Наложница повелителя демонов (СИ)

Глава 43

Ксиан не выдержал и подхватил Юна на руки. И понес в свой кабинет, который находился совсем неподалеку. Там он собирался осмотреть ногу Юна и продезинфицировать порез.

– Ты напугал меня, малыш, – прошептал Ксиан на ухо, уткнувшись лицом в его пушистые черные волосы, которые взъерошились и торчали, как облачко, вокруг головы.

Он был неопытным, неумелым «родителем» и понимал, что дрожит насчет всякой мелочи. Но поделать с собой ничего не мог.

В кабинете он уложил мальчика на расшитую золотом и шелками, богатую деревянную кушетку-диван. Вокруг стояли резные деревянные перегородки, создавая иллюзию уединения. Но в кабинете никого не было, слуг Ксиан сюда не пускал. Он подошел к массивному и тяжелому столу из красного дерева. И полез в ящик за обеззараживающим зельем и чистым белым платком.

– Дай мне свою ногу, я посмотрю, – строго сказал Ксиан, сразу увидел осколок и нахмурился, осторожно удаляя его из ноги. – Сейчас будет щипать, – предупредил он Юна.

Открыв флакон, Ксиан вылил немного зелья на пальцы. Бережными движениями покрывая пострадавшую ногу мальчика. Потом перевязал платком и посмотрел серьезно на Юна.

– Ай! – тот лишь прижмурился.

– Нужно было позвать меня, Юн. Я понимаю, ты мог постесняться слуг. Но в следующий раз зови меня. Я помогу тебе с водой и всем, чем понадобится. Понятно? Ты уже не в деревне, тебе нельзя носить тяжелое. Я хочу тебя беречь, малыш.

Юн слегка поджал пальцы на ноге, Ксиан был таким бережным, что даже стало немного щекотно. Он робко улыбнулся. Да даже, когда ему выпадало свести начисто коленки, никто не возился с ним. А тут царапина и так… Юн прижмурился счастливо, боясь даже шевельнуться, вдруг проснется, и это окажется лишь сном.

– Я не стесняюсь слуг! Я просто уже большой, я должен сам, чтобы не создавать неудобств! А горячей воды мне и не нужно, зачем дрова жечь попусту, не зима, – уперся Юн, капризничая, как обычно малыши требуют новую игрушку. – Если со мной будут хлопоты, ты не захочешь, чтобы я жил во дворце!

Юн прижал ладошку к губам, сообразив, что выпалил это вслух. И уставился на Ксиана большими блестящими глазами, испугавшись, что вот сейчас ему точно влетит за неуважительный тон.

Ксиан улыбнулся и подергал мальчика за прядку. Он выглядел таким довольным и счастливым, что не хотелось отпускать его сейчас.

– Давай сделаем так, – предложил он Юну. – Пока у тебя болит ножка, ты побудешь тут. В моем кабинете. Я как раз собирался заняться бумагами, когда ко мне пришли слуги и сказали, что один непослушный котенок их прогнал.

Ксиан попытался подпустить в голос строгости, но у него вышло плохо, потому что он разулыбался. И пощекотал Юна под ребром, так что малыш взвизгнул счастливо и дернул больной ногой.

– А потом, когда я закончу с бумагами, мы вместе пойдем в ванную. Раз ты уже большой, я не стану тебя там тревожить. Просто принесу еще дров, чтобы не было холодно, и горячей воды. А ты искупаешься, наденешь новую одежду и выйдешь ко мне? Я отнесу тебя обратно в твою спальню. Не нужно тебе ходить, чтобы царапина не воспалилась.

Ксиан покачал головой. Нужно цепочку и ошейник, чтобы этот шаловливый зверек не бегал с больной ногой по всему замку, и не пришлось лечить всерьез.

– И что ты такое говоришь, Юн?

Ксиан снова присел на корточки перед диваном, где полулежал Юн, но для его высокого роста это было неудобно. Так что пришлось встать на колени. Растрогавшись, Ксиан потянулся, чтобы обнять ребенка.

– Никто тебя не прогонит, малыш. Я не разозлился за разбитый кувшин. Просто испугался за тебя. Ты же видишь, тебе нельзя носить тяжелое! И ты можешь пораниться… Будешь слушаться меня и не спорить, а, котенок?

Ксиан собрал рассыпавшиеся по лицу волосы Юна и стянул со своих волос черную бархатную ленту, завязывая хвост уже ему. И легонько подергал, и правда как кота за хвост.

– Я случайно поранился!

– Будешь меня слушать, Юн? Будешь хорошим мальчиком и не станешь вредить себе?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍