернула к себе Цзин. Он со стоном подчинился. Почему-то его тело отказывалось слушаться разума. И вместо того, чтобы оттолкнуть демоницу, Ксиан поднял руки, обхватывая ее за талию и прижимая к себе. Губы Цзин впились в его губы в жадном, собственническом поцелуе, на который он не смог не ответить. А ладонь Цзин пошло заскользила по его животу, вниз, накрывая напрягшийся под тканью ханьфу член.
– Да тебе нравится, когда над тобой верховодят, мальчик! – заявила нагло Цзин и стиснула пальцы так, что Ксиан выгнулся.
Его головка засочилась смазкой. Ксиан почувствовал со стыдом, как влага промочила брюки и испачкала пальцы Цзин. Но она лишь усмехнулась и провела кончиком языка по влажным пальцам. Призывно сверкая глазами.
– Что?! Я твой пленник?! Нет! Никогда и ни за что! – Ксиан дернулся.
Цзин, отступившая на пару шагов, лишь хищно усмехнулась и сцепила тонкие пальцы на его запястьях на манер оков. А второй рукой обхватила его шею, не давая шевелиться.
– Прояви уважение, демон, – вкрадчиво шепнула она ему на ухо, и он ощутил острые демонические когти на своей шее. – С тобой здесь принцесса. Ты должен подчиняться.