Ксиан зарычал от гнева и с силой вжал Леану в диван. Что она такое говорила? То дрожала от страха или еще там чего при упоминании богини. То… сейчас вела себя так, будто Ксиан ее использовал! Ну, брякнул со зла тогда, бывает же!
– Ты что, не слышала, нюйхай? – зло и горячо выдохнул Ксиан на ухо, разрывая полностью ханьфу и освобождая ее тело. – Я просил за тебя богиню! Во имя нашей великой любви! Моей любви к тебе. И она откликнулась! Разве это не доказательство для тебя? Что ты не игрушка на пару ночей? Не просто одна из наложниц для меня?
Но кажется, с этой нюйхай разговаривать было бесполезно. Эта дерзкая девчонка вела себя так, словно он жестокий насильник, которому нужно только ее тело? Поплатится за это! Ксиан скользнул ладонью между ног Леаны и надавил на ее клитор в жесткой ласке. И приказал:
– Лежи смирно. И не шевелись. А не то сам разведу ноги, привяжу их золочеными шнурами к бамбуковым палкам от чайного столика и заставлю выгнуться… раскрыться для меня. Будет тебе насилие… раз ты его так просишь! – Ксиан замахнулся ладонью по крутому бедру Леаны, заставляя выгнуться.
Он накрыл своим телом ее, спускаясь горячими поцелуями по груди, ребрам, животу вниз… к самой чувствительной точке.
Леана завилась под Ксианом, даже не понимая, что только сильнее распаляет этого хищника. Что нарушает приказ. Что трется о него бесстыдно, когда впивается пальцами в ткань постели и запрокидывает голову. Золотой гребень выпал из волос, они рассыпались вокруг лица.
– Перестань… нет… пожалуйста, Ксиан, увидят же… – почти заскулила Леана, смущенная до алого румянца.
Она уже забыла ссору. Только неосознанно развела бедра. Губы Ксиана были такими горячими и чуткими. Спускаясь поцелуями по животу, он безошибочно находил именно те точки на коже, от которых выгибало, прошивало желанием до стонов. Леана прикусила губу едва не до крови, пытаясь сдержать вскрик. Когда Ксиан накрыл губами уже самое чувствительное место. Там, где она была бесстыдно влажной от его ласк.
– А ты еще громче кричи, так точно все прислужницы сбегутся, – фыркнул Ксиан, недовольный тем, как Леана не выполнила его приказ.
Он замахнулся тяжелой ладонью уже по ее ягодицам, так она вилась. Не слишком сильно, а чтобы приструнить разошедшуюся девушку. А потом продолжил сладко мучить Леану, разведя ее ноги, удерживая крепко ее, изогнутую на этом диване. Так, чтобы она могла бессильно выгибаться, но ей было никак не вырваться из его рук.
– Пускай видят… Я же не собираюсь тебя прятать. Я горжусь тобой, моя шaoнюй, – мурлыкнул Ксиан, очень довольный зрелищем.
Он провел губами по раскрытой розовой плоти между ее ног. Собирая предательскую влагу на складочках. Ее клитор был так возбужден, что просто трепетал даже без касаний, от предвкушения, когда он накрыл его своими губами и принялся ласкать снова. Так что Леана и впрямь вскрикнула, хватая тонкими дрожащими от желания пальцами волосы Ксиана, притягивая еще ближе к себе. Она судорожно схватилась за него, всхлипывая, кусая губы. Если бы они не были почти на виду, точно вскрикнула бы от остроты ощущений. Ведь его губы ласкали ее так горячо, что она просто пульсировала. Трепетала внутри, будто само тело мечтало снова ощутить его.
Неосознанно Леана слегка заерзала, приподнимая бедра. И в то же время расслабляя их в хватке Ксиана, без слов соглашаясь на его правила. Быть такой, раскрытой, доступной, истекающей влагой напоказ перед ним.
От стыда Леана заметалась головой по постели. Что, если мимо пройдет кто-то из слуг? Что, если увидит? Ее, изгибающуюся под Ксианом, который ласкает ее так бесстыдно? Что, если кто-то уже слышит ее тихие сладкие стоны? Леана почти заскулила от отчаяния, понимая, что может выдать их сама. Слугам или… или даже воинам Ксиана, демонам, таким же порочным и любящим удовольствие, как и их повелитель.