Наложница повелителя демонов (СИ)

Глава 74

Цзин, как капризная девочка, остановилась на мгновение, снова сверкая глазами. И помотала головой.

– Нет! Я не остановлюсь. Я тебе не нравлюсь. Вот и стану… твоим наказанием, – последние слова она произнесла искушающее, сладко.

Ее мысли, ее желания к Шенли были отравлены темным ядом его презрения и отвращения. Поэтому она старалась ни о чем не думать, когда накрыла губами сосок и принялась дразнить его языком. Ласкать… измучивать. А ладонь ее медленно поползла вниз по животу. По направлению к его члену. Ого! Да он же завелся! Но Цзин не обольщалась. И что с того? Многие хотели ее… и имели ее без чувств. Только как красивую куклу. Как в будущем выгодную инвестицию. Ведь сладко иметь в своей власти ручную лисицу? Могущественного демона на цепочке? О, в магию чувств Цзин давно не верила. Вернее, верила, что ее могут желать. Но никогда не смогут полюбить.

Шенли застонал сладко и обреченно. Ему хотелось сдвинуть бедра, но ленты не дали бы. Алые ленты как красные нити, связывающие возлюбленных. Но эти двое не возлюбленные! Они враги, а он… он плавился в руках Цзин. Его тело само собой прогибалось в пояснице, просило, хотело ее ласк. Шенли мечтал о том, чтобы разорвать путы и подмять ее под себя сейчас, разрывая уже ее ханьфу, оставляя обнаженной и уязвимой, стонущей под ним. Он прижмурился коротко, но эти картинки не уходили. И ему оставалось лишь смотреть на манящую, желанную Цзин, медленно изводящую поцелуями.

– Легко наказывать связанного и лишенного магии! Такие порядки у вас, демонов? – прошипел Шенли, лишь бы не признаться, как его ломает от жажды коснуться.

Цзин хотелось заорать и замахнуться пощечиной. Выпалить, что для всех, для всех: и простых смертных, и даже высокопоставленных демонов… это счастье, когда такая лиса снисходит до ласк! Но для Шенли, конечно, наказание, не больше! Что ж, мучайся, красивый изнеженный мальчик. Гори… Цзин накрыла ладонью член Шенли и прижала его сильнее. Медленно провела ладонью по стволу и усмехнулась.

– Не бойся. Только полный классический секс раскроет во мне силы божества. А все остальное… это так, сладкая игра для обоих. Будешь себя так вести и капризничать как целомудренная девушка, возьму нефритовые шарики и поговорю с тобой иначе.

Конечно, и это была лишь угроза. Точно такая же, как плеть тогда, в ее руках. Цзин не собиралась унижать Шенли и его мужское достоинство. Лишь припала горячими влажными поцелуями к груди, лаская соски, спускаясь ниже. Выцеловывая дорожку поцелуев на теле, вниз, по животу. Готовясь уже развязать его темные шелковые брюки, встать на колени и накрыть губами его член.

Шенли задохнулся от желания, уже не в силах жмуриться и отворачиваться. Он смотрел на Цзин так, словно она уже была богиней. Богиней порока и секса, его личным божеством, скользнувшим на деревянное ложе коленями между его разведенных ног. Одним плавным движением, в котором было столько порочного совершенства, что можно сгореть, как юнец, от одного касания к себе. От того, как она плавно и по-кошачьи опустилась между его бедер. Ткань ее ханьфу распалась, обнажая бледную тонкую коленку. И от одной мысли, что там, под шелковым халатом, нет ничего, Шенли задрожал. Ее губы были на его животе так близко, так далеко, так невыносимо.

– Цзин… – в одном этом слове было столько восхищения и желания, что у него перемкнуло горло, и он лишь застонал, напрягаясь в лентах от бессильного возбуждения.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍